Читаем без скачивания Сибирский триллер Том 3 Осеннее рондо - Александр Брукман

— Приедет мой парень и вам будет очень весело, — с угрозой сказала Лика. — Будете смеяться так, как никогда ещё не смеялись.

— Ну, вот и хорошо, — обрадовано сказал один из кавказцев. — Пусть подъезжает твой джигит, поговорим. Если захочет, мы и ему заплатим. А может быть он бесплатно согласится вас отдать? Думаю, он не жадный и таких у него много. Что будете пить, девушки?

Девушки ничего не отвечали и сидели, насупившись, не отвечая на вопросы кавказцев и не реагируя на их шуточки. Но те упорно заигрывали с ними, и так прошло почти двадцать томительных минут, прежде чем машины подлетели к кафе и громко завизжали тормозами.

Часть тротуара около кафе была огорожена веревкой, и там копошились двое рабочих, непонятно чем занятых. Они что — то замеряли, сверяли с планом, потом опять замеряли и снова сверяли. Третий рабочий отгонял редких прохожих, заставляя их обходить ремонтируемый участок по другой стороне улицы. Из подъехавших машин выскочили шестеро парней во главе с Ляхом и, не обращая внимания на рабочих, устремились к входу в кафе.

Но войти в кафе они так и не успели: рабочие, достав из — под спецовок автоматы "Узи", расстреляли их практически в упор. Услышав автоматные очереди, кавказцы встали и, забыв о девушках, быстро вышли из кафе. Вместе с ремонтными рабочими они сели в стоявший недалеко микроавтобус с аккуратно заляпанными номерами, который тотчас же рванул с места и быстро исчез из виду.

Из — за этих двух происшествий в ГУВД Москвы и МУРе случилась небольшая паника — столь массовые расстрелы могут означать начало криминальной войны. А в Москве скопилось столько криминальных авторитетов и воров в законе, что, в случае войны кланов, серьезные баталии могут происходить прямо на улицах средь бела дня!

Но вскоре по агентурным каналом прошла успокоительная информация: никакой криминальной войны нет и не предвидится. Просто нефтяники таким способом выразили свое неудовольствие беспардонным вмешательством в их бизнес отдельных криминальных структур. Конечно, это не те методы, которые следует использовать, но, с другой стороны, как иначе поступать с теми, кто не соблюдает установленные правила игры? Ведь если жить не по понятиям, то наступит неконтролируемый беспредел, в котором невозможно проводить экономические реформы в интересах всего народа.

Мельников узнал о страшных трагедиях, разыгравшихся в московском ресторане "Белый лебедь" и кафе "Дельфин", на следующий день из утренних телевизионных новостей. А ближе к обеду Мельникову позвонил генерал Ферапонтов.

— Виктор, новости по телевизору смотрел? — слабым голосом спросил генерал, ещё не окрепший после покушения на него. — Что творится в московских ресторанах! Это же просто кошмар! Так что постарайся питаться дома, и не посещать рестораны и кафе. Кстати, передай супруге привет и скажи, что директор завода "Импульс" Шевчук Степан Александрович на днях с ней встретится и передаст необходимые инструкции.

— Обязательно передам. Как вы себя чувствуете, Геннадий Андреевич?

— Чувствую себя руками. Ты хотя бы время от времени заходи. И не только по делам, а просто так, чтобы проведать. А то, как женился, совсем меня начал забывать. Только по необходимости и вспоминаешь.

— Да нет, Геннадий Андреевич, я всегда помню.

Мельников положил трубку, но радости не испытал. До сих пор было неизвестно, где Петя Афонин. Все попытки его найти окончились неудачей. И, несмотря на то, что проблема с Гриней исчезла неожиданным образом, совершенно неясно, с чем придёт Шевчук. Видимо, развели нефтяников и бандитов те люди, которые за ним стоят, поэтому он не просто директор купленного завода, а посланец тех, кто мимоходом устранил грозного Гриню Шарого, наплевав на всё бандитское сообщество. С такими надо быть очень осторожными, о чём он и сообщил Зое.

— Витя, раз Грини уже нет, так, может быть, избавимся от этого завода? Пусть этот, Шевчук, его директор, забирает акции? — жалобно посмотрела Зоя на мужа. — Ты же видишь, как это опасно.

— Зоенька, подождём, что он скажет. Я тоже думаю, что лучше передать ему эти акции и пусть делает с ними, что хочет. Но не всё от нас зависит.

Шевчук появился в приёмной у Зои Мельниковой утром на следующий день.

— Дорогая Зоя Матвеевна, примите мою искреннюю благодарность за ваши труды по аукциону, — сказал он и, церемонно поцеловав ей ручку, преподнес букет цветов.

