могущественной, всепоглощающей и вредящей только ей силе любви ко всему и всем. Спустя годы на место застенчивой девочки, боящейся перечить матери, пришла женщина, способная отстаивать свою точку зрения и открыто выражать недовольство. Теперь же, в его объятиях утопает, поддерживающая, любящая, умная и сильная жена, которая не остановится в своем стремлении спасти сестру. И он, вожак вожаков, альфа-альф, признанный сильнейшим, каждую секунду своей жизни боится трех вещей: что у них не получиться спасти Василису, что она может навредить Маришке, и что ему придется выбирать между спасением жизни сестры, жены и спасение самой же жены.
— Ты был прав. Несмотря ни на что, Эрик… — она пыталась подобрать слова. — Ни у каждого ребенка отец сделал бы столько, сколько он делает для своих подопечных.
— Эрик лучший! — Странно, но он использовал формулировку Маришки. Точно! — Вот он и должен был стать Верховный. — Со смешком провозгласил Ральф.
Их маленький домик снова огласил смех.
— Тогда все сопьются. — Решила Мари.
— Или передерутся. — Добавил вожак. — Спьяну, конечно же.
— Или так. — согласилась жена. — Когда у Вас встреча с вампирами?
— Завтра ночью. Днем мы обсудим соглашение. Ночью выдвинем требования упырям и, если все пойдет так, как рассчитывает Эрик, они присоединятся.
— Я пойду с тобой. — Кивнув каким-то своим мыслям, решила Маришка, на что Ральф ответил твердое и безоговорочное «Нет».
Она попыталась поспорить, выдвигая самые нелепые доводы, почему ее присутствие необходимо, но вожак был непреклонен. Переживать за любимую, это последнее, чем он планировал заниматься при встрече с одним из давнишних врагов его народа.
Когда на небе стали гаснуть звезды, и небо из черного превратилось в темно-синее, он уговорил ее, и отказаться от своих мыслей по поводу встречи с представителями кровососущих, и согласиться на то, что необходимо поспать, так как завтра будет длинный день.
Глава пятнадцатая — Капля в склянке
Эрик
— Пламя дракона. — Громогласно произнес Эрик, не успев переступить порог.
— Будешь пить? — С укоризной произнес друг.
— Обговорим все и да, буду пить.
— Стоит ли?
— Стоит, — и внимательно осмотрел уставшего вожака, добавил. — И тебе тоже. Что так паршиво выглядишь?
— Один, не совсем трезвый дракон, провозгласил меня Верховным.
Смех не совсем трезвого дракона заставил нервно озираться гостей за столами, скрытыми в тени слабо освещенного заведения. Но он их быстро успокоил.
— Все хорошо, друзья мои, — для пущей верности Эрик слегка поднял руки, — я сегодня отдыхаю. — А затем повернувшись к Ральфу и направляясь к дальнему угловому столу, чтобы вид открывался на всю таверну, произнес. — Выбрал тебя не я, а все, единогласно на общем голосовании. Так что, снимаю с себя ответственность. Тем более, я был совершенно трезвым, когда предлагал это.
— Какая удобная позиция. Если бы ты молчал, то меня могли и не выбрать. Этот стол занят, — вожак махнул туда, куда целенаправленно пробирался дракон.
— Они нам его освободят, — и уже поворачиваясь к сидящим — верно, я говорю, друзья мои?
— Неверно. — прогнусавил старый пьяный матрос, видимо, из гномов.
— Рорк, пошли атседа. — Второй был умнее либо трусливее.
— Не пойду я никуда. Мест навалом, пусть валят.
Эрик не стал церемониться. Схватил старого грубияна за шкирку и выкинул из-за стола.
— Да как ты смеешь? — отплевываясь кричал Рорк. — Да я тебе за это…
— Что? — И он, щелкнув пальцами, зажег половинчатую свечу, стоящую на столе, голубым пламенем.
— Вот же черти, — отшатнулся второй. — Первый из трех. Рорк, вставай и пошли.
Правильно. У каждого дракона свой цвет пламени, но лишь у одного, оно голубое. И каждый, кто хоть раз пил, дрался или просто попадал под горячую руку Эрика, был осведомлен об этом. А слава, как говорится, всегда идет впереди ею обладающего. И совершенно неважно какого характера эта слава.
Улепетывали гномы знатно. Что аж пятки сверкали. Вот только спьяну, в двери попали лишь раза с пятого, и — то не без последствий.
— Ты не очень хороший человек. — Резюмировал Ральф, тыльной стороной руки стряхивая крошки со стола.
— А я и не претендую. — Рассмеялся дракон, повторил свое требование по поводу выпивки и продолжил, прерванный небольшим недоразумением, разговор. — На голосовании выбрали бы тебя, в любом случае. — И следую старой привычке, начал перечислять. — Во первый — из всех, ты самый уважаемый. Во вторых, за тобой сильная армия, состоящая из волков. В-третьих, ты внук самого старшего из создателей данного альянса. В-четвертых, это был бы ты, или же Кики. А ей необходимо строить свое государство, тогда как у тебя, уже все налажено и отточено. Согласись, с твоей стороны было бы нечестно отплатить ей разваленными королевствами после того, как она помогла тебе выиграть войну против Аримаша.
— Во-первых, — передразнил друга вожак, — ты все переиначиваешь…
Снова «Пьяные коты» огласил заливистый смех стражника.
— Да неужели?! Назови другого претендента.
— Гера или Асвад? — Решил поспорить Ральф, осознавая, что в этом споре ему не выиграть.
— Не подходят. Они вояки, привыкли жить по расписанию, хороши в битвах, плохи в мире, а мир — наша главная цель. Плюс, голосов бы не набрали.
— Сесиль?
— Никогда не была лидером, и не ее это стезя.
— Камиль? — не сдавался вожак.
— Темная лошадка. Скрытый, зажатый, последнее время слегка агрессивный. И снова, не было бы голосов. Ты и Кики.
— Ты бы не стал голосовать за Камиля? — Ральф всегда считал, что у Эрика с колдуном хорошие отношения.
— Нет. — Подтвердил он. — Камиль, так же как и Кики, на пути создания целого сообщества из колдунов. Ему бы помощь не помешала, а не верховодить еще и над альянсом.
Вожак покачал головой, принимая ответ, но прекращать диалог, видимо, не планировал. На грязный стол с грохотом опустились, две огромные кружки с пивом и три маленькие рюмки с голубовато-зеленоватой жидкостью. Эрик скривился, а Ральф, отодвинул от себя напитки, любезно принесенных хозяином заведения.
— Мор, что за дрянь?
— Э-э-э, Эрик, — обиженно произнес, пожалуй, самый низкий волот из всех довелось повстречать волку. — Зачем обижаешь?
— Я просил «пламя дракона». — Решил разъяснить стражник.
— Это лучше, — ему подмигнули внушительным глазом. — Новое. Назвали «Ярость земли». Три штуки, и ой, как хорошо.
— Хорошо, говоришь? — Лысая башка закивала, растягивая губы в широкую улыбку. — Ну, раз хорошо, то оставляй. Позже выпью.
Уходить в небытие до прихода Ариана, он не собирался, поэтому протянул руку к одной из кружек пива, по размеру, лишь немного уступающее ведру, сделал глоток. Прохладный напиток потек по горлу. Напиться от столь слабого по меркам дракона напитка он не мог, а вот освежиться, самое оно.
— Так кто там следующий на очереди? —
