Интересно, что вместе с распространением организации по всему миру росла и личная власть ее главы: он был ректором семинарии в Сарагоссе, профессором философии и профессиональной этики в Школе журналистики в Мадриде, профессором римского права в обоих учебных заведениях. Затем он продвинулся еще выше и занял место «придворного прелата его святейшества», а также консультанта священной конгрегации семинарий и университетов, консультанта Папской комиссии подлинного истолкования кодекса канонического права, великого канцлера Наваррского университета и члена Папской римской богословской академии.
Устав перечислять многочисленные титулы Хосе Марии Эскривы де Балагера и Альбаса, маркиза де Перальты, мы хотим привлечь внимание читателя только к одному факту: все эти звания и посты давались ему не за красивые глаза. Одновременно с ростом престижа «духовного пастыря», с его продвижением по должностной лестнице Ватикана расширялись его возможности оказывать влияние на дела римской курии и на изменение конъюнктуры для ордена в лучшую сторону. Не свидетельствует ли благосклонность к руководителю «Опус деи» лишний раз о том, что сам подход пап к организации носил двойственный характер: на всякий случай ее приберегали в качестве противовеса другим, более радикально настроенным группировкам внутри католической церкви, например тем же иезуитам.
А если так, то становятся понятными многие труднообъяснимые поступки ватиканских властителей, которые одной рукой открещивались от одиозного альянса, а другой — щедро изливали на него свои милости. «Опальный» орден стал не только крупнейшим в системе католических «братств», но и в каком-то смысле наиболее влиятельной силой в Ватикане: в конце 70-х гг. он смог оказать воздействие даже на избрание римского папы, за что и пользуется огромными симпатиями Иоанна Павла II.
Первые контакты между «Опус деи» и нынешним понтификом зародились в 1970 г., когда Кароль Войтыла, тогда архиепископ Кракова, дал интервью одному из членов этой организации для журнала «Студи каттоличи». Затем последовал еще ряд интервью и выступлений кардинала Войтылы, которые по восшествии его на престол были собраны в книгу «Сила веры», выпущенную контролируемым «Божьим делом» издательством «Арес». Уже тогда орден делал все возможное для пропаганды идей нынешнего папы и содействовал популяризации его личности.
Во всяком случае, австрийский журналист и издатель Адальберт Кримс, автор книги «Кароль Войтыла — папа и политик», ничуть не сомневается в том, что «без поддержки «Опус деи» Кароль Войтыла не смог бы стать папой, а без поддержки папы Иоанна Павла II вряд ли бы «Опус деи» смог занять такое высокое место в центре католической власти». Ему вторит и влиятельный «Уолл-стрит джорнэл»: «Такие знакомства сыграли позднее важную роль при его избрании папой».
Не прошло и года после избрания Войтылы «наместником святого Петра», как он открыто проявил свою привязанность и приязнь к «Опус деи». В августе 1979 г., выступая перед студентами-опусдеистами и их преподавателями из 22 стран, Иоанн Павел II заявил: «Ваш идеал — поистине великий идеал. Он с самого начала предвосхитил ту теологию мирского служения христианству, которая характеризовала римско-католическую церковь со времен собора».
Свое восхищение деятельностью организации папа подкреплял реальными делами. Прежде всего он извлек из долгого ящика проект преобразования «Опус деи» из «мирского института» в «личную прелатуру», ожесточенная борьба за осуществление которого велась в течение двух десятков лет. Основанием послужила просьба сегодняшнего главы ордена Альваро дель Портильо-и-Диес де Сольяно, выраженная им в 1979 г.
Однако первые же шаги Иоанна Павла II в нужном ему направлении наткнулись на сопротивление со стороны церковных иерархов. Из двадцати прелатов, которых папа собрал для этой цели на специальное заседание, только четверо высказались положительно.
Умудренные опытом и поднаторевшие в жестокой борьбе за духовную власть, кардиналы практически единодушно отвергли планы Альваро дель Портильо и папы Иоанна Павла II, и не потому что им претили основные установки организации, все силы которой направлены на поднятие авторитета католической церкви в буржуазном обществе, а из-за боязни неимоверного усиления и без того всемогущего союза.
