Читаем без скачивания Дважды Шутт - Роберт Асприн

— У меня от них глаза болят, и цвета не правильные получаются, — пожаловалась Гарбо, воспользовавшись транслятором. — И кроме того, я и без них отлично все вижу — А-а-а, ну конечно! — воскликнул Армстронг и прищелкнул пальцами. — Ведь наши терранские кошки тоже отлично видят в темноте, так что и вы, гамбольты, должны это уметь.

— Она без очков видит так же хорошо, как я в очках, — подтвердила Каменюка, явно гордящаяся своей подружкой. — И насчет цветов она тоже права. Цвета жутковатые, когда смотришь через очки, но я вижу настолько здорово, что можно и потерпеть.

— Ну, нынче ночью вы вряд ли много чего увидите, — заметил Армстронг. — Мы просмотрели территорию на километр от лагеря, и ничего крупнее флун здесь нет, уверяю вас, и они не опасны для людей… и существ размером с них.

Так что — будьте начеку, но без толку не палите.

— Есть, сэр, — ответила Каменюка. — А как быть, если мы заметим что-нибудь неожиданное?

— Если не будет попыток нападения на вас, ничего не предпринимайте, — посоветовал лейтенант. — По ограде, установленной по периметру вокруг лагеря, пропущен ток небольшой мощности, чтобы отпугивать всяких местных зверьков. Но если все же кто-то попытается перебраться через ограду, в героев не играйте. Стреляйте из парализаторов, а потом сообщайте Мамочке, она немедленно вышлет вам подкрепление. Все ясно?

— Да, сэр, — ответила Гарбо. — Стрелять из парализаторов, а потом сообщить Мамочке. Все понятно, сэр.

Как только лейтенант удалился из зоны слышимости, Каменюка вгляделась в растущие неподалеку от ограды кусты и призналась:

— Честно говоря, не по себе мне тут, Гарбо. Никогда не бывала в местах, где по ночам такая темень.

— Так ты в городе выросла, да? — спросила Гарбо.

— Ну да, конечно, — кивнула девушка. — В городах по ночам светло, как днем, по улицам люди ходят. А тут… тут слишком пусто!

— А вот если меня спросить, так я города не очень люблю, — призналась гамбольтша, после чего парочка дозорных тронулась в обход вдоль ограды, вглядываясь в темноту. — Уж слишком там народу много, тесно, и много всяких типов нехороших. А тут что? Только зверушки какие-нибудь, и все, да и те заняты своими делами.

— Какие-нибудь зверушки, ты так считаешь? — не слишком храбро отозвалась Каменюка, глядя в непроницаемый мрак. — Может, и так. Но только если тут, кроме зверушек, нет никого, зачем тогда майор нас заставляет нести ночной дозор? Нет, тут явно что-то еще есть — может быть, есть эти Прячущиеся, про которых толкуют зенобианцы.

— Если меня спросить, так Прячущиеся эти и носа не высунут, — фыркнула Гарбо. — Мы-то им на что?

В это время в темноте за оградой послышался громкий треск.

— Тс-с! — прошипела Каменюка. — Что это было?

Она присела на корточки, пытаясь рассмотреть что-то, по ее предположению, маленькое.

— Что-то движется, — сообщила Гарбо, присев рядом с напарницей. — Что-то большое. Ветер не с той стороны дует, и я не могу уловить запах.

— Но ведь не должно же тут быть ничего большого! — жалобно прошептала Каменюка. — Что делать будем?

— Не забывай о приказе лейтенанта, — напомнила ей Гарбо. — Будем ждать и смотреть. Может, оно не подойдет ближе. А подойдет — стрельнем из парализаторов и вызовем подкрепление.

— Ага, из парализаторов, — нервно отозвалась Каменюка, сняла парализатор с предохранителя и через оптический прицел всмотрелась во тьму, откуда донесся треск. Не в первый раз она пожалела о том, что не наделена сверхчутким носом и ушами гамбольтши. Даже через очки ночного видения ей трудно было рассмотреть что-либо за оградой. Окрестности представали перед ней, будучи окрашенными в неестественные цвета, в зависимости от температуры. На планетах, по экологическим условиям подобным Земле, это означало, что крупные живые существа должны были выглядеть ярче на темном фоне.

Но здесь, где в природе обитали только мелкие животные, все сливалось в однообразную картину. И несмотря на то что и Гарбо, и Каменюка отчетливо слышали треск, в кустах не было заметно никакого движения.

Но вот от зарослей неподалеку от ограды отделился довольно крупный силуэт и тронулся в сторону дозорных. В очках ночного видения он показался Каменюке ростом с человека. Его очертания были яркими, колеблющимися.