— Так может быть вы, Степан Александрович, в знак благодарности заберёте свои акции вместе со своими долгами. Нам не к чему ни акции, ни долги. А вам, возможно, они пригодятся.

Шевчук засмеялся.

— Конечно, заберем, Зоя Матвеевна, только не сразу. Надо провести небольшую реорганизацию, уладить кое — какие дела, а потом создадим компанию, которая выкупит у вас эти акции. Возможно, через несколько лет начнётся передел собственности, и приватизацию признают недействительной. Сами понимаете, у нас в стране ведь всё возможно. А если компания выкупит завод не на аукционе, а у его владельца, это уже другое дело. Тогда этот завод легально становится частной собственностью и совершенно неважно, как он достался прежнему владельцу, то есть вашей компании. Поэтому, голубушка, спешить не будем.

— И сколько времени я должна пить валерьянку и ждать, когда вы избавите нас от завода?

— Я думаю, что в первой половине следующего году мы снимем с вас этот груз ответственности. А пока что, голубушка, потерпите. Вот отчётные материалы по заводу для налоговиков, вот копии основных бухгалтерских документов. Надо будет ещё что — нибудь, позвоните.

После ухода Шевчука, Зоя долго не могла работать. Этот завод, из — за которого положили столько народа, стал для неё большим ужасом. И если раньше, когда она готовила документы к аукциону и проводила всякого рода вспомогательные операции, завод был для неё просто абстракцией, то сейчас она воспринимала его как бочку с порохом, готовую в любой момент взорваться и уничтожить её вместе с семьёй.

Вместе с акциями, компания получила огромные долги завода. Правда, государство не заплатило за поставки готовой продукции, поэтому можно было значительную часть долга списать по взаиморасчётам и добиться налоговых льгот. Но не было сил обдумывать варианты, как выпутаться из трудного экономического положения в связи с приобретением завода.

И ещё одна проблема висела над нею и Мельниковым. Неясно, кто и зачем собирался похитить Яночку, и кто похитил Петю Афонина, Галиного сына. А до тех пор, пока ничего не известно и похитители не найдены, угроза висит как дамоклов меч и страх сжимает сердце.

Глава 16. Митя встречает Марину Солдатенкову

Настя часто делилась с Алёной своими переживаниями по поводу того, что Митя не проявляет к ней интерес и этим изрядно ей надоедала. Вместе с тем, Алёна не понимала, почему она сама такая холодная и ни в кого не влюбляется, когда все вокруг в кого — то влюбляются. Может быть, у неё пониженная сексуальность или вообще она фригидна? Или слишком цинична и не обладает для этого достаточной духовностью?

— Знаешь, Мить, я недавно прочла, что влюбленность — это важная жизненная реакция человека, — задумчиво сказала однажды Алёна, когда в дождливую погоду они вместе сидели дома. — Влюбленность играет огромную роль в самообретении себя и в нахождении любимого человека.

Алёна отложила книгу, которую читала. Ей хотелось поговорить и поспорить на тему любви, изложить мысли, которыми её обогатили журналы для женщин и передачи по телевизору о взаимоотношении полов. Она хотела бы, чтобы Митя с нею спорил, потому что, как неоднократно говорил Андрей Дмитриевич, в спорах отрабатывается аргументация. С Яной не поспоришь — она слушает открыв рот, как истину в последней инстанции от старшего по разуму товарища. С Настей тоже не поспоришь — она влюблена и ей не до споров. А Митя для споров идеальный партнёр, но слишком инертен.

— Когда человек влюблен, и ему необходимо добиться взаимности, то это зачастую связано с большими трудностями и сочетается с мощными эмоциональными и вегетативными проявлениями, — излагала Алёна свои обширные знания. — Он находится в состоянии выраженного эмоционального подъема, в приподнятом настроении и повышается энергетический уровень. При этом у влюбленных имеет место ярко выраженное повышение иммуноглобулинов. Это такие белки крови, которые обуславливают сопротивление инфекциям. А также повышены эритроциты, носители кислорода. Кстати, еще Авиценна и Парацельс писали, что в период влюбленности люди практически не болеют.

— Ты это к чему? — удивился Митя, пытавшийся собрать по порядку страницы детектива в мягкой обложке, которые рассыпаются при первом же прочтении книги.

— Я это к тому, что в обществах, где культивируется свобода сексуальных отношений, основной проблемой становится отсутствие ярких, сильных эмоций в отношениях между полами. Плюс накладываются постоянно испытываемые стрессы из — за неопределенности завтрашнего дня и неустроенности сегодняшнего дня. Это, вероятно, и становится причиной такого количества больных людей. И этим же, безусловно, объясняется большое количество разводов, и то, что людям все труднее найти друг друга.