тут же отпустили.
– Вроде все хорошо, – с сомнением сказал он.
– Нет, не хорошо! Я же чувствую, что болит! Просто, кажется… Кажется, в другом месте. – Настя виновато улыбнулась и оголила ногу до самого колена. Между прочим, верх эротичности по здешним меркам!
Ратмир нервно поджал губы. Что ни говорите, но он был мужчиной. Причем мужчиной в лучшем понимании этого слова. И Настя точно знала: он не остался равнодушным.
Это только кажется, что подобными методами работать непристойно. Вздор! Когда дело касается собственного сердца, пристойно все, что тебе не претит. А для Настюши, как для жительницы миллионного города, голые коленки вовсе не казались ужасными. И если Ратмир сможет оценить претендентку на роль супруги именно с помощью таких – визуальных – методов, то почему бы и нет?
– Прикройся, – отрывисто бросил он, отводя взгляд.
– Зачем? Я тебе доверяю.
Настя накрыла его руку своей.
Мужские пальцы, все еще лежащие на лодыжке, медленно скользнули выше. Еще мгновенье – и накроют коленную чашечку… Но нет. Ратмир был слишком приличным для подобных действий. Он шумно выдохнул сквозь сжатые зубы и выпрямился в полный рост.
– Я себе не доверяю, – сказал тихо, по-прежнему не смотря на Настюшу.
– Зря, – шепнула она, поднимаясь за ним следом. – Кому верить, если не тебе?
Ратмир замер на мгновенье, а потом медленно перевел на нее пристальный взгляд.
– А вдруг во мне зверь живет? – спросил он, кривя рот в усмешке. – Дикий, страшный, опасный? Вот так доверишься, а зверь вырвется на свободу?
Наверное, он хотел, чтобы эти слова звучали предупреждающе, но Настя отчетливо расслышала горечь. В мужских глазах вовсе не было той самой животной ярости, о которой он говорил, лишь запертая глубоко в сердце печаль.
Вроде бы всего три фразы, но как много они дали понять! Настюша силилась подобрать ответные – и не могла… Не оттого, что испугалась предостережения, а оттого, как на долю секунды раскрылась мужская душа и Ратмир обнажил собственные страхи. Настя успела их разглядеть. Успела понять. И ужаснуться.
– Вот видишь, – хмыкнул мужчина, заметив на ее лице смятение. – Держись подальше, Настенька, счастливее будешь.
И, резко развернувшись, ушел в сторону и скрылся за густо растущими деревьями.
Сильный человек, грозный дракон, великий чародей, мудрец, каких больше нет… Он разбирался во всех тайнах мира, но так и не смог понять загадку женского сердца.
Настя склонила голову набок, задумчиво перебирая все, что знала о Ратмире. Соотносила эти знания с той болью, что узрела в его глазах, и понимала, насколько хрупкой была стена, возведенная вокруг мужчины. Он только казался уверенным и несокрушимым, а на самом деле… А на самом деле ему, как и всем, не хватало близкого человека рядом: такого, чтоб принял со всеми секретами, недомолвками, недостатками… Такого, кто бы не предал и не отверг. Такого, перед кем не нужно притворяться.
– И ведь нашел, – тихо сказала Настя. – Он нашел меня.
Стоило произнести это вслух, как тут же появилась уверенность, что все получится. Ведь это так просто, в самом деле! Всего лишь нужно – любить! Искренне, пылко, срывая покровы и отбрасывая прочь сомнения. Оголяя сердце и принимая чужие особенности без раздумий.
Настя улыбнулась, представляя выражение мужского лица, когда она об этом скажет вслух.
Лишь бы выслушал. Не перебил, не отмахнулся, не ушел, а выслушал!
Она оправила подол, чуть притопнула ногой, сгоняя с кожи мурашки, появившееся, еще когда Ратмир ощупывал лодыжку, и отправилась на его поиски.
– Надеюсь, не в Змея Горыныча в кустах превращается, – нервно усмехнулась Настюша. – А впрочем, может быть, именно сейчас это стало бы идеальным выходом из ситуации.
Но, к радости или огорчению, Ратмир ничего такого не делал. Просто держал в руках прутик, подобранный в местных буреломах, и сверлил его невидящим взором.
Вряд ли он размышлял о древесной структуре. Верней всего, его мысли сейчас бежали по тем же путям, что и Настины, только были не такими оптимистическими.
– Вот ты где! – преувеличенно бодро воскликнула девушка. – А я тебя потеряла.
– Не стоило сюда приходить, тем более с больной ногой, – глухо ответил Ратмир.
– Ты так внезапно исчез, что забеспокоилась. Что делаешь?
– Быструю дорогу домой обеспечиваю.
– О! – Настя покосилась на прутик. – Так ты же его потерял.
– Это другой.
– Откуда? Неужели сам сделал?
– Сделал. – Ратмир отвечал односложно, опасаясь встречаться с Настей взглядом.
Но она упорно делала вид, что ничего не замечает.
– Это же здорово! Ты очень талантлив. Давай скорее вернемся домой, соскучилась по нашему Погорынью.
– Прям-таки «соскучилась»? – Он чуть растянул уголок рта, намечая улыбку.
– Именно так, – кивнула Настя, подходя ближе и беря Ратмира за руку. – Прекрасное место. Признаться, даже жалею, что со временем придется оттуда уйти. Честное слово, иногда мне кажется, что могла бы всю жизнь прожить в нашем Погорынье, – сказала она и поняла, что ничуть не покривила душой. И правда ведь, могла бы.
– Всю жизнь? – недоверчиво переспросил Ратмир. – И Змея Горыныча не испугаешься?
– А чего его бояться? Шикарный дракон. А характер какой! На вес золота. Решительный, смелый, умный, ответственный. За таким как за каменной стеной.
– Он же…
– Какой? С клыками? Ну так и ладно, ведь не кусается. С когтями? При себе держит, на других не нападает. А коли нападает, так не на меня, а на врагов, это тоже неплохо. В общем, как ни посмотри, а с любой стороны – одни достоинства.
Ратмир высоко вздернул брови, а потом вдруг прищурился и сказал:
– Врешь, Настенька. Ни одна девица не согласится по доброй воле в Погорынье на всю жизнь остаться, судьбу во власть страшилища отдать. Разве не так? Это на словах пообещать можно что угодно, а на деле – лишь слезы да горестные стоны. Думаешь, Змей Горыныч не пытался невесту подыскать? Спрашивал, умасливал… Все зря!
– Значит, девицы сначала отказывались, а потом он даже спрашивать перестал, – сделала правильные выводы Настя. – Ясно…
– Кто же согласится, если каждую с детства учили: Змей Горыныч – зло во плоти! Жуткое чудовище, съедающее на завтраки неповинных дев да черным колдовством промышляющее!
– Значит, плохо спрашивал. Надо попробовать еще раз.
Ратмир хотел возразить, но не стал. Лишь взмахнул прутиком, меняя пейзаж и перенося их из глухого леса на приятную глазу полянку.
Глава 15
Настя свежим взглядом окинула Погорынье: в родных пенатах и правда было уютно.
И лес родной, и горы, и каменный замок – все давало ощущение спокойствия и защищенности. Ценное чувство, как ни верти.
Она вздохнула и вытянулась на кровати в полный
