- И как же я ось у телеги отберу? Топором там орудовать стану, что ли? - юноша окончательно сдался.
- Ну, вот теперь, когда паника из тебя вышла, слушай. Меч пройдет сквозь дерево, как по маслу, и легко поможет отделить ось. Нужна она, чтобы кол для упыря сделать.
- А сломанная ось от обычной телеги, не затонувшей в лесном озере, кишащем водяными девками, нам не подойдет? - Малк в последний раз попытался образумить ведьмака.
- Подойдет.
- Вот! - обрадовался юноша.
- Да только скоро полнолуние.
- И что?
- А то, что только кол из той оси, что на дне Гиблого озера схоронена, и может упыря в полнолуние утихомирить. Никому неведомо поспеем ли мы управиться с кровопивцем до того, как ночное светило округлится. А перестраховаться надобно. А теперь скидывай сапоги да одежу!
- Это еще зачем? - возмутился юноша.
- А, по-твоему озерницы одетые ходят да плавают?
- Какая разница, ежели ты их отвлекать будешь. Они и не увидят меня.
- Буду. Да только ведь в озерном царстве помимо самих девок еще и рыбы да иные твари водятся. Как думаешь, увидев человека, снующего по дну, они своим хозяйкам об том не расскажут?
- Ну, а мужики среди них есть? - начал нехотя раздеваться юноша.
- Есть. Не бедуй, легко за своего сойдешь.
- Ну, тогда самый главный вопрос - как же я под водой дышать стану? Озеро, поди, глубокое, коли там телега затонула, да еще и целый выводок водяных девок да их мужиков живет.
- Есть у меня кое-какое снадобье, с ним ты не только под водой не хуже рыб дышать будешь, но и видеть, и плавать подобно самим озерницам сумеешь, - ведьмак нащупал в сумке что-то и вытащил наружу.
- Знаю я твои зелья. Выпьешь, а потом сам собой перестанешь быть да еще и с нечистиками побратаешься, - недовольно подумал Малк, припомнив, что ему говорил жрец о колдовском отваре, коим юноша был опоен без своего ведома.
- Вот, на, выпей, - на ладони учителя лежала крохотная фляга. Полностью обнажившийся юноша со скривленным от недовольства лицом, притоптывая от холода, взял предлагаемое варево.
- До дна, - уточнил ведьмак. Малк откупорил флягу и поднес к носу. Запах напомнил любимые цветы Лады, медуницы. Мгновенно представший перед глазами образ дочери лесничего придал решимости - и юноша тут же осушил сосуд. В этот раз перемены оказались не такими незаметными. Воздух вдруг стал жечь легкие. Столь привычные и желанные солнечные лучи захлестали по глазам, которые в свою очередь будто заволокла пелена. Наверное, именно так видят старики. Между пальцами на руках и ногах повисло что-то липкое. А хребет, словно выбравшись наружу, без труда мог определить направление ветра. Холода Малк боле не ощущал.
- Ну, вот и все. Готов, - довольно заключил ведьмак. Юноша тоже обратил новоявленный мутный взор на себя. Смугловатая от природы кожа стала даже бледнее, чем у Лады. Да, чего там сравнивать - она приобрела синеватый оттенок, как у мертвяка. Между раздвинутыми пальцами (ставшими необычайно тонкими и длинными) красовались перепонки. Ступни стали напоминать лягушачьи ласты. Гадость редкостная! Ощущать себя волколаком было куда приятнее. Там мощь, скорость. А тут... Жаба недоделанная. Малк с трудом удержал себя от плевка. (А ведь он еще не знал, что его волосы позеленели!)
- Ну, а теперь нам пора. Запомни, пока ты не услышишь, что я ни привлек к себе внимание всех озерниц и не выманил их наружу - в воду не лезь.
- А как же мне понять - я ведь их языка не знаю?
- Так я уже с тобой на нем разговариваю, - хитровато ухмыльнулся ведьмак. С языка юноши чуть было вновь ни сорвался плевок.
- Пока будешь ждать здесь. А я зайду с другой стороны. Дальше. Как нырнешь, ищи телегу. Думаю, озерницы ее в самый центр дна затащили - катать друг друга.
Малк не стал долго размышлять над тем, кого они в нее запрягали - догадки неприятно пугали.
- Вот, меч не забудь. Он сейчас твоим вернейшим спутником станет. Да, и не трогай там ничего.
Взять черен рукой-ластом стало делом непростым. Но юноша быстро освоился - свой первый, хотя и деревянный, меч он получил еще в три года.
- Но, постарайся не использовать его, ни на что, кроме как на добычу оси. Тем паче супротив озерниц. Они обид не забывают - и обязательно отомстят. Хоть через колодезную воду, но найдут как до тебя добраться, - предостерег учитель, - да, и самое главное, упаси Тихоня, смотреть им в глаза. Тут уж и я не сумею помочь. Утянут под воду - только и поминай, как звали. Все понял?
Юноша кивнул. Побыстрее бы все это закончить да в деревню податься.
- Тогда я пошел, - ведьмак стал удаляться, но в голове Малка пронеслась последняя фраза учителя. - Кстати, это не я тебя умом-травой опоил.
Юноша присел и стал ждать. Попробовал почесать затылок, но мягкая ладонь-плавник выгнулась наружу. Кто ж тогда, интересно, его умнее сделать захотел? Да убавить страха перед нечистиками? Ладно, потом. Сейчас о деревне думать надобно. Юноша прислушался - гомон перестал напоминать птичий и превратился в речь. Но толком различить, о чем говорили озерницы не удавалось - слишком уж много голосов звучало одновременно. Надо ж, хоть и водяные девки, а болтать любят не меньше обычных, деревенских. Услышать мужские голоса у Малка тоже не получилось. Наверное, в воде сидят. Им-то, небось, свои зеленые волосы чесать незачем. Озерницы-то ведь только за этим на берег выходят. Ну, когда за людьми не охотятся.
Тут, мысли Малка прервал разнесшаяся речь ведьмака. Озерницы мигом стихли. Добрался-таки! Волна сильной тревоги прокатилась по телу, но вместо привычного ускорения биения сердца внутри что-то глухо булькнуло. И сызнова плевок чуть не выскочил на траву. Жаба! Как есть жаба! Он превратился в обычную жабу. Большего унижения и придумать сложно.
- Дозвольте приветствовать вас, красны девицы, - говорил ведьмак.
- Зачем пришел? - фыркнула одна из озерниц.
- Не окажете ли мне честь и ни покличете ли Ласкатуху?
- Она не хочет тебя видеть.
- Кто дозволил тебе за нее говорить, Кавка? - слова ведьмака облачились в угрозу. - Позови!
- Сам и зови, ведьмак! - ответил раздраженный голос. - Нечего тебе здесь делать! Оставь ее в покое!
- Кавка! - вмешался третий голос. - Не смей!
- Но паненка, я только хотела...
- Замолчи!
- Да, паненка.
- Что тебе нужно в наших краях, ведьмак? - вопрос словно по щеке хлестнул. Кажись, это была та самая паненка.
- А ты всех сюда, вывела али кто нашего разговора из твоих не учует?
- Ты же знаешь, что я не могу говорить с тобой наедине здесь, на поверхности. Идем в воду, там мы сможем остаться только вдвоем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
