оттенков, мужчины в сюртуках и рабочих куртках. Лилит несильно выделялась из общей массы и это радовало. Всё же большие скопления людей – раздолье для воришки и человека, не желающего привлекать внимание.
По правой стороне дороги продавали разнообразные товары, как продовольствие, так и сувениры. Разрушенные рельсы положительно отразились на торговле Хадара: все пассажиры были вынуждены задержаться в городе на пару дней, пока не починят рельсы.
В Лилит кто-то врезался, извинился и хотел уже уйти, но девчонка схватила человека за руку. Мальчишка небольшого роста с растрёпанной рыжей шевелюрой растерялся, начал вырываться, но Лилит держала крепко.
– Хотел обокрасть меня, сорванец? – прошептала она ему на ухо. – Я такие штучки знаю, не первый день живу.
Она повернула к себе его ладонь и вытащила из костлявых пальцев свой кошелёк.
– Пощадите! – взмолился мальчишка, пытаясь вырваться. – Мне нужны мои руки! У меня мать больная и сестра…. Мы все глодаем, пожалуйста, не сообщайте в полицию!
– Успокойся, – кротко улыбнулась Лилит уголками губ. – Мне самой не хотелось бы иметь дел с полицией.
Но с Даем она уже связалась. Вот проблема.
– Так мне не показалось… ты!..
– Тихо, – шикнула она. – Поговорим в другом месте.
Они прошли по какому-то переулку, уйдя с главной дороги вправо, в спальные районы. Мальчишка уселся на лестницу крыльца грязно-кирпичного дома.
– Какие трущобы? – с ходу накинулся он.
– Столичные, – хитро усмехнулась Лилит.
– Ого, – мальчик присвистнул. – Тогда понятно, почему у тебя такие знатные навыки. Я думал ты обычная богачка-клептоманка. По виду и не скажешь, что из трущоб, да ещё и… столичных.
Удивление мальчика было ясно как день. Чем ближе ты к «центру», тем сильнее контраст между богатством и нищетой. Соответственно, где заседает большое число богачей, там нищим живется совсем худо. Самым «трущобным адом» считается столица – Гиансар. Место, в которое они с Даем едут, место, в котором Лилит росла с беспризорниками.
А мальчишка не признал в ней «свою» из-за одежды богачей – фрака.
– Слушай, малец, я ищу кое-кого, не встречал случаем? – она развернула перед его носом страницу газеты с портретом исчезнувшей Оливии Браулиш. – Говорят, она пропала где-то в этом районе.
– Хм… – он нахмурился, вглядываясь в фотографию. – Точно не знаю, может, видел, может, и нет, но думаю, монеты освежат мне память.
Мальчишка нахально ухмыльнулся, выставив вперёд открытую ладошку.
Лилит растерялась от такой наглости, но потом весело усмехнулась, засунула руку в набедренную сумку в поисках мелочи. Она прекрасно его понимала: никогда нельзя упускать случай лишний раз подзаработать, да ещё и так легко.
Лилит кинула ему монету ценой в десять медяков.
Мальчишка на лету поймал её, сунул в карман.
– Кажется, я что-то припоминаю, видел её днем примерно… три дня назад. Она несла в руках корзинку. Ещё пахло так вкусно!..
– И всё? – Лилит уперла руки в боки. – Хотя бы покажи, где видел её!
Вдруг дверь дома распахнулась, и на крыльцо выскочил немолодой мужчина с седыми усами. Завидев беспризорника, он рассвирепел:
– Снова ты! Пошел отсюда, поганец! Опять людей грабишь?! Выпороть тебя, мало!
Старик взял в руки швабру.
Мальчишка вскочил на ноги, чуть не потеряв свою дырявую кепку, и, спотыкаясь, припустил по улице. Только пятки и сверкали.
Мужчина обречённо вздохнул и поставил швабру на место.
– Никакого отбоя от этих детей нет. А вам что здесь нужно, э-э… мисс? – замялся он, окинув её подозрительным взглядом. На ней всё ещё мужская одежда. – Район у нас опасный. Грабят тут всякие…
– Я ищу одну особу, вы её случаем не встречали три дня назад в этом квартале? – она показала фотографию из газеты.
– Кажется, встречал… – старик задумчиво покрутил в пальцах краешек усов. – Да-да. Она часто тут проходит. Кажется Оливией звать?
Лилит кивнула.
– Значит теперь и она… – он осекся. – Мы иногда с ней перекидывались парой слов. Она ходит этой дорогой к подруге, носит её семье еду. Бедные люди, денег даже на пропитание не хватает…
– На днях она пропала где-то здесь. Вы, случаем, не в курсе, что это за «роковой» переулок такой, где люди пропадают?
– Как же тут быть не в курсе, все местные знают, что по ночам ходить под мостом опасно.
– Под мостом?
– Да, совсем недалеко есть небольшой мостик. Дома то наши в низине. Мост небольшой, но широкий, поэтому свет фонарей ночью туда не проникает. Жуткое место. Не советую вам туда ходить, барышня.
– Вы покажите мне направление? – перебила Лилит.
Он серьёзно посмотрел на неё.
– Не хотелось бы мне знать, что по моей вине вы попадёте в беду.
– Не беспокойтесь, я смогу за себя постоять.
Старик окинул её критическим взглядом и вздохнул.
– Вниз по улице, – он указал направление рукой. – Увидите проулок с арочным проходом, не ошибётесь. Я надеюсь, дорогу туда вы забудете.
Лилит весело хмыкнула.
– Ни за что.
Она нашла то самое место – короткий широкий мост над мощёной дрогой. По нему изредка проезжали кареты и почтовые машины, ходили люди. Арочный проём под ним узкий и тёмный даже днём. Сыро, холодно, страшно.
Лилит решила пока туда не соваться, нечего теребить нервишки раньше времени. Вместо этого у неё зародился прекрасный план, как быстро раскрыть это дело и найти Оливию, а может и не только её.
Довольная, она поспешила в особняк.
Ⅳ
Дай всегда увлекался мистикой, магией, оккультизмом, всевозможными фантастическими животными. По несколько раз перечитал все имеющиеся в замке книги на эти темы. И, зная содержание книг по некромантии и спиритуализму (которым увлекались не многие дворяне), ему показалось странным наличие таких книг у серьёзного предпринимателя виконта Круфорда. Даю было страшно интересно, чьи это книги: Алисии или её мужа?
Он как раз собирался найти виконтессу, чтобы спросить об этом, но вдруг увидел, как в открытые ворота поместья въехал чёрный автомобиль военного образца без крыши, не самой новой модели, такой легко мог себе позволить каждый дворянин.
Автомобиль остановился у крыльца, оттуда вышел мужчина в сером пальто и шляпе. Навстречу ему выбежала Алисия, он радостно улыбнулся, приобняв её за плечи. Она начала ему что-то восторженно рассказывать, виконт кивал, внимая, каждому слову.
Даймонд пошёл вниз поприветствовать хозяина дома.
– Виконт Вильям Круфорд, – представился он, и они пожали друг другу руки. – Большая честь принимать в своём доме члена семьи Леруш. Мне всегда было интересно, правду говорят, что вам запрещено иметь кровных наследников?
– Это лишь слух. Но я действительно не был родным сыном предыдущего главы дома, – с легкой учтивой улыбкой (больше напоминавшей гримасу) сказал Дай.
