Фиона вздохнула и пошла за отваром, который она уже успела приготовить для Дага. Ей обязательно следует выучить норвежский язык, чтобы иметь возможность общаться с ним.
Когда викинг принял из рук Фионы чашу с напитком, от которого шел пар, то сперва понюхал его. Запах был довольно неприятным – отвар пах какими-то кореньями. Даг посмотрел в лицо женщине. Если она и хотела убить кого-нибудь, то этим человеком был Бродир, а он после ее лечения выглядел вполне нормально. Пленница знала, что Даг спас ей жизнь, и скорее всего ее поступок был продиктован благодарностью. Во всяком случае, с его стороны было бы глупо пренебрегать тем, что может облегчить его состояние.
Даг залпом осушил чашу. Отвар оказался довольно крепким на вкус. Он взглянул на ирландку. Она улыбалась ему той обольстительной улыбкой, которая способна была раз и навсегда похитить сердце мужчины. Мгновение викинг колебался, затем улыбнулся ей в ответ. Взгляды их встретились, и искра доверия проскользнула между ними. Даг тут же решил, что обязательно должен выучить ее язык; слишком много было таких вещей, о которых он должен был рассказать ей, и не меньше ему хотелось узнать у нее.
– Так ты думаешь, что она и в самом деле целительница? – раздался у него за спиной голос Мины.
Даг с неохотой перевел взгляд на невестку и пожал плечами.
– Похоже, она знает в этом толк.
– Магия? – Мина затаила дыхание.
Даг с удивлением посмотрел на нее. Конечно, он намекал на нечто подобное в разговоре с Кнорри и Сигурдом, но вряд ли стоит приписывать ирландке сверхъестественные способности. Норманны всегда почитали знахарок, но старались держаться от них на почтительном расстоянии, а он не хотел обречь пленницу на такую судьбу, по себе зная, сколь мучительным бывает одиночество.
– Нет, я так не думаю.
Мина нахмурилась.
– Тебе следует быть с ней поосторожнее, Даг, мне кажется, у этой женщины нет ни стыда, ни совести. Я слышала, как она разговаривала с Бреакой, и кое-что поняла. Похоже, ирландка хочет завоевать твое расположение, забравшись к тебе в постель. И еще они упоминали Кнорри и Сигурда. Хотя меня мало трогает, спит ли мой муж с рабынями, мне не хотелось бы, чтобы она доставила неприятности кому-нибудь из нас. Если женщина готова лечь под любого мужчину, который сможет защитить ее, вряд ли она достойна серьезных чувств.
Даг озадаченно посмотрел на Мину.
– Но как ты узнала все это? – спросил он. – Я был совершенно уверен, что ирландка говорит только на своем родном языке.
– Я немного понимаю по-гэльски, – смущенно ответила Мина, – меня научил Сигурд. Он любит произносить слова на этом языке, но только… ночью.
– Хочешь сказать, пленница говорила о том, чтобы забраться в постель Кнорри или Сигурда? Но что именно ты слышала?
– Мне кажется, они говорили что-то о том, что твоя рабыня сможет поднять причиндалы Кнорри.
Даг чуть не потерял дар речи. Вот бестия! Она не допустила его к себе на корабле, а теперь собирается предложить свои услуги старому ярлу!
Он поискал девушку взглядом. Ирландка скромно сидела неподалеку от него у очага и пряла, ловко орудуя ручным веретеном. Почувствовав на себе его взгляд, она тоже взглянула на него и приветливо улыбнулась, но эта улыбка тут же сменилась выражением замешательства. Даг продолжал смотреть на нее. Покраснев, девушка отложила веретено в сторону, а потом, поднявшись, вышла из зала, что, по мнению викинга, только подтверждало ее вину.
Мина сделала несколько шагов, чтобы подложить дров в огонь.
– Погоди, – остановил ее Даг. – Скажи сперва, когда ты подслушала этот разговор?
– Вчера, когда обе рабыни возвращались из бани.
Даг тут же вспомнил, как ирландка не далее как нынче утром предложила ему себя. Выходит, она изменила свои планы в отношении Кнорри или то была только хитрость?
Горечь наполнила его душу. Всего лишь несколько минут назад ему казалось, что он мог найти взаимопонимание с пленницей; сейчас же его сомнения снова усилились. Да и можно ли вообще доверять такому лукавому, непостоянному созданию?
– Даг, ты не мог бы принести еще дров? – попросила Мина.
Удивленно взглянув на невестку, викинг невольно отметил тени усталости у нее под глазами и то, как она потирала рукой поясницу, словно стараясь избавиться от боли. Он вспомнил, что она ждет ребенка, и раздражение его сразу улетучилось.
– Разумеется, принесу, – кивнул он. – Но куда девалась твоя помощница?
– Я послала Бреаку в пивоварню помочь Ингеборг, а после этого она еще должна сбить масло.
– А что, если я позову ирландку?
– И тебя не заботит, что она может замарать свои хорошенькие ручки?
Даг поморщился. Его невестка была права; он и так уже слишком избаловал Фиону.
– Она рабыня, – решительно произнес он. – И будет делать то, что ей прикажут.
Как только эти прожорливые викинги не устают есть? Фиона вздохнула, неся третье блюдо мяса на стол ярла. На сей раз это была жареная свинина под клюквенным соусом. Кнорри тут же отправил себе в рот изрядный кусок, отрезав его от свиной туши. Сам он тоже был похож на жирную свинью, и если бы хоть немного не обуздывал свою жадность, то очень скоро растолстел бы так, что уже не смог бы владеть оружием.
Зато Даг всегда ел умеренно, с природным изяществом, и это Фионе очень нравилось. Он не набивал рот едой, как другие, сразу становившиеся похожими на хомяков, запасающихся провиантом на зиму, и не вытирал покрытые жиром руки о собственную рубаху. Его манеры внушали уважение; это особенно было важно для нее теперь, когда она решила позволить ему взять ее.
Если он все еще хочет. Мысль об этом наполнила ее душу беспокойством. Во время празднества Даг вел себя странно: хотя он все так же следил за ней взглядом, полным желания, но выражение заботы и нежности, которое она раньше замечала на его лице, теперь исчезло. Возможно, случилось нечто, что заставило его вновь возненавидеть ее, и произошло это после того, как она заметила его разговаривающим с Миной. Что же наговорила ему жена Сигурда?
Фиона вернулась на кухню и взяла еще одно блюдо, на этот раз нагруженное черным хлебом. Когда она проходила мимо Мины, та взглянула на нее и улыбнулась. Девушка лишь кивнула ей в ответ и продолжила свой путь. Не похоже, чтобы Мина желала ей дурного. Но что же тогда она сказала Дагу?
Фиона заглянула в ту часть кухни, где Бреака непрерывно наполняла роги пивом из деревянных бочонков, и ненадолго отвела рабыню в сторону.
– Как ты думаешь, какого мнения обо мне Мина?
Бреака ответила на этот вопрос удивленным взглядом.
– Она довольна твоей помощью. Я знаю наверняка, что ребенок очень тяготит ее: она бледнее, чем обычно, и я часто замечала, как она потирает рукой поясницу. Для ее срока еще рано испытывать такие трудности с беременностью. Сигурд беспокоится, что со смертью прошлой зимой старой Амур у нас в поселке больше нет целительницы. Если погода будет плохая, когда ребенку придет срок появиться на свет, трудно будет вовремя найти повивальную бабку.
