Читаем без скачивания Штурм Дюльбера - Кир Булычев

Ниже – мелким шрифтом: сообщение из Севастополя. Вчера там состоялось собрание запасных в полуэкипаже, посвященное плохому состоянию зимнего обмундирования. Капитан первого ранга Гсетоско заверил слушателей, что состав с шинелями и бушлатами уже покинул Киев. После капитана Гсетоско выступил адъютант командующего флотом лейтенант А. Берестов. Он познакомил собравшихся с обстановкой в Питере и ответил на многие вопросы. Он сказал, в частности, что флот стоит перед большими событиями – нужно быть готовыми отразить любое нападение германо-турецких дредноутов…

Сначала, выхватив глазами «А. Берестов», Лидочка чуть было не кинулась собираться – ехать в Севастополь. Но потом перечитала и поняла, что это – однофамилец. Конечно же – однофамилец! Андрюша никогда не служил по флоту, а уж для того, чтобы стать лейтенантом, следует прослужить лет десять. Странное совпадение. Конечно же, она съездит в Севастополь… может быть, завтра. Она посмотрит на того офицера. Ей ведь достаточно посмотреть издали.

Лидочка отбросила газету и хотела было взяться за книжку. Книжки она брала в пустой и холодной городской библиотеке. Ей казалось, что, кроме нее и одного чахоточного студента, никто туда не ходит. Это был исторический роман Конан Дойла, она сама отыскала его на полке – библиотекарь, мрачный, закутанный в серый платок – лишь нос наружу, не возражал, чтобы Лидочка сама выбирала книги. И удивлялся: зачем она приносит книжки обратно?

Она прочла полстраницы. Потом захлопнула книжку. Посмотрела на часы. Нет, последний автобус на Севастополь давно ушел, и лучше будет поехать туда завтра на пароходе. Если не будет шторма. А какое расписание пароходов до Севастополя?

Лидочка уговаривала себя, что Андрюши нет в Севастополе. Это какой-то другой человек, моряк, может, даже немолодой. Важнее оставаться здесь – в Ялте. Только последняя дура помчится в Севастополь.

Убедив себя в бессмысленности такого поступка, Лидочка натянула ботики, быстро оделась и сбежала вниз.

Портье стоял на своем месте за стойкой.

– Лидия? – удивился он. – А я еще не ставил кофейник.

– Я на минутку, Георгий Львович, – сказала Лидочка. – Я на набережную и обратно.

– Может, дать тебе сопровождающего? – сказал портье. Он показал на группу постояльцев, лениво перекидывавшихся в карты за столиком у входа в закрытый ресторан.

– Ни в коем случае! – засмеялась Лидочка, закутываясь шарфом, чтобы защититься от острого весеннего ветра, что несся с моря. Она побежала по скудно освещенной набережной к причалу, где висела доска с расписанием пароходов.

Было уже совсем темно – часов десять, не меньше. Волны за парапетом угадывались только по белой пене… Лидочка добежала до доски с расписанием. Сюда долетали брызги от моря, она сразу окоченела, а фонарь был так далеко от расписания, что не было возможности прочесть, когда же отправляется первый пароход в Севастополь.

Лидочка растерянно оглянулась – о таком препятствии она не подумала. Может, вернуться в гостиницу и попросить у Георгия Львовича фонарь? Пока Лидочка размышляла, ветер неожиданно усилился и принес с собой такой плотный и холодный заряд брызг, что Лидочка кинулась бежать от моря. Впереди была лишь ярко освещенная витрина кафе «Франция», единственного открытого в это время на набережной.

Завидев бегущую от моря женскую фигуру, швейцар «Франции» приоткрыл дверь и впустил Лидочку. За последний месяц она уже не раз бывала здесь.

– Вы что на ночь глядя? Простудиться решили? – Швейцар был ворчлив, усат, броваст – фуражка с золотым галуном на самые глаза.

– Ой, не говорите! – ответила, задыхаясь, Лидочка. – Не думала, что живой добегу.

– Ну погрейтесь, кофейку выпейте. У нас сегодня тихо, биндюжников нету, офицеры тоже по номерам отсиживаются.

– Спасибо. – Лидочка наслаждалась теплым уютом кафе.

Она прошла в небольшой зал и сразу увидела Колю Беккера – в форме морского офицера, повзрослевшего, ставшего еще красивее Колю. Он сидел за столиком один, перед ним стояла чашка кофе и рюмка коньяка. Она обрадовалась, увидев его, но не потому, что соскучилась или была одинока. Коля – именно тот человек, который объяснит ей, кто такой А. Берестов, адъютант командующего флотом. Коля наверняка его видел и обратил внимание на это совпадение.

Лидочка прошла через весь полупустой тихий зал, подошла к столику и спросила лукаво:

– У вас свободно? Вы позволите девушке к вам присоединиться?