Получив отпор, Иоанн Павел II не сложил оружия, он просто решил переждать и идти в обход. Спешно была создана комиссия, вобравшая в себя только сторонников ордена, в задачу которой вменялось подготовить детальный план осуществления проекта «Опус деи». Плодом ее работы явилась так называемая «информационная грамота», разосланная в 1982 г. всем епископам и сообщавшая о том, что папа уже принял решение об изменении статуса организации и что оно вот-вот вступит в силу. Оппозиция была, таким образом, сломлена: против воли понтифика, выраженной столь недвусмысленно, открыто никто не посмел восстать.
Содержание этого документа, помеченного грифом «секретно», стало известно благодаря западногерманской газете «Франкфуртер альгемайне цайтунг», сумевшей опубликовать его в одном из своих номеров. Согласно папскому декрету, орден выводился из-под подчинения местным епископам (а надо сказать, что опусдеисты действовали в 500 епархиях), за ним признавалось право выдвигать из своих рядов кандидатов на принятие духовного сана и готовить этих людей в специальных учебных заведениях, подчиняющихся прелату — руководителю «Опус деи», ему же была предоставлена полная и неограниченная власть над членами организации.
И хотя в документе специально оговаривалось, что верующие миряне (а они составляют 98% организации, и только 2% приходится на духовенство) остаются в тех епархиях, где они проживают, и находятся под юрисдикцией прелата лишь в том, что касается «выполнения ими особых аскетических апостольских и воспитательных обетов», никого такая формулировка в заблуждение не ввела. Бывший мирской институт фактически уравнивался с религиозными орденами, а его глава — генеральный президент в значительной степени облекался полномочиями епископа или орденского генерала на правах, скажем, руководителя иезуитов.
В марте 1983 г. подписанный Иоанном Павлом II документ вступил в силу. Это была крупная победа «Опус деи», одержанная ею вопреки противодействию довольно изрядного количества иерархов во всем мире, и прежде всего в Европе, где ее неблаговидные дела получили огласку. Чрезвычайно важным для организации явился тот факт, что она была объявлена суперепархией и перешла из подчинения Конгрегации орденов и светских институтов, где у нее имелось много противников, к Конгрегации по проблемам епископов, где она чувствовала себя полновластной хозяйкой.
В довершение ко всему генеральный президент «Опус деи» получил право возводить членов ордена в сан священника. Преимущество, которое получила «Опус деи» в связи с новой привилегией, заключается в том, что отныне ни один «чужак» не мог проникнуть в тесную семью альянса, за ста печатями хранившего свои тайны.
Для придания «Божьему делу» еще большей значимости Иоанн Павел II приступил к канонизации основателя ордена. 5 февраля 1981 г. глава Ватикана дал официальное согласие на рассмотрение вопроса о канонизации монсеньора Эскривы де Балагера,. а еще через год с небольшим началась процедура беатификации «божьего слуги» — начальный этап на том пути, который позволит организации обзавестись своим святым.
Символично и то, что первая аудиенция, данная папой в 1984 г., была предоставлена не кому иному, как Альваро дель Портильо, а, согласно строгому ритуалу римско-католической церкви, этот жест означал дальнейшее повышение престижа «белого масонства».
Можно ли объяснить нескрываемую привязанность Иоанна Павла II к «Опус деи» одной лишь благодарностью за оказанные в прошлом услуги? Со всей определенностью следует ответить отрицательно. Безусловно, главную ценность тесных связей с реакционной религиозно-политической организацией папа видит в помощи, оказываемой опусдеистами при проведении жесткого курса католического владыки. Он использует «Опус деи» и для борьбы с «теологией освобождения», и для обуздания чересчур прогрессивных религиозных деятелей (ведь недаром говорят, что понтифик рассматривает этот альянс по некоторым аспектам как противовес «непослушному» ордену иезуитов).
По данным журнала «Панорама», Иоанн Павел II даже выразил пожелание, чтобы «Божье дело» развернуло свою деятельность по аналогии с «Обществом Иисуса» также и в Польше. Зная антикоммунистический и антисоциалистический характер организации, нетрудно догадаться, что подобная акция была бы фактически прямым экспортом контрреволюции. Во всяком случае, в 1983 г., сообщает цюрихская «Вохенцайтунг», понтифик поручил руководителям альянса, которые до сих пор держались в стороне от восточноевропейских государств, вмешаться в польские события и перевести из своих средств запрещенному тогда профсоюзному объединению «Солидарность» 40 млн. американских долларов.
