Алена и Егор стоят друг друга. Они идут по головам, не смотря ни на что. Для них ничего не стоит вогнать человека в агонию. Души других словно игрушки — можно сломать и выкинуть.
— Я уже понял, — в голосе Дениса проскальзывает сочувствие. Видимо, он тоже понимает, насколько Виктору тяжело. — Ты же из отдела безопасности?
— Да, — мужчина склоняет голову, мотает ей из стороны в сторону. — Вот я дурень! — обреченно выдыхает. — Поверил Алене, что она видит во мне будущего начальника, поэтому нужно привыкать к большим кабинетам, — невесело усмехается. — И записи стирал, чтобы ей не влетело за наш секс. А еще потому что якобы она проект новый готовит, но пока непонятно, выгорит он или нет. И чтобы вас, — поднимает глаза на Дениса, — лишний раз не обнадеживать, она держит его в секрете. А я… верил ей… люблю же ее.
— Да не нужна мне твоя любовь, — шипит Алена за спиной Виктора.
— Теперь вижу, — он отходит в сторону, поворачивается к ней. — Что будет с ребенком? — в его голосе звенит сталь.
— Аборт будет! — рявкает Алена. — Теперь этот бастард никому не нужен!
— Он нужен мне! — твердо припечатывает Витя.
— Вот ты его и вынашивай, — истерично орет Алена. — Все должно быть не так, — ее выдержка дает сбой. По щекам девушки текут крупные слезы. — Егор обещал… он гарантировал, что все будет как я хочу. Нужно только ему помочь. Я и помогала. Я должна была быть счастлива с Денисом, — она лопочет, словно в бреду. Поднимает заплаканные глаза на моего мужа. — Я же так тебя люблю! А она, — тыкает в мою сторону указательным пальце, — принесла тебе столько боли. Как эта дура легко поверила, что ты ей изменил! И ты… ты же тоже поверил сразу. Вы не созданы друг для друга. Я твоя судьба, — Алена смотрит на моего мужа умоляющим взглядом. Словно ее исповедь должна как-то повлиять на него.
Тоже перевожу глаза на Дениса. На его лице нет ни единой эмоции. Лишь бесстрастная маска.
— Ты чуть не разрушила мою семью, — произносит он ледяным тоном, отчего девушка съеживается, отступает обратно к столу, упираясь в него бедрами и ладонями. — Пыталась пошатнуть мой бизнес. И после этого говоришь, что любишь меня? — сжимает челюсти, отчего его скулы заостряются. Кажется, что о них можно порезаться. — Алена, твои эгоизм и тупость привели к последствиям, за которые ты понесешь ответственность. Я уж постараюсь, чтобы вы с Егором заняли соседние камеры.
Денис лезет в задний карман брюк, достает оттуда телефон.
— Это все из-за тебя! — Алена громко вскрикивает, глядя на меня. — Тварь!
Замечаю, как она бросается в нашу сторону. В руках у нее канцелярский нож. Она заносит его, целится в меня. Не успеваю прикрыться рукой, как предо мной оказывается муж. Нож вонзается ему в предплечье. Вскрикиваю. Виктор тут же перехватывает Алену. Она брыкается, что-то визжит, но он оттаскивает ее от нас, удерживает. В какой-то момент она вырывается, но мужчина снова тянет ее назад, отбрасывая на диван. Придавливает руками к сидушке.
— Вот черт! — Денис хмурится. Выдергивает нож из руки.
— Ты как? Впорядке? — хватаю его за кисть.
Не знаю, что делать. Бросаюсь в приемную, но Денис ловит меня за плечо.
— Ничего страшного, рана неглубокая, — мягко успокаивает он. — Давай закончим здесь, — кивает в сторону дергающейся Алены, — и поедем домой. Нам есть, что с тобой обсудить, — а вот эти слова звучат безапелляционно.
Глава 56
Дом встречает тишиной и темнотой. Мы с мужем разуваемся около двери. Ни один из нас не включает свет. Денис бросает пальто прямо на пол. Проходим в гостиную. Плюхаемся на диван. Никто не хочет начинать разговор.
Откидываюсь на спинку. Прикрываю глаза. Еще один день, вымотавший меня до безобразия. Благо мы еще в офисе обработали руку Дениса. Спасибо имеющейся там аптечке. Хотя бы за это я спокойна.