Дама за соседним столиком, что сидела в обществе грузного тоскливого полковника, сделала возмущенную мину:

– Ну и нравы!

Коля поднял голову, увидел Лидочку и сказал:

– Я как раз о тебе думал.

Он поднялся и подвинул стул, предлагая Лидочке сесть.

Словно они расстались вчера – добрыми приятелями. И встретились как договорено.

– Ты что здесь делаешь? – спросила Лидочка.

– Могу тебе задать такой же вопрос, – сказал Коля. Он взглянул на дверь. – Ты одна?

– Одна, – сказала Лидочка.

«Даже в самой безопасной ситуации нельзя нарушать правил конспирации, – ругал себя Коля. – Что мне стоило потерпеть на холоду, пока Ефимыч починит мотор? Что потянуло меня в это чертово кафе?» Нет, не Лидочка его пугала – хоть и екнуло нерадостно сердце, когда увидел ее рядом со столиком. Увидел бы ее заранее – скрылся бы. А ведь знал, что она в Ялте. Но чтобы Лидочка, недавняя гимназистка, смело входила одна в вечернее кафе, в такое время! Что должно было произойти с ней?

В тот момент Коля не думал о том, что он – Андрей Берестов. Странно, но, когда увидел мельком Лидочку на набережной несколько дней назад, сразу подумал – где же сам Берестов? Но сейчас ни о чем не подумал.

Изменилась ли Лидочка? По первому взгляду, с Лидочкиной хрупкой красотой ничего не произошло. Но, наверное, это не так – все мы меняемся. И Лидочка осунулась, глаза стали больше и тревожнее. Волосы причесаны иначе – плотно стянуты в пучок на затылке. И это насилие над волосами чуть-чуть оттягивает уголки глаз кверху и резче обозначает скулы. В лице появляется нечто ориентальное.

– Я здесь на минутку, по делу – еду в Севастополь, но вот машина сломалась.

– Ты там служишь?

– В штабе флота.

– Ты получил новые чины? Я плохо в них разбираюсь.

– Ничего интересного, – сказал Коля. – Служу. Как все. Кого-нибудь из знакомых видела?

– Давно никого не видела, – сказала Лидочка.

– Тебе кофе заказать?

– Без сахара.

Коля поднялся и пошел искать официанта. Лидочке было слышно, как за портьерой он ссорится с официантом, потому что официанту не хочется служить, а хочется заседать в Совете.

– Я обратил внимание, – раздраженно сказал Коля, возвращаясь и садясь за столик, – что простонародье ждет от революции не столько благ материальных, как возможности поговорить на пустые темы.

– Тебе не нравится революция?

– Почему? Мне она нравится. В определенных пределах. Например, для меня она открыла дорогу – во времена революционных потрясений открываются пути для смелых и умных людей. Не будь революции, я сидел бы в береговой артиллерии и ждал, пока приплывет «Гебен» и расстреляет меня вместе со всей батареей. Но ты расскажи, что с тобой было эти годы.

– Я уезжала.

– Куда?

– Куда, с кем – это долгий разговор.

– А зачем вернулась?

– Коля, я разыскиваю Андрея.

Кофе был теплый, жидкий – то ли кофе, то ли плохой чай. Молока официант не принес.

– Андрея? А вы… разве он… – Коля был удивлен.

– Мы потеряли друг друга. А мне его надо найти. Я думала, что ты мог встречать его или видеть.

– Нет, я его не видел… – Коля ответил как бы с оттяжкой – это была не пауза, но заминка. И Лидочка, готовая к неискренности, сразу уловила это.

– Не видел или ничего не знаешь? И фамилии не встречал?

– Я ничего не знаю об Андрее. Ты прости, что я не могу с тобой побыть. Но мне надо срочно возвращаться в Севастополь. Ты у родителей живешь? По старому адресу?

– Ты в Севастополь на машине? – спросила Лидочка. Они странно разговаривали, будто почти не слышали собеседника. Даже отвечая на вопросы, в самом деле думали о другом. О своем.

– Да, сейчас уже еду. Ты прости.

Коля достал аккуратный бумажник. У Коли всегда все было аккуратное – и бумажник, и ножик, и носовой платок. Он достал оттуда деньги, положил на стол.

– Мы обязательно увидимся, – сказал он.

– Погоди, – сказала Лидочка. – Ты возьмешь меня с собой.

– Еще чего не хватало!

– А почему? – Лидочка поднялась тоже. – Мне срочно нужно в Севастополь.

– Не на ночь же глядя.

– Мне все равно. Вместо того чтобы четыре часа болтаться завтра на пароходе, я доеду с тобой. И спокойнее. И к тому же на билете сэкономлю.

При последних словах Лидочка улыбнулась, словно приглашая Колю разделить шутку.

– Я и не подумаю тебя брать, – сказал Коля. – Это служебная машина.