Читаем без скачивания Сибирский триллер Том 3 Осеннее рондо - Александр Брукман

Вокруг фонтана танцевали пары, а на небольшой сцене ансамбль из нескольких музыкантов наяривал песню "Не сыпь мне соль на рану". Певец хрипел её с большим чувством и растроганные бандиты время от времени совали музыкантам доллары сотенными купюрами. С меньшими купюрами приличные люди в ресторан не ходят.

Среди гостей Шарыгина отсутствовали женщины, так как встреча была почти деловая — он отмечал удачную сделку. На днях стало известно, что аукцион по военному заводу "Импульс" выиграла сибирская компания "Сибкомпроминвест", которую он контролировал. Это была большая удача, и теперь надо только переписать на себя акции этой компании, в чём он не видел особых проблем. Вчера рано утром два посланца уже вылетели в Сибирь для передачи его указаний, и можно быть уверенным в том, что никто даже и не подумает о сопротивлении.

Экономикой и финансами компании управляла некая Данилина и, хотя он лично её не видел, но баба, видимо, весьма толковая и грамотная. Менять её, пожалуй, не стоит — какая ей разница, кто хозяин компании: Афонина или он? Ведь для неё главное хорошая зарплата, а он скрягой никогда не был. Баба толково подготовила документы на аукцион и отлично провела кампанию дезинформации в печати, так что такими управленцами бросаться не следует. А вот службу безопасности почистить надо — Афоня так её засрал, что там нет ни одного порядочного пацана, с кем можно иметь дело. Кругом службы безопасности состоят из пацанов, а здесь из чекистской и ментовской швали! Но сейчас нетрудно с ними разобраться — прошло их время!

Гриня весело произнес тост за удачу, и все находившиеся за столом дружно подняли рюмки. Длинный стол, за которым поместилось почти два десятка человек, располагался недалеко от оркестра, а между этим столом и сценой, за двумя сдвинутыми столиками, развернутыми в сторону входа в зал, сидели четыре охранника. На их столиках стояла закуска без выпивки, потому что они находились на работе: визуально контролировали входящих, готовые в любой момент открыть огонь из пистолетов, которые носили согласно официальным разрешениям, выданным столичной милицией.

На появление в ресторане пожилой пары охранники отреагировали снисходительно. Он, высокий и седой, в старомодном отутюженном сером костюме, опирался одной рукой на тросточку, а на второй руке у него висел лёгкий летний плащ. Поддерживая его под руку, рядом с ним ковыляла пожилая женщина, на другой руке у которой тоже висел плащ. К ним подошел ресторанный вышибала и о чём — то спросил. После краткого разговора, вышибала позвал метрдотеля, и тот, о чем — то переговорив с пришедшими, указал на свободный столик около сцены напротив столиков с охраной Грини. Старики заковыляли к указанному им столику, будучи явно недовольными предложенным местом. Охранники иронически переглянулись между собой.

— Мы здесь оглохнем от этого шума, — громко сказала женщина своему спутнику.

— А? Что ты сказала? — громко спросил спутник, приложив ладонь к уху, и охранники рассмеялись.

— Он уже точно не оглохнет, — сказал один из них.

Было совершенно ясно, что старик глуховат.

— А говорят, что пенсионеры плохо живут, — сказал другой.

— Плохо живут в том смысле, что каждый день не могут по ресторанам шляться.

— Нельзя им по ресторанам каждый день шляться. Надо соблюдать режим клизмотерапии и ставить клизмы не менее трёх раз в неделю.

Охранники смеялись, наблюдая, как пара заказывает официанту блюда, возмущаясь грабительскими ценами.

— Цены не я придумываю. Если для вас дорого, то надо ходить в столовую, там дешевле, — раздраженно произнес официант, чем ещё больше возмутил стариков.

— Вы не указывайте, куда нам ходить! Мы ходим, куда хотим, — визгливо заявила женщина официанту, и тот, чертыхнувшись, ушёл выполнять заказ.

Охранники снова засмеялись. Совершенно очевидно, что метрдотель посадил эту пожилую пару за свободный столик, ближайший к столу Грини, из соображений безопасности, поэтому можно сосредоточиться на контроле входа в зал, ближайших столиках и танцующих парах.

Метрдотель, подойдя к охранникам, подтвердил их догадку и, коротко хохотнув, сказал, указывая глазами на пару:

— Празднуют сорокалетие своего брака. Уверен, лет десять собирали деньги.

— Пацаны, давайте сбросимся им на бутылку шампанского, — предложил один из охранников, и остальные согласно кивнули.

— Скажи официанту, чтобы подали им бутылку "Советского шампанского", — обратился он к метрдотелю. — Сорок лет в браке — это серьёзная дата.

