Съемки начались первого ноября, и с этого момента жизнь Тани превратилась в кромешный ад. Съемки шли днем и ночью, с выездами на натуру, в арендованных киносъемочных павильонах, и зачастую Таня ночью сидела на улице на складном стуле и лихорадочно вносила изменения в сценарий. Большую часть времени она импровизировала по обстоятельствам. Работать с Джин оказалось нелегко, зато с Нэдом – одно удовольствие. Джин постоянно забывала свои реплики и хотела, чтобы Таня подогнала их под нее. Таня работала вместе с Максом над каждой сценой, в то время как Дуглас то уходил, то приходил, часто подолгу задерживался, наблюдая за съемками.
На первый уик-энд после начала съемок Тане удалось каким-то чудом вырваться домой. Она обещала постоянно держать телефон при себе на тот случай, если на съемочной площадке вдруг произойдет что-то непредвиденное. Она сказала, что сможет вносить изменения, находясь дома, оставила свой электронный адрес. Но потом она никак не могла уехать. Четыре сцены требовалось переписать, съемки велись не в хронологической последовательности, и группа как раз приступила к самым трудным сценам в фильме. Макс обещал Тане, что она сможет воспользоваться этими днями позднее. Но сейчас она ему необходима. Таня не посмела настаивать. Девочки были очень огорчены, Питер тоже не обрадовался, но он все понимал – или, во всяком случае, говорил, что понимает. У него через несколько недель должно было состояться заседание суда по делу, которое он вел, и Питер пропадал на работе до позднего вечера.
Таня вернулась домой на День благодарения и едва не расплакалась от радости и волнения, когда вошла в дом. Была среда, вторая половина дня, и Питер только что закупил все, что нужно было для Дня благодарения. Рейс, которым летела Таня, задержался на два часа из-за нелетной погоды, и Таня уже начала бояться, что не попадет домой. Джейсон тоже должен был приехать этим вечером. Он собирался привезти с собой друзей. И Джеймс, сын Алисы, тоже должен был приехать на праздник домой.
– О господи, как же я рада вас видеть, – сказала Таня, поставив сумку посреди кухни. У нее было такое чувство, словно она отсутствовала тысячу лет – а ведь прошло всего две недели.
Питер бросился к Тане.
– Слава богу, ты дома! – воскликнул он.
Девочки тоже были здесь, они помогали отцу разбирать покупки. Питер купил все, что ему велела Таня. Таня, не откладывая, занялась приготовлением индейки для завтрашнего обеда. Индейка была огромная.
Молли обняла мать, Мэган неподвижно стояла в стороне. Таня заметила, что Мэган выглядит расстроенной и глаза у нее красные. Таня предпочла не говорить ничего такого, что могло бы расстроить дочь еще сильнее. Она подошла к Мэган и поцеловала ее, но та ничего не сказала. Через несколько минут она, все так же молча, ушла.
– Что-то случилось? – спросила Таня у Питера, когда они покончили с делами на кухне и поднялись наверх.
– Я точно не знаю. Мэган после школы заходила к Алисе и пришла незадолго до тебя. Мы с Молли закупали продукты без нее. Попробуй расспросить Алису. Мне Мэган ничего не говорила.
«И мне тоже», – подумала Таня. Год назад это было бы просто немыслимо, но с тех пор, как она уехала в Лос-Анджелес, многое изменилось. Теперь Мэган поверяла свои тайны Алисе, а Таня превратилась в мать-прогульщицу, и Мэган больше не делилась с ней своими радостями и горестями. Тане оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь это изменится.
Они с Питером немного поговорили, обмениваясь новостями. Таня рассказала мужу о том, как идут съемки, какая это напряженная работа, как они решают текущие проблемы, и об этом сумасшедшем доме, в котором его завсегдатаи, похоже, ничему не удивлялись. Чуть позднее к ним пришла Молли и рассказала, что Мэган рассталась со своим парнем, потому что он изменил ей с другой девушкой. Мэган отправилась плакаться к Алисе, и у Тани упало сердце. У нее было такое чувство, будто она теряет дочь, потому что та предпочла ей ее же лучшую подругу. Таня понимала, что ее чувства не имеют под собой рациональной основы, она была благодарна Алисе, что та заменила ее, но так больно было сознавать, что Мэган больше не доверяет ей свои секреты. Таня понимала, что за это нельзя порицать дочь – доверие ей придется заслужить заново. Она покинула дом и заплатила за это доверием дочери. Ей еще повезло, что у Молли другой характер. Глупо было признаваться в этом, но Таня вдруг приревновала Мэган к Алисе. То, что Таня потеряла, Алиса приобрела.
Мэган не вернулась домой даже к ужину. Тане пришлось позвонить Алисе и попросить ее отправить Мэган домой.
– Как она там? – обеспокоенно спросила Таня.
– Расстроена, – тихо ответила Алиса. – Думаю, она справится. Банальная ситуация, парень, правда, дерьмецо, но в этом возрасте такие драмы часто случаются. Он загулял с ее лучшей подругой – вот что расстроило Мэган.
– С Мэгги Арнольд? – изумленно спросила Таня. Мэгги всегда казалась ей очень славной девочкой.
– Нет, – отозвалась Алиса уверенно, – с Донной Эберт. С Мэгги Мэган уже давно не общается, они поссорились в самом начале учебного года.
Этого Таня тоже не знала, а Алиса знала все. Таня окончательно пала духом.
Тем вечером они поужинали на кухне. Девочки помогли накрыть стол в столовой для завтрашнего дня, они достали хрусталь и фарфор, и скатерть, которую стелили на стол в этот день каждый год, – она принадлежала еще бабушке Питера. Мэган так ничего и не сказала матери о своих переживаниях. Она отсидела за столом положенное время и ушла к себе. Она вела себя с Таней, как с посторонним человеком. Всякий раз, когда Таня пыталась заговорить с Мэган, та отвечала односложно, явно пытаясь поскорее отделаться от разговора и вопросов матери.
Она уже наполовину подготовила пакет документов для колледжа вместе с Алисой, даже не сказав Тане об этом.
– Со мной все в порядке, ма, – бросила Мэган, – не суетись!
Общий язык, обретенный было в Лос-Анджелесе, был забыт. За время, прошедшее после начала съемок, когда Таня не могла приехать домой, она снова утратила связь с Мэган. Таня была не в силах перебросить мост через разделяющую их пропасть, а Мэган не желала ей помочь. Она просто замкнулась и при малейшей возможности исчезала в своей комнате. У Тани ныло сердце. Ей казалось, что она никудышная мать, хотя Молли постоянно твердила, что дело не в этом. Девочки относились к ней совершенно по-разному. Наконец, к радости Тани, появился Джейсон, расставшийся с друзьями, и направился прямиком к холодильнику. По дороге он поцеловал мать.
– Привет, ма! Умираю от голода.
Таня улыбнулась, заслышав знакомое приветствие, и предложила Джейсону приготовить для него чили. Джейсон пришел в восторг и уселся пока за стол, прихватив стакан молока. Возможность приготовить ужин сыну вернула Тане равновесие – она снова почувствовала себя полезной. Пока Таня ставила сковородку в духовку, Джейсон и Молли разговаривали о школе. Пришел Питер, и на кухне сразу возникла приподнятая атмосфера. Разговор оживился. Через несколько минут появилась и Мэган.