Сейчас радует одно, Алену увезли в участок. Ее пока задержат за попытку причинения вреда здоровью. А завтра Денису предстоит еще одна поездка для дачи показаний. И уже на основании этого будут готовиться материалы дела. Виктору Денис решил не выдвигать обвинений. Тому и так нелегко. Алена манипулировала им не хуже, чем Егор всеми нами. Тем более, еще непонятно, какое решение эта дрянь примет по поводу ребенка. В любом случае, надеюсь, у Виктора все сложится хорошо. Ему просто не повезло быть очень похожим на моего мужа. А Денису не повезло быть объектом обожания больной особы.
— Значит, у тебя действительно ничего не было с Егором? — тихий голос мужа заставляет распахнуть глаза.
— Как и у тебя с Аленой, — парирую я.
— Почему ты ничего не сказала в тот раз, когда якобы застала меня с ней? — Денис выпрямляется, садится полубоком ко мне.
— Я говорила. Помнишь, в тот день ты пришел с букетом? — зеркалю его позу, — но ты не поверил.
Денис глубоко вздыхает.
— Новое нижнее белье, — кивает он. — Когда я увидел тебя в том виде, пришел в бешенство. И по поводу твоих обвинений решил, будто ты свою измену пытаешься завуалировать ненужным шумом. Дико злился, что не можешь сказать прямо.
Слова мужа наполнены горечью и болью. Провожу кончиками пальцев по его волосам. Касания кажутся странными, непривычными. Я отвыкла от близости Дениса. Все, что произошло между нами за последние месяцы, так или иначе отдалило нас.
— А ты почему молчал? Без вопросов поверил Алене? — наклоняю голову к своему плечу, внимательно вглядываюсь в лицо мужа.
Причудливые тени от света, падающего из окна, делают из Дениса незнакомца. Кажется, что передо мной сидит кто-то другой. Моргаю. Мираж не рассеивается. Возможно, так оно и есть, мы изменились, стали новыми людьми. И теперь нам нужно что-то решать. Искать дорогу друг к другу, или…
— В плохое всегда проще верится. Да и на тот момент я так устал, — Денис отворачивается в сторону. — Проблемы при заключении сделки вымотали меня. Постоянно нужно было что-то доказывать, выяснять, разбираться. Серьезно думал отказаться от покупки компании Марата Альбертовича, но упрямство не позволяло. А тут тоже самое предстояло еще и дома, — он замолкает. Снова смотрит на меня. — И я не хотел… боялся услышать от тебя, что ты остыла ко мне, что больше не любишь, что уходишь. Я не хотел тебя потерять. Думал справлюсь, смогу все изменить… Но ревность сводила с ума. В итоге, стало невыносимо видеть тебя и понимать, что ты не моя.
— И поэтому ты перестал ночевать дома? — кажется, я знаю, что чувствует Дениса. Сама ощущала все те же эмоции, терзала себя такими же переживаниями.
Муж коротко кивает. Замолкаем. Каждый тонет в своих мыслях. Испытываю жгучее желание вернуть время назад. Столько неправильных поступков, неоправданных решений, совершенных глупостей. Сожаление раздирает грудь. Закусываю губу.
— А я ведь обрадовался, когда узнал, что ты беременна, — Денис опять прерывает тишину. — Ты тогда позвонила, вывалила все это на меня, а я потом сидел и улыбался, будто самый счастливый человек на планете.
Прокручиваю в голове тот разговор. Еще одно недопонимание, приведшее к череде последствий. И снова мы толком не поговорили, не обсудили, не услышали друг друга.
— Почему тогда ты меня отпустил? Согласился на развод? — спрашиваю лишь бы чем-то заполнить пустоту, растущую внутри.
Как же тяжело. Хочется броситься Денису в объятия, чтобы он успокоил, но не решаюсь этого сделать. Не знаю, что сейчас у него на душе.
— Подумал, тебе так будет лучше. Мне было важно твое спокойствие. Я видел, что рядом со мной ты несчастна. Поэтому решил дать развод в обмен на то, чтобы видеться с малышом… и с тобой, — Денис придвигается ближе. — Именно в тот момент я понял, как же хочу от тебя ребенка.
Аккуратно кладет ладони мне на щеки, нежно проводит большим пальцем по аллеющему синяку, смотрит в лицо. Проводит большим пальцем по губам. Замираю. Забываю как дышать. Боюсь моргнуть, чтобы не спугнуть момент. Сердце застывает. Жду, сама не знаю чего. Бабочки крылышками щекочут живот.
