чувствовалась агрессия, хоть и дуло ружья гриса было направлено вверх. – Если вы от Дарина, то…
Гена перебил его:
– Как же вы достали со своим Дарином!
Он быстро прицелился в путника и выстрелил два раза. Первая пуля прошла мимо, а вторая пробила череп гриса в районе правого глаза.
– О, да, – довольно сказал Гена.
Второму спутнику собирательниц росы с ликонидов не дали применить оружие несколько метких выстрелов Сергея, что вовремя оказался поблизости.
Зубы женщины гриса оскалились, она достала короткий нож с очень широким лезвием и бросилась в сторону Гены. Тот только успел пнуть её ногой, и та свалилась в траву, около которой так бережно кружила в это предзакатное время.
Потом Гена застрелил её одним выстрелом.
– Нет! – испуганно крикнула молодая девушка-грис, из её рук выпал сосуд, в который она собирала ценную росу…
* * *
Как начало темнеть, Гжельский, Лера, Адам и Меренея вышли к дороге, ведущей в полуразрушенный город, некогда являющимся постоянным пристанищем Каса.
– Куда ведёт эта дорога? – спросил Олег Рубинович.
– В город, – сказала Мереня. – В обратной стороне находятся владения Дарина. И тут и там небезопасно. Но сейчас наступит глухая ночь, даже самым отъявленным разбойникам и головорезам здесь делать нечего. Это даже преимущество…
Гжельский возразил:
– Нет, надо возвращаться. Насытился я вашим проклятым миром. Лера, ты нормально себя чувствуешь?
– Я немного устала, – сказала девушка.
Мужчина начал приводить ей свои доводы:
– Согласишься, что если мы вернёмся обратно, то это будет лучшим решением, чем оставаться здесь?
– А если нас там ждут? – засомневалась девушка.
– Скорее всего. Но мои люди уже должны искать нас.
– Найдут ли, – засомневалась Лера.
– Что ж, рисковое дело всегда опасное, – сказал бессмысленную фразу Гжельский. Эти обстоятельства собственной беспомощности смыли с него ореол мудрости.
В разговор вступила Меренея:
– У меня есть план. Тут недалеко местный рынок…
Её перебил Адам:
– Такая же овощная база?
– Лучше, – сказала его возлюбленная. – Там торгуют и цершерами, и оружием. Чем угодно. Только не овощами. Можно пробраться туда и выкрасть что-нибудь. При условии, если этот господин подарит мне пару своих серебряных цершеров. Потом наши пути разойдутся.
– Рынок хорошо охраняется? – спросила Лера.
– Не знаю, – честно ответила Меренея.
Лера предложила:
– Давайте посмотрим на обстановку, пока совсем не стемнело. Местная луна меня немного… напрягает.
Она хотела сказать, что пугает, но долгие занятия с Гжельским выжгли в ней страх. Но особое колкое чувство дискомфорта ещё оставалось ощутимым в сознании – это было полезно для общего мироощущения, как заверял тогда Олег Рубинович. Впрочем, сейчас он не выглядел так уверенно, самодовольно.
– Давайте оценим обстановку, – согласился Гжельский.
Вдалеке раздалось несколько выстрелов и будто бы даже послышался чей-то крик не то одобрения, не то ужаса.
– Стреляют, – словесно запротоколировал Адам.
Меренея ответила:
– Местная шпана, наверное, балуется. Это неприятное место для всех официальных альнелонов и грисов. Они сюда не суются. Это место стратегически неудобное, тут свои законы…
– Пошлите уже отсюда куда-нибудь – сказал Адам.
И они осторожно двинулись к городу.
* * *
Когда Катя пробегала мимо женщин-собирательниц, то только и успела обменяться с ними тревожными взглядами, но те не сохранили с ней долгого зрительного контакта, тут же отвернув головы в стороны, будто не замечая беглянку. Катя не стала просить у них о помощи. Впереди, у дороги, курили двое вооружённых ружьями парней. С обратной стороны Катю нагоняла угроза в виде двух мужчин из её мира.
В этом районе пролесок сгущался за счёт нескольких высоких густых деревьев, похожих на величественнее дубы из земного измерения. Не попадая ни в чьё поле зрения, Катя сняла с себя туфли, больше похожие на балетки, стиснула их в зубах и впервые с детского возраста полезла на дерево, в надежде укрыться в его густой листве от всех, кто мог бы причинить ей зло. Наставления Гжельского о смелости здесь не работали.
Каждый выстрел отзывался дрожью в её хрупких плечах, белая кожа которых уже была покрыта ссадинами от колючих веток её убежища.
Но она прекрасно слышала это визгливое «Нет», которое ещё больше встревожило её сознание.
Сергею тоже было тревожно, о чём он и сказал своему напарнику:
– Надо уходить, мы нашумели. Темнеет. Надо бросить поиски этой девки и найти убежище. Утром продолжим поиски Иваныча…
– Хватит мне лекции читать, – сказал Гена, приближаясь к молодой девушке-грису. – Посмотри, какие тут сладкие ножки. У меня давно не было женщины. А ты чувствуешь, какая тут свобода?
Он схватил девушку-гриса за руки и бросил её в мокрую от росы траву. Его жертва кротко взвизгнула.
– Не, – сказал Сергей, доставая сигареты из кармана. – У меня Вика беременна…
– Да ну, – удивился Гена, наваливаясь своим весом на почти не сопротивляющуюся девушку. – А что раньше не сказал?
– Сегодня утром узнал, что у неё задержка.
– Поздравляю, – сказал Гена, не зная как сделать жертву более податливой. – Братан, отойди, ты мне мешаешь… сконцентрироваться.
Сергей пожал плечами и отошёл в сторону, равнодушно затягиваясь сигаретой.
Девушка вновь вскрикнула…
Третий крик девушки Катя не смогла пережить. Ей вспомнились все страхи и даже этот не по-весеннему жаркий полдень, когда она забыла про свою уверенность, почувствовав себя унизительно беззащитной, когда тот, кто сейчас преследовал её, вполне возможно пытался надругаться над той, которая оказалась в ненужном месте в ненужное время. Разве можно простить кому-то животные инстинкты, если хочешь продолжать жить в мире человекоподобных существ, пусть даже этот мир и называется Резервным?
Катя не помнила, как спустилась с дерева, и, пригибаясь, поспешала туда, откуда снова раздался девичий визг. По пути она наткнулась на мёртвого мужчину и забрала у него ружьё. Но у неё уже не было возможности подобраться к лысому насильнику незаметной…
Глава 12
Катя быстро прицелилась и произвела два выстрела из ружья. Одна пуля перекосила довольный рот Геннадия ярко-красной бахромой разорвавшейся плоти и разлетевшейся в стороны челюсти. Второй выстрел подарил насильнику новую причёску красного цвета, которая кровавым ободком довершила его последний грешный образ.
Мало похожее на человека и душевно и визуально туловище свалилось в траву.
Сергей отошёл достаточно далеко, поэтому прозевал этот момент. Стрелять он не стал, расстояние было слишком большим, да и Катя его заметила. Она стреляла ему в след, пока не кончились патроны. Потом она сбегала за вторым ружьём, чтобы догнать беглеца, но Сергея уже