— "Советское шампанское" это единственное, что осталось от Советского Союза и напомнит пенсионерам время их молодости, — иронически заметил другой охранник.

Гриня произносил очередной тост и раскрывал перед присутствующими перспективы дальнейшего развития бизнеса.

— Мы переходим в легальный бизнес и уже провели успешные переговоры в Тюмени о выделении нам для реализации 200 тысяч тонн сырой нефти. Она будет продана на Запад через спецэкспортера одной российско — австрийской компании. Это первая наша операция с нефтью, но, уверен, не последняя. Правда, некоторые нефтяные компании, а также чиновники в Ханты — Мансийске, обижены тем, что мы договариваемся не напрямую, а через Тюмень. Но, думаю, как — нибудь переживём!

— На обиженных воду возят, как гласит народная мудрость, — засмеялся один из гостей и и веселый смешок прокатился по столу.

Гриня одобрительно посмотрел на своих соратников. Они славно поработали, чтобы выбить в Тюмени квоту сырой нефти. Это было очень трудно, учитывая конфликты с лидерами тюменской "Большой десятки" [26]. Хотя после того, как "Мамонта" застрелили год назад при содействии "Малой десятки", работать стало намного легче. Да и пацаны с "Малой десятки" немного подсобили — свели с нужными людьми из окружения Рокецкого [27]. Такие связи дорогого стоят, тем более, что ходят слухи, что его жена, которую близкие люди называют "Мама Рокки", человек деловой и весьма предприимчивый. Поэтому очень важно выстроить с нею нормальные отношения, чтобы в дальнейшем она содействовала развитию столь выгодного бизнеса.

— Для успешного ведения нефтяных дел нам необходимо немного "расчистить" территорию, — продолжил он, выдержав небольшую паузу, как и положено опытному оратору. — Как вы знаете, в Тюмени заправлял и хотел оседлать этот бизнес Витька Белянин. Он даже закупил в Чечне большую партию оружия, включая подствольные гранатометы и винтовки спецназа НАТО "Агранс 2000". Сейчас эта партия у нас. Всё равно она ему уже не нужна [28]. Расслабляться нельзя, дел много, но и деньги очень большие. Поэтому я хочу выпить за открывающиеся перед нами перспективы, и за здоровье и удачу! Будут у нас здоровье и удача, остальное всё купим!

Гости шумно подхватили тост, выпили и, закусывая, начали громко чавкать и орудовать вилками. А Гриня, отпив немного из рюмки, настальгически вспоминал свою юность и прожитые годы. Мог ли он, в прошлом простой гопник, плативший вечно пьяному участковому за крышу, предполагать, что так сложится его судьба? В последнее время удача прет так, что за нею не успеваешь. Параллельно с прорывом на рынок нефтепродуктов, выигран тендер на завод "Импульс" и теперь можно выходить на рынок вооружений и искать покупателей на переносные зенитно — ракетные комплексы. Операции на таких рынках — это входной билет в международный клуб олигархов!

Сентиментальность накатила на него волной и он, снова встал. Обведя взглядом соратников, сразу же переставших жевать, тихо произнес:

— Друзья, прошу снова налить рюмки и выпить за Михаила Сергеевича Горбачева, изменившего всю жизнь страны. А также за Бориса Николаевича Ельцина, нашего дорогого Президента, реформы которого дают возможность инициативным людям проявить себя! Необратимость перемен, достигнутая путем приватизации, очевидна и это позволяет нам с оптимизмом смотреть в будущее.

— За Борю выпью! Хоть он шпак и мастер гнилых базаров и понтов, но на уркаганов ни он, ни его шобла порожняк не гонит. Сами живут по понятиям и другим жить дают! — с энтузиазмом закричал опьяневший Мотя — гульден, недавно вернувшийся с зоны. Его посадили в 1990 году как валютчика, а когда он вышел, то оказалось, что валютой уже официально торгует вся страна.

— Я немного опередил свое время, за то и пострадал, — философски заметил он при выходе на свободу, и примкнул к бригаде Грини, в которой выполнял различные поручения экономического характера.

Гриня метнул на Мотю зверский взгляд и тот сконфуженно сник. Все поднялись и и выпили за этот тост стоя. Сев, снова заработали вилками, перебрасываясь шуточками с набитым ртом. Охранники, сидевшие за отдельным столом с завистью посмотрели на гостей, но в этот момент трое молодых людей спортивного вида развязно вошли в ресторан. К ним тотчас же устремился вышибала и о чем — то заговорил с ними на повышенных тонах. Парни полезли в карманы куртки, поглядывая в сторону стола, за которым сидели Гриня и его гости. Охранники напряглись, схватившись за рукоятки пистолетов. Чувствовалось, что парни пришли неспроста — их выдавал угрожающий вид.