умереть с голоду. Так что уже через пару секунд он взял себя в руки и угрюмо уставился на меня.
— Зачем вы мне это рассказывайте? — С легким холодком спросил он, сложив руки под подбородком. — Про все это. Обычные торгаши наоборот хранят все в тайне, куда и зачем везут свой товар, чтобы не плодить конкурентов и остальные не поняли, какую выгоду они от этого получат. Сейчас я спокойно могу задрать цены или потребовать половину прибыли без отказа с вашей стороны. Вы проделали слишком долгий путь, чтобы просто так уплыть. Так почему вы мне все это рассказали?
«Молодец. Сам догадался».
— Из-за трех вещей. — Сказал я, в точности повторив позу Мормонта и начав говорить его тоном и интонацией. Еще один маленький трюк, заставляющий собеседника тебя слушать и вызывающий небольшое интуитивное доверие. — Во-первых, вы этого не сделаете. Северяне люди чести и никогда не станут подобно южанам юлить или задирать цены ради нескольких серебряников. — На этом моменте против воли Старый Медведь довольно улыбнулся, полностью признавая мои слова. — Во-вторых, у меня на кораблях находится 300 бушелей пшеницы, 50 бочек солонины и 20 бочонков вина. Этого хватит вам, чтобы прожить почти полтора года, без помощи со стороны. А зима будет долгой. Я недавно бывал в Староместе, и архимейстер Валгрейв говорил лишь о сокращении дней, а не удлинении. — На этом моменте я повернулся в сторону мейстера, который внимательно слушал наш разговор, незаметно что-то записывая. — Можете послать ему ворона, если сомневаетесь.
На обращение мейстер лишь кивнул, сделав несколько заметок в своём свитке.
— Ну и наконец третья, самая важная причина. Мне нужно ваше полное содействие в одном деле. — После моих слов Мормонт подобрался, готовясь внимательно меня слушать. — Всех экзотических зверей всегда оценивали по двум критериям — по их красоте и опасности, которую они представляют. Медведь зверь хоть и красивый, но в первую очередь опасный. И мне нужно это показать. А для этого нужна ваша помощь.
— Какая? — Подался вперед заинтересованный северный лорд.
«Все. Теперь он наверняка мне не откажет»
— Мне нужен живой дикий медведь, и чем злее и сильнее, тем лучше.
Глава 11
Море Севера и Востока (Часть 2)
274 год от З. Э.
— Аккуратней! Аккуратней, бл*ть, я сказал! Это вам не мешки с зерном! Это дорогой товар! Повредите его всю жизнь у меня в юнгах проходите! — Жизнь течет, люди умирают, сменяются поколения, но некоторые вещи остаются неизменны. Например, до конца времен, во всех мирах, будут существовать капитаны и старпомы ругающие нерадивых матросов за их косяки на чем свет стоит.
Стоя на мостике «Черной пантеры» я с легким волнением ожидал отправки. Как бы я не восхищался дикой и прекрасной природой Севера, она мне очень быстро надоела. Не спорю, в ней есть свое уникальное очарование, выраженное в тишине, покое и гармонии между человеком и его праматерью. Но все это не для меня. Я всегда любил более яркие пейзажи, когда мир вокруг играл всеми возможными красками, показывая всем вокруг жизнь в ее истинном великолепии. Для меня нет ничего красивее зеленых лугов Простора, с их мягкой и сочной зеленой травой и постоянно колышущейся листвой под порывами ветра, или уже давно ставших родными холмов и лесов Западных земель, где я провел все свое второе детство и с которыми связано слишком много приятных моментов и воспоминаний.
Мы провели на Медвежьем острове почти четыре дня, три из которых были потрачены на поиск того самого медведя.
Все эти пляски с бубном вокруг Старого Джиора, в виде объяснений моих намерений и способа заработка, были ради этого момента. Нельзя просто приплыть к Мормонтам и сказать «поймайте мне ваше тотемное животное и доставьте сюда».
Это Вестерос. Обитель лордов и рыцарей, людей живущих в первую очередь по законам чести и долга. Нельзя просто прийти к представителю благородного дома, неважно Ланнистер это, Фаулер или Мормонт, и потребовать продать их символ. Это аналогично просьбе прийти к Таргариенам и потребовать отдать череп Балериона Черного Ужаса или прийти к Болтонам и попросить продать их знаменитые фамильные плащи, сшитые из кожи Старков. То есть является очень сильным оскорблением для всего рода.
Нужна причина. Очень веская причина, которая сможет удовлетворить все каноны местной чести. И я нашел эту причину, а точнее две. Первая это естественно еда, проданная по сниженным ценам (хотя по факту я купил ее в два раза дешевле) и обещание, что после показа 'заморским торгашам гордого символа Мормонтов" я отвезу его назад в Вестерос и выпущу где-нибудь на Севере. Без соблюдения этих двух пунктов, Мормонт не только отказался бы от моего предложения, но и не продал бы не одной шкуры.
— Господин Феликс, его привезли! — От размышлений о трудностях во взаимоотношениях между людьми, меня отвлек голос Эдварда, уже закончившего руководить погрузкой последних тюков пушнины и в данный момент указывающего в сторону леса.
А там было на что посмотреть. В огромной клетке, заказанной еще в Староместе и специально помещенной на корабль, которую с помощью заранее подкладываемых бревен катили в сторону корабля несколько десятков мужиков, сидел настоящий монстр. Огромное мохнатое чудище одним своим видом внушало страх. Бурый мех, во множестве мест запутавшийся и висящей клоками, острые и длинные черные когти, пасть в один укус способная отгрызть голову взрослому человеку… старый, но все еще находящийся на пике силы матерый зверь. В полтора раза больше своих сородичей, он спокойно лежал на дне клетки и, со скрытой угрозой во взгляде, осматривал окрестности. Я не тешил себя иллюзиями, что он надолго останется спокоен. Даже отсюда, почти за двести ярдов от корабля я видел внушительные следы, от когтей оставленные на стенках клетки. Недостаточно большие, чтобы сломать клетку и вырваться из заточения, но достаточные, чтобы с легкостью разорвать человека на куски.
«И как они только его поймали?» — Задумался я, наблюдая как мой «товар» потихоньку подкатывают к заранее подготовленному плоту, на котором того уже доставят на корабль. Мне даже стало интересно, как будущий триарх
