кабинете начальника овощной базы, на неудобном кресле посетителя, сидела Мона. Она не притронулась к еде, что привезли пришедшие на подмогу бойцы. Её разум занимали совсем скверные мысли.
– Можно мне в туалет? – попросила она у старшего сотрудника департамента, что вальяжно расселся на кресле начальника.
– Можно, – прозвучал ответ.
– Я схожу на первом этаже? – девушка уточнила свою просьбу.
– На втором тебе уже неинтересно? – спросил старший сотрудник. – Не волнуйся, скоро тебя увезут отсюда…
– Нет, пожалуйста, – сказала Мона. – Не отправляйте меня в департамент. Мне страшно. Здесь я себя ещё чувствую полезной.
Старший сотрудник, уже изрядно уставший заниматься ничегонеделаньем, возразил:
– Про твою пользу вопрос спорный. Меренея тебя не послушала, мы её упустили. Утром тебя в любом случае отправят… туда…
– На расстрел?
– Не используем такие методы.
– Утилизация?
– Слушай, я думаю, тебя просто понизят. Отстранят. Лишат выплат и льгот. Иначе давно бы уже утилизировали. Лучше подумай о том, какие свои связи ты ещё можешь предоставить, чтобы тебя… пощадили.
– Так я схожу на первый этаж?
– Сходи. Но если что, то снайпер тебя не пожалеет. Он там на позиции. Даже глазом не моргнёшь…
Девушка спустилась по плохо освещённой лестнице вниз, после чего сообщила темноте:
– Я в туалет.
Ей никто не ответил. Но она была рада просто размять ноги. Проходя мимо главного выхода, она первая услышала, что в запертую дверь постучали.
– Откройте! – раздался женский голос из-за двери.
– Там кто-то есть, – сообщила темноте Мона.
– Откройте! – вновь озвучила свои требования неизвестная дама. – Иначе я вызываю полицию! Мне нужно только знать, что с Серёжей всё в порядке! Всё, я звоню в «нуль два»!
– Что будем делать с полицией? – спросила Мона у темноты.
– Отвори засов, – приказал мужской голос, он был совсем близко: кто-то прятался прямо у выхода за отогнанным в сторону погрузчиком.
Мона послушалась. В помещение ворвалась Вика. От неё пахло пивом.
Вика, увидев Мону, быстро сделала выводы:
– А ты что ещё за шлю…
Ей не дали договорить.
Резко появившийся из темноты вооружённый мужчина схватил гостью за предплечье и вырвал из её руки мобильный телефон. После чего аккуратно, но уверенно повёл её наверх, к начальству. У девушки больше не было претензий, ей расхотелось обзываться и качать права.
Мона осталась одна у приоткрытой двери. Она несколько мгновений собиралась с мыслями, но чья-то сильная рука затворила засов.
– Иди куда шла, – велели ей.
И она ушла.
Вскоре Мона вернулась на второй этаж, где уже вовсю допрашивали Вику. Её временная робость перед вооружёнными людьми прошла и она вела себя максимально уверенно. Манипулируя грубым тоном она вопрошала у старшего сотрудника:
– Где Серёжа, я тебя спрашиваю? Где Семечкин? Мне всё равно, кто вы! ФБР или ФСБ. Мне нужен только Серёжа!
– Кто такой Серёжа? – устало спросил у неё старший сотрудник.
Вика ответила:
– Серёжа – мой мужчина. Настоящий! Я, может, ребёнка от него жду!
Альнелон устало вздохнул. Когда Мона села в кресло чуть поодаль от них, мужчина обратился к ней:
– Вот, что мне делать?
Мона озвучила ответ:
– По инструкции департамента нужно приложить все необходимые усилия, чтобы объект не причинил вреда проводимой операции…
– Я тебе сейчас такое причиню! – пригрозила Вика.
– Стало только хуже, – сказал старший сотрудник. – Здесь нет вашего Сергея. И быть не должно. Ночь на дворе. Овощная база закрыта. А вы тут мешаете проводить… мероприятия…
– А где он? – спросила Вика.
– Гуляет, – ответил сотрудник.
– Машина его друга на стоянке! – возразила Вика. – А он без него не гуляет. А где, кстати, Гена?
– Там же, где и Серёжа, – сказал мужчина. – Везде, только не здесь. Иди домой, человек…
– Как это… грубо! – возмутилась Вика. – Человек это что, ругательство?
– Как я от вас устал, – сказал альнелон, не привыкший иметь дело с логикой людей, которая, на самом деле, ничем особо не отличалась от логики грисов или альнелонов. – Мужики загуляли, их здесь нет…
– А где есть? – не отступала Вика. – И почему вы сидите в кресле Аркадия Ивановича?
Альнелон хотел ещё что-то сказать девушке, но обратился к одному из подчинённых:
– Зачем вы её пустили? Кто следил за стоянкой? Почему не доложили о постороннем?
Ответ был следующим:
– Просмотрели, да и она грозилась полицией. А в этой районе, сами знаете, вся полиция под грисами. Это чревато…
– У меня там связи! – сообщила Вика, считая, что только её убедительная речь не заставляет вооружённых людей быть с ней грубыми.
– Уходите, – сказал старший сотрудник. – Если через трое суток ваш мужчина не найдётся, то сообщайте в полицию…
– Нам на работу завтра, какие трое суток?
В этот момент в помещении оказался отряд Вихря – уставшие и озадаченные альнелоны, не выполнившие своё задание. Вика не заметила их появления, так работали законы этой вселенной. Но когда такое количество вооружённых людей начало проходить мимо неё, то её спесь ненадолго спала.
Она спросила:
– Что у вас тут за война?
– Вот так, – сказал Вихрь. Он был единственный в хорошем настроении. – Живёшь и не знаешь, что где-то идёт война. Счастливые люди.
Но Вику такой ответ не устроил:
– Как я могу быть счастливой, если Серёжа пропал?
– Нужно, чтобы её здесь не было, – приказал Вихрь. – Только аккуратно!
– Аккуратно, это как? – не совсем понял старший сотрудник.
– Ваш косяк, – голос Вихря стал твёрдым. – Вы допустили это чучело до наших дел. Может, чаем её ещё угостили? Решай проблему, живо!
Вика не понимала сути разговора:
– Сам ты проблема!
В этот самый момент в помещении показался прячущийся за спинами двух грисов Аркадий Иванович. Грис с пистолетом выстрелил, но ни в кого не попал. У второго гриса из-за ненадлежащего обслуживания заклинило ружьё, и он не выпустил ни одной пули в сторону скопления бойцов департамента.
Иваныч, очень быстро убедившись в бесперспективности своей попытки вернуться в родной мир, тут же в одиночку переместился обратно.
Оба гриса быстро пали в неравной и очень короткой перестрелке.
– Что у вас тут творится?! – через несколько секунд спросила вылезшая из-под стола начальника оглушённая Вика.
Несколько бойцов под предводительством Вихря отправились в погоню в Резервный мир.
Но Иваныч сумел притаиться на пологом склоне холма, прикинувшись трупом рядом с бездыханным телом Ника.
Вихрь с подчинёнными вернулись ни с чем, не став привлекать чьё-либо внимание источниками света.
А Вика никак не хотела выпроваживаться, всё спрашивая у всех присутствующих в кабинете Иваныча о том, «что здесь происходит и какое к этому всему имеет отношение Серёжа?». Но никто не хотел ей что-то внятно объяснять – как она
