– Фенмор дурак, проигравший в карты состояние своей семьи и свое доброе имя. У него не хватит смелости пойти против меня и моего брата.
– Джереми, может быть, он и не сделает этого в открытую, но не упустит случая выстрелить вам в спину. Трусы, а я уверена, что Фенмор принадлежит именно к этой породе, всегда поступают так.
– Ты очень разволновалась, – сказал Джереми, погладив ее по щеке. – Давай покатаемся до ланча, а потом обсудим поездку к Байрону.
Услышав о Байроне, Эннабел до конца дня больше ни разу не вспоминала о лорде Фенморе. На крыльях мечты девушка вспорхнула наверх и стала торопливо переодеваться для прогулки.
Глава 13
– По всей округе в деревнях поджигают стога. Пока дело не дошло до настоящего насилия, я думаю, мы справимся с мятежниками. Тем временем Фалькон появляется почти во всех графствах. Сторонники этого разбойника считают его чуть ли не божеством, непобедимым, всесильным, бесстрашные. А эту проклятую газету «Лигал Уотч» знает каждый бедняк от Корнуолла до Кента. Мы должны положить этому конец.
Лорд Лансфорд стучал кулаком по столу в пабе «Бучерз тейбл», нагоняя страх на своих приспешников – Роялстона и Бойнтона.
– Дерек, мы знаем, что газета издается в этом графстве, и что именно здесь скрывается Фалькон. Почему бы нам не перейти в наступление и не обыскать каждый подозрительный дом в этом районе? Я уверен, мы обнаружим достаточно улик для того, чтобы засадить в тюрьму этих радикалов.
– Потому, – сквозь зубы процедил Лансфорд, – что нас и так критикуют за купленные правительственные должности. Мы должны заманить этих людей в их же ловушку. Мы должны показать; что они такие же продажные, какими изображают нас, и повесить их. Если сделаете из Фалькона мученика, погибшего за правое дело, то лучше сразу собирайте чемоданы.
– Я присутствовала на последних трех митингах, – раздался голос леди Фенмор, сидевшей на неосвещенной стороне стола с бокалом пива. – Фалькон набирает силу. Если он продержится до возвращения Коббета, и они вместе возродят движение радикалов, то я бы советовала вам подумать о переезде на север страны или куда-нибудь подальше.
Лансфорд достал монокль и посмотрел на любовницу.
– Вы нашли что-нибудь, компрометирующее этих людей? По крайней мере, вы должны знать, кто издает эту пакостную газету. В последнем номере они не только называют меня защитником новых законов о бедняках, но и обвиняют в том, что свое роскошное «гнездышко» я построил на собранные налоги.
Присутствующие посмотрели на Лансфорда, затем отвели глаза. Каждый из них вспомнил о громадном особняке, который Дерек недавно построил рядом с королевским дворцом. Возникло неловкое молчание, затем Роялстон откашлялся и произнес:
– Думаю, пора действовать. Мы должны опозорить либо Фалькона, либо его глашатая. Если мы не предпримем этого, то скоро все графство будет у них в руках.
– Хорошо, встретимся в Лондоне и обсудим это, – сказал Дерек, поднимаясь и показывая тем самым, что их тайное собрание закончено.
– Позвольте отвезти вас домой, леди Фенмор, – предложил Джеффри Роялстон. – На улице меня ждет карета, а мистер Бойнтон переночует у своих друзей.
Сняв монокль, лорд Лансфорд грозно и холодно посмотрел на своего помощника.
– Леди Фенмор поедет со мной, Джеффри. Пожалуйста, передайте привет вашей жене, когда вернетесь в Лондон.
Всю дорогу леди Фенмор хохотала.
– Старый дурак! А как он смотрит на меня, когда думает, что ты не видишь! – Фелиция ткнула в бок своего возлюбленного и, придвигаясь ближе, спросила нежным голоском. – Ты скучал по своей маленькой Лиззи?
– Очень, – ответил Дерек, похлопав Фелицию по ягодице. – Ты видела эту девчонку Шеффилд?
– Она никакая не Шеффилд, – обиженно сказала Фелиция. – Я не знаю точно, кто эта маленькая потаскушка, но уверена, что мы не должны тратить на разговоры о ней время, оставшееся до твоего возвращения в Лондон. – Она погладила бедро Дерека и, взяв его руку, положила себе на грудь. – Ты можешь провести это время со мной?
Лансфорд постарался скрыть свое раздражение… В последнее время Фелиция Фенмор все чаще выводила его из себя, но она была единственной нитью, ведущей к Шеффилду, а значит, и к Фалькону.
– Дорогая, в моем распоряжении всего несколько минут. Живя в деревне, ты, наверное, забыла о тех требованиях, которые предъявляются в городе к человеку с моим положением.
Дерек наклонился вперед и что-то прошептал кучеру.
– Сегодня не в лабиринт, дорогой? – тихо спросила Фелиция, когда они свернули на дорогу, ведущую к реке.
– Нет. В прошлый раз лабиринт сильно напугал меня.
Когда они подъехали к реке, Лансфорд помог Фелиции выйти из кареты и отвел ее в уединенное место на берегу. Он разложил на траве свой плащ, чтобы его подруга могла лечь, и тут же сбросил брюки.
– О, мы сегодня торопимся, – обманчиво сладким голосом произнесла Фелиция.
– Я же сказал тебе, что у меня мало времени. Довольствуйся тем, что есть, любимая. – С громким стоном Дерек бросился на женщину, и вскоре они уже катались по траве.
Их стоны стали такими громкими, что кучер благоразумно заткнул уши.
– Кто это? – спросил Лансфорд, поднимаясь с земли.
Приближающийся звук копыт умерил его пыл.
– О, Боже, меня не должны застать с тобой! – Он поспешно подобрал свои брюки и плащ и, бросив полуодетую возлюбленную, побежал к карете.
Растрепанная Фелиция сидела на траве. Разорванный лиф платья почти полностью открывал ее грудь.
– Подлец! – выкрикнула она.
Все еще тяжело дыша, она погрозила кулаком вслед удаляющейся карете.
– Когда-нибудь я отплачу тебе за это, трус!
Фелиция поднялась на ноги и увидела несущегося прямо на нее Тримейна Шеффилда. Увидев ее, он резко остановил лошадь, едва не, сбив женщину с ног.
Спрыгнув, он крикнул:
– Боже, Фелиция, что с вами случилось?
Фелиция разразилась рыданиями и, прикрывая обнаженную грудь, бросилась в объятия Тримейна.
– О, благодарю Бога, что вы оказались рядом! Какой-то крестьянин поймал меня во время прогулки и пытался… пытался… – она еще сильнее прижалась к Шеффилду. – О, Тримейн, это было ужасно. Какое счастье, что вы оказались поблизости!
Тримейн увидел красные пятна на ее груди и шее.
– Животное! Я догоню его!
– Нет, вы его спугнули. Я знаю, он не вернется. Он не… он не… О, Тримейн, в ваших объятиях я чувствую себя в безопасности.
– Как выглядел этот человек? Клянусь, я найду его и достану из него всю душу!
– Я не разглядела его лица, – ответила Фелиция.
Она так крепко прижалась к Тримейну, что ее голос был едва слышен. Повернув голову, женщина увидела закутанную в плащ фигуру, приближающуюся к ним.