— Ой, мамочки! — прошептала Каменюка и нацелила на незнакомца парализатор.

— Не стреляй, это человек, — предупредила ее Гарбо, но опоздала. Девушка уже нажала кнопку.

Перед Каменюкой, глаза которой закрывали очки ночного видения, луч парализатора предстал в виде узкого конуса голубовато-зеленоватого света, расширяющегося по мере приближения к цели. Свет охватил приближавшуюся фигуру, и неожиданно она озарилась ярким гало. Каменюка опустила парализатор в ожидании того, что ее жертва упадет.

Однако ничего подобного не произошло.

Таинственный незнакомец продолжал приближаться к дозорным.

— Стой! Стрелять буду! — крикнула Каменюка, совершенно ошарашенная неудачей своего первого выстрела. — Руки вверх!

Она нацелилась в голову незнакомца, при этом ни в малейшей степени не представляя, что делать, если выстрел и на этот раз окажется неудачным. Но парализатор непременно должен был подействовать — ведь она попала в незнакомца, она это точно видела. А если парализатор не подействовал, что же делать, если нарушитель нападет? Но тут он неожиданно остановился и поднял руки вверх.

— Кто идет? — крикнула Каменюка.

Гарбо уже разговаривала по коммуникатору с Мамочкой, просила прислать подкрепление.

— Не надо стрелять, — послышался до боли знакомый голос. — Я безоружен. Могу я подойти ближе?

— Капитан! — озадаченно воскликнула Каменюка, вскочила и вгляделась в темноту. На таком расстоянии различить черты лица человека было невозможно — особенно через очки ночного видения, но голос определенно принадлежал капитану Шутнику.

Гарбо обернулась.

— Не может быть, — сказала она, присмотрелась получше и прошептала:

— Давай вот как сделаем: не станем под-; пускать его ближе, пока не подойдет подкрепление. Пусть кто-нибудь другой решит, как тут быть. — Она проговорила. громко:

— Ни с места! Вы под прицелом! Не двигайтесь, тогда мы не будем стрелять.

— Я не буду двигаться, — донесся из темноты голос Шутта. Эти слова он произнес намного более радостно и спокойно, чем следовало бы человеку, которого держали на мушке двое подчиненных. — Но надеюсь, подкрепление прибудет скоро. Не так уж весело ждать в темноте.

— Сейчас прибудет подкрепление, — проговорила Каменюка, стараясь говорить уверенно, хотя никакой уверенности она на самом деле не ощущала. — А до тех пор — ни с места.

Капитан ответил чуть насмешливо:

— Я никуда не тороплюсь. Пока.

Каменюка не успела толком подумать о происходящем.

Прибыло подкрепление, и на этом их с Гарбо дежурство окончилось.

Глава 11

Робот производства компании «Андроматик», предназначавшийся для подмены моего босса, был запрограммирован так, чтобы он мог играть роль владельца казино. Изначально было решено, что он будет ознакомлен с военным уставом весьма кратко и приблизительно. В конце концов, легионеры, охранявшие казино «Жирный Куш», на самом деле были актерами и большинство из них не имели никакого опыта военной службы.

На тот случай, если бы в казино вдруг наведался какой-нибудь действующий или отставной офицер Легиона, роботу была дана установка сворачивать разговоры на военные темы при первой ее возможности и переводить разговор на самые общие вопросы. До некоторых пор никто не сумел догадаться о том, что капитана в казино подменяет робот.

Только тогда, когда робот попал на территорию базы, где его хозяин и двойник играл ключевую роль, эти недостатки в его программировании стали очевидны. А тот, кто мог бы все исправить, в это самое время находился далеко от лагеря.

Очнувшись, Шутт обнаружил, что находится внутри чего-то, смутно напоминающего палатку, вот только и стенки, и крыша были явно не брезентовые. Затылок у него тупо болел, как будто с похмелья после выпивки в одном из заведений, которое посещали рядовые.

— Где я? — проговорил он, понимая, что произносит жуткую банальность.

— Сэр, похоже, нас захватили в плен Прячущиеся, — прозвучал голос Бикера где-то совсем рядом. — Видимо, для нападения на нас они использовали нечто наподобие зенобианского парализатора.

— Ты их видел? — осведомился Шутт, приподнялся и, протянув руку, ощупал материал, из которого была изготовлена стенка помещения, в котором находились они с Бикером. Материал на ощупь оказался мягким и гладким, но при этом необычайно прочным. Никаких отверстий Шутт не обнаружил, хотя воздух под непроницаемым пологом был на удивление свежим.