магазинов. Мой план заключался в том, чтобы купить новый платок Кате, а себе приличный прикид. Логика была железной: если Катя так любит этот бренд, то в нем и я ей точно понравилось, куда сильней, чем если припрусь в своем шмотье. Произвести первое впечатление можно только один раз, как говорится. Я так сильно стремился впечатлить свою любимую, что стащил на кухне целлофановый пакет из супермаркета, который Старуха обычно использовала в качестве мусорного мешка, и положил туда три миллиона рублей. Все для моей Катюши. Яндекс сказал, что одежда "Луи Виттон” не просто дорогая, а неприлично дорогая. Хорошо, что я не пальцем деланный и имею возможность преподносить достойные подарки.
11:15
Из окон двухэтажного "Луи Виттона” в Столешниковом переулке лился теплый свет. Меня передернуло. Как и у больницы Старухи, перед входом в магазин возникла невидимая стена. Ноги не желали ступать дальше. Я отражался в стеклянной двери. Поверх вытянутого вязаного свитера на мне нелепо висела серая болоньевая куртка. Натянутые на ноги потертые джинсы наполовину прикрывали тупоносые ботинки с засохшей на них грязью. Деньги в пакете "Пятерочка” я держал под мышкой. Сравнил себя с манекеном на витрине, и мне стало не по себе. Выглядел я как алкаш, недавно проснувшийся после очередной попойки. Уже на пороге дворца моды я ощутил себя чужим. Уилл Смит снова заговорил в моей голове:
"НИКОГДА, слышите, НИКОГДА не говорите, что вы не можете этого сделать”.
"Хорошо, босс”, — с этими словами я буквально затолкал себя вовнутрь.
В помещении играла приятная музыка и плыл цветочный аромат недоступной роскоши. Кроме двух продавщиц в магазине никогда не было. Увидев меня, они лишь переглянулись. Стоя на месте, от нервов я задергал ногой. Мне было неуютно. Темноволосая женщина в обтягивающем шерстяном платье с золотым бейджиком рассматривала свои руки, делая вид, что кроме ее коллеги тут никого нет. Я мялся и не мог произнести и слова. В мой язык будто вкололи обезболивающее.
Было такое дело — стоматолог загнал мне огромный шприц в губу, и я ее потом совсем не чувствовал. Сейчас было то же самое, только с языком. Я хотел выдавить из себя приветственные слова и рассказать о желании купить платок, как у Кати, но рот не желал открываться. Губы точно склеились. Светловолосая дама, перекладывая женские сумки с места на место, громко цыкнула, а потом вздохнула. Наверное, таким образом она намекала, что мне тут не место. Я представил себя водолазом в железном скафандре, так мне сложно было сделать шаг навстречу к продавцам. А когда я все же сумел оторвать ногу от пола и пошел в сторону центра зала, женщина, изучающая свои руки, подняла голову:
— Вам помочь? — презрительно произнесла она.
— У вас есть такой? — я достал Катин платок из кармана куртки.
— Есть, — продавец уперла руки в бока, — он стоит девяносто две тысячи рублей. Будете брать?
Светловолосая дама в другом конце магазина, не отвлекаясь от своего занятия, улыбнулась.
— Да, я возьму. — Я открыл пакет из "Пятерочки” и достал оттуда одну пачку пятитысячных купюр. Смуглая девушка выпрямилась и еще раз переглянулась со своей коллегой, которая опешила от котлеты бабла в моих руках. В помещении закончилась музыкальная композиция, и на нас упало молчание вперемешку с шелестом целлофанового пакета. Длилась эта сцена по ощущениям целую жизнь.
— Вас интересует только данный платок? — отмерла девушка.
Я осмотрелся. Она улыбалась. Не скрывая блеска в глазах, подошла ко мне почти вплотную. На золотом бейджике было написано "Жанна”.
— Если честно, я хотел присмотреть и кое-что для себя. — Я вытащил двадцать пятитысячных купюр и протянул продавцу. — Это за шарф.
Она слегка поклонилась и, сделав знак рукой, что деньги давать рано, сказала:
— К нам как раз поступила новая коллекция. Что именно вас интересует? — и ее лицо расплылось в улыбке. Белоснежные зубы отражали теплый свет помещения и дарили мне приятные ощущения какой-то невероятной важности.
— Кое-что из верха, кое-что из низа, ну, может, и обувь какую, — я посмотрел на свои тупоносые ботинки.
— Татьяна, кажется, у молодого человека изысканное чувство стиля, — этими словами девушка пригласила свою коллегу к нам. — Я уверена, что мы с легкостью сможем удовлетворить потребности нашего гостя.
Таня тут же оставила свое занятие и на цыпочках припорхала к нам. Ее шаги были беззвучными, как у ниндзя. Девушки улыбнулись друг другу, а потом мне.
— Вас привлекают строгие костюмы? Повседневный стиль? Может, что-то из спортивных решений?
— Да, спортивные решения, — ответил, я вспомнив о своей любви к костюму "Адидас”.
Я по-прежнему чувствовал себя неуютно, но светловолосая Татьяна с прозрачно-голубыми глазами и тонкими губами так мило улыбалась, что я потихоньку успокаивался и таял, как свежее масло на теплом хлебушке. Жанна не уступала, тоже улыбалась, показывая все зубы, словно по краям ее рта прицепили прищепки.
— Обратите внимание на этот изысканный образец, — консультант подвела меня к манекену в центре зала, на котором ладно сидел синий спортивный костюм. — Геометрический образ — элегантная и актуальная интерпретация классического спортивного силуэта. Куртку и брюки из высокотехнологичной ткани украшают полоски из каучука и контрастные вставки. Отделка с узором "Дамир” и характерный для сезонной коллекции бегунок молнии "Танцующий человек” завершают стильный образ.
— Красивый, — я попытался выглядеть уверенным. — И сколько он стоит?
Тут вмешалась Жанна:
— Куртка в спортивном стиле всего двести восемьдесят шесть тысяч рублей, брюки из высокотехнологичной ткани — сто пятьдесят шесть тысяч рублей, ну и вишенкой этого лука станут кроссовки за девяносто семь тысяч рублей. Весь образ обойдется вам в скромные пятьсот тридцать девять тысяч рублей.
— А есть мой размер? — я ударил себя по животу.
— Этот размер покупают чаще остальных, но для вас мы отыщем на складе.
Я не хотел производить впечатления жлоба. У меня были деньги, и я был способен купить десять таких костюмов. Я не видел смысла беречь их. Если мой внешний вид так влиял на развитие отношений с Катей, то я был готов потратить все, что у меня было, а если надо, то и продать свою долю квартиры, которую старуха оформила на меня.
— Давайте пройдем в примерочную, — с этими словами Татьяна повела меня к зашторенной кабинке, в то время как Жанна упорхнула за костюмом.
Я бросил свои лохмотья на пол. Натянув штаны и застегнув мастерку, я почувствовал нечто невероятное. Скользкая и прохладная ткань гладила мою кожу, так, как если бы меня одновременно целовали сотня филипинок. Я был на седьмом небе от удовольствия. Еще большую эйфорию я ощутил, когда
