Читаем без скачивания Лос Анжелес Таймс - Стюарт Вудс

— Хорошо, Лео, я приеду.

— Я жажду представить тебя этим ребятам, а они ждут-не дождутся встретиться с тем, кто набивает деньгами их карманы.

Прежде Майкл никогда не присутствовал на совете директоров. Он понятия не имел, как там решаются вопросы. — Лео, а что я там должен буду делать?

— Всего лишь соглашайся со мной. Голосуй, как я.

— А сегодня будет предмет для голосования?

— Узнаешь об этом в два часа. Пока.

С этими словами Лео разъединился. Почти в ту же секунду раздался другой звонок. На сей раз звонили от главных ворот.

— Мистер Винсент, вас хочет видеть одна дама, — сказал охранник.

— Дама? Майкл был раздражен. Последнее время он встречался с несколькими старлетками, но ни одна из них не могла приехать к нему без приглашения. — Как ее зовут?

— Она сказала, что ее зовут Аманда.

Раздражение сразу прошло. — Пропустите ее.

Он быстро обошел дом, чтобы убедиться, что все в порядке. Да, все было в норме.

Когда зазвонил звонок, Майкл устремился к дверям. На пороге стояла Аманда Голдмэн в шикарном шелковом платье. Ее белокурые локоны, обрамляющие плечи, были божественно прекрасны.

— Доброе утро, сэр, — сказала она. — Не слишком ли раннее время для доставок?

— Доставка принимается, — улыбнулся Майкл, нежно целуя ее. — Ты заставила долго себя ждать.

— Я полагала, что ожидание только на пользу. Показывай свой дом.

Майкл повел ее сначала по первому этажу до просмотрового зала, потом к бассейну и теннисному корту.

— А теперь покажи мне, что у тебя наверху.

Майкл повел ее наверх. Аманда одобрительно кивала, осматривая все, что попадалось на ее пути. А когда он вывел ее на открытую деку с джакузи, ее глаза заблестели. — Это как раз то, что надо, — обрадовалась она. С этими словами она закинула руки себе за шею, расстегнула кнопки, и короткое шелковое платье упало к ее ногам. Под платьем не было ничего.

Майкл немедленно возблагодарил южную Калифорнию, где женщины были помешаны на идее сохранения фигуры. Аманда Голдмэн, несмотря на сорок с лишним лет, выглядела лет на пятнадцать моложе.

Составишь мне компанию? — лукаво спросила она, садясь в горячую ванну.

Майкл не заставил себя долго ждать.

Совет директоров киностудии Центурион в полном составе собрался в начале третьего, после того, как участники переговорили друг с другом на личные темы. Майкл обменялся рукопожатиями с каждым, после чего все перешли в зал заседаний, где Лео официально представил его.

— С большим удовольствием представляю вам сегодня нашего нового директора, Майкла Винсента. Я ожидаю, что он привнесет в наш совет свежую струю интеллектуальной и творческой мысли в качестве постановщика первоклассных фильмов, и, помимо этого, у него необычайно развито чутье на то, что будет пользоваться спросом.

Раздались вежливые аплодисменты. Лео продолжал: — Джентльмены, это, скорее, особая, нежели регулярная наша встреча. Я пригласил вас с целью обсудить серьезное предложение. Майкл был озадачен, но тут же начал соображать, как все это отразится лично на нем. Он не думал, что следует ожидать чего-то хорошего. Да и на лицах других директоров было написано, что они, по меньшей мере, тоже удивлены.

— Я бы очень удивился, — продолжил Лео, — если никто из вас не слышал последних слухов. Эти вещи имеют привычку быстро распространяться.

Тут с места поднялся седовласый мужчина, сидящий в противоположном конце длинного стола. — Лео, я понятия ни о чем не имею, хотя, должен признаться, как и все прочие, был бы в курсе, если бы готовилось что-либо серьезное.

— Гарри, — обратился к нему Лео, — если вы не слышали, стало быть, об этом не знает никто другой.

Сидящие за столом не могли скрыть изумления.

Предложение исходит от корпорации Ямамото, штаб-квартира которой находится в Токио. Лео назвал имя известного человека. Майкл подумал про себя, что хорошо бы иметь пакет акций Центуриона.

Ямамото? — спросил Гарри. — У этой японской компании весьма странные интересы.

— Корпорация Ямамото имеет обширные интересы — электроника, торговля недвижимостью у нас и в Европе, производство автомобилей в Таиланде, фармацевтический бизнес и производство звукозаписывающей аппаратуры в Европе. И они полагают, что главная американская киностудия может быть также присоединена к их многочисленным холдингам.

— Если они предлагают сделку, стало быть, будут поднимать ставки, — сказал Гарри. — А мы ответим на это, чтобы они держали подальше от нас свои самурайские задницы.

— Итак, у нас имеется один голос, чтобы отклонить их предложение, — сказал Лео. — Кто еще?

— Я, — раздался голос с другой стороны стола.

На него устремились все взгляды.

— Кто за данное предложение? — спросил Лео.

Раздался гул одобрения.

— Кто против?

Молчание.

— Предложение Гарри принимается. Гарри, я хочу, чтобы вы и каждый из совета директоров знали, что лично я никогда не приму подобного предложения от японской компании. Не хочу, чтобы меня обвиняли в расизме, но эти крошечные ублюдки уже владеют Универсал и Колумбией, и я категорически заявляю, что Центурион не выставляется на продажу.

— Лео, все можно выставить на продажу, — заметил Гарри, — даже Центурион.

— Нет, до тех пор, пока я контролирую пятьдесят четыре процента акций, — ответил Голдмэн.

Гарри не стал возражать.

— А теперь, джентльмены, поскольку повестка дня исчерпана, собрание объявляю закрытым. Отправляйтесь на все четыре стороны, только не забудьте, вечером за мной обед. Жду всех к семи.

Директора поднялись и стали расходиться, по пути обмениваясь друг с другом впечатлениями.

Десять минут спустя, Майкл остался с Лео один на один. — Лео, скажите, правда, что эти люди собрались на эту встречу со всех концов страны?

— Правда.

— Я понимаю, у вас на то должны быть свои мотивы, но, будь я одним из них, то, по меньшей мере, обиделся бы, если б меня заставили бросить все дела и примчаться на пятиминутное собрание.

— У меня есть мотивы, — признал Лео. — Не первый и не последний раз к нам обращается компания Ямамото. Эта группа япошек — не что иное, как свора сукиных сынов. Я добивался, чтобы мой совет директоров четко знал мою позицию в отношении нашей компании. И собираюсь твердо отстаивать свою позицию, пока располагаю пятьюдесятью четырьмя процентами пакета акций.

— А почему, Лео?

— Потому, что это моя студия. Это моя жизнь. Это то, что я делаю, и кем являюсь. Я продам только на смертном одре и то лишь при условии, что они предложат сумасшедшую сумму.

— Ясно.

— Прекрасно, и я хочу, чтобы ты был на моей стороне, исходя из твоих собственных интересов в процветании студии.

Майкл направился к двери. — Хорошо.

— Вечером — у меня, — закончил разговор Лео, помахав на прощание рукой, в которой держал сигару.

ГЛАВА 44

Рик Ривера сидел возле бассейна дома, расположенного в Западном Голливуде, и смотрел на нагую молодую особу, которая спала на кушетке рядом. Она была стройна, ровный загар полностью покрывал ее тело, и прикосновение к ее коже было необыкновенно приятным. Было пять часов, была суббота, и он уже дважды имел с ней секс.

Рик лежал на спине и размышлял о тех переменах в жизни, которые произошли с ним с момента знакомства с Майклом Винсентом. Он снимал этот дом, но потенциально мог купить его, если бы внес приличный аванс. Он позаботился о Синди и малыше. Больше не было проблем с уплатой алиментов, хотя Синди начала приставать к нему по поводу новой машины.

Благодаря своему положению в киностудии он вел активную половую жизнь. Старлетки ради ничтожной роли готовы были на все. И доколе существуют фильмы, будут существовать и красавицы, желающие в них играть. И если, скажем, водородная бомба упала бы на Лос Анжелес и стерла с лица земли все студии, на следующий же день такие же девчонки примчались бы из Небраски и Алабамы. Они стали бы искать в развалинах уцелевших продюсеров и переспали бы с ними за право получить роль. При мысли об этом Рик с облегчением вздохнул.

Зазвонил мобильный телефон.

— Алло!

— Мистер Ривера?

— Я.

— Это мисс Кэллахан из банка.

У него невольно перехватило дыхание.

— Да?

— Дело в том, что вы на месяц задержали оплату счета по карточке Виза. Когда мы можем рассчитывать получить деньги?

— О, прошу прощения, — ответил он. — Видимо, об этом не позаботилась моя секретарша. Я прослежу, чтобы она выслала вам чек на будущей неделе.

— К тому времени начнется новый цикл, мистер Ривера. Если вы желаете продолжить пользоваться вашей карточкой, я должна получить от вас деньги не позже, чем к концу рабочего дня во вторник.

— Конечно же, конечно. Никаких проблем. Прошу простить за опоздание.

— Исходя из вероятных перебоев в доставке почты, я бы порекомендовала, чтобы ваша секретарша лично приехала в банк.