— Весь пол?
— Нет, грязные куски.
Мы оба улыбнулись. Он все же очень привлекательный, даже по шкале Блейка.
— Получается, что весь, — развела руками я.
Он изучал ковролин, и мне вдруг пришло в голову, что у меня, в моем укромном убежище, симпатичный незнакомец. Я тут же смутилась. А он присел и принялся что-то тщательно разглядывать. Потом потер ладонью.
— Что-то важное?..
— Ну да. Я там записала, чтобы не забыть. Не могла бумагу найти.
Он широко усмехнулся:
— Вы использовали несмываемый маркер?
— Э-э… — я открыла ящик стола, — вот этот.
Он посмотрел на этикетку.
— Несмываемый, между прочим.
— Да? А вы сможете его удалить? Иначе мой домовладелец закатает меня в этот ковролин и удалит отсюда навсегда.
— Попробую, — с улыбкой сказал он. — Ладно, пойду в фургон за снаряжением.
Он ушел, а я наконец открыла телефон и прочла сообщение от Дона Локвуда.
Приятная неожиданность. Как прошла неделя?
Со вторника не была под прицелом водяного пистолета. Как Том?
Я услышала, что в прихожей звякнул мобильник, и поняла, «волшебник» вернулся. Однако его не было видно. Я заглянула за угол: он читал сообщение.
— Прошу прощения, — извинился он и убрал мобильный в карман.
А потом втащил в студию огромную бандуру, похожую на пылесос-переросток. Мышцы у него напряглись и, по-моему, бицепсы стали раза в три больше, чем моя голова. Я старалась не пялиться, но не получалось.
— Я здесь посижу. Если вам что-нибудь понадобится, или вы заблудитесь, или еще что случится, обращайтесь.
Он засмеялся, а потом уставился на мой здоровенный диван.
— Там, где он жил раньше, было попросторнее.
— Хороший диван, — он изучал его, уперев руки в боки, — вопрос в том, как его двигать.
— Он разваливается. — Мысленно я добавила: «как и все здесь». — Я имею в виду, разбирается.
Он огляделся и спросил:
— Вы не против, если часть дивана я положу на кровать, а часть отнесу в ванную?
— Ради бога. Только, чур, найдете под ним деньги — они мои. Все остальное — ваше.
Он приподнял диван, и мышцы на его руках так вздулись, что у меня все мысли из головы сдулись прочь.
— Это мне вряд ли пригодится, — засмеялся он, увидев пыльный розовый лифчик на полу.
Я хотела сказать что-нибудь остроумное, но вместо этого бросилась его подобрать, зацепилась за угол кухонной стойки и полетела на диван.
— Ч-черт.
— Все в порядке?
— Да, — проскрежетала я. Ухватила лифчик и скомкала в кулаке, а потом зажала ушибленный большой палец на ноге и подержала его, пока боль не прошла. — Уверена, вы никогда не видали лифчиков, рада, что сегодня вам так повезло, — сквозь зубы пробормотала я.
Он засмеялся. А потом спросил:
— Что такого в этом парне? — Он кивнул на постер с Джином Келли, затаскивая в ванную спинку дивана. — Девушки от него без ума.
— Он мужчина и танцует как мужчина, без этих выкрутасов Фреда Астера. — Я потерла палец на ноге. — Знаете, Джин ведь даже каменщиком работал.
Он заинтересованно поднял бровь, но ничего не сказал и занялся своим делом.
Спустя некоторое время он перестал шебаршиться, и я выглянула из-за угла посмотреть, чего он затих. Стоя с куском дивана посреди комнаты, он растерянно озирался. Да, проблема — ванная забита под завязку, кровать тоже завалена доверху, и непонятно, куда девать эту штуковину.
— Можно в коридоре ее поставить, — предложила я.
— Нет, она проход загородит.
— Тогда на кухню?
Там оставалось немного свободного места на полу, рядом с коляской. Я отодвинула ее, чтобы он мог пройти, но — не знаю, как это случилось, — диван выскользнул у него из рук и придавил коляску.
— О господи, — закричал он, — господи боже мой!
— Все нормально, — быстро сказала я, — все нормально, там ничего…
— О, черт. Господи, — повторял он, пытаясь скорее снять эту штуку с коляски.
— Спокойно. Там никого нет, — громко сказала я.
Он уронил руки и посмотрел на меня как на абсолютно ненормальную.
— Нету?
— Нету. — Я помогла ему убрать диван и поставить его на попа. — Смотрите, пусто.
— Но вы же сказали…
— Сказала. Извините меня, пожалуйста. Это долго объяснять.
Он закрыл глаза и сглотнул, на лбу выступил пот.
— Черт подери.
— Простите меня. Все в порядке, правда.
— Да зачем же вы…
— Ну не спрашивайте меня об этом.
— Но вы…
— Пожалуйста.
Он все-таки вопросительно глядел на меня, но я покачала головой.
— Ч-ч-ерт, — шепотом выругался он. Еще раз посмотрел на коляску, чтобы удостовериться, что она пуста, глубоко вдохнул, выдохнул и начал возиться со своим гигантским пылесосом. Потом вынул из кармана телефон и быстро набил сообщение: тэп-тэп-тэп. Я закатила глаза, давая понять Мистеру Пэну, что мы здесь до ночи будем возиться такими темпами.
— Итак. — Он наконец повернулся ко мне. — Первым делом я почищу ваш ковер горячим паром. Потом нанесу стойкую защитную жидкость и устранитель запаха.
— Потрясающе. Вы в рекламных роликах, случайно, не снимались?
— Ох, нет, — комически простонал он. — Это был отец. Он считает себя хорошим актером. Сначала меня уговаривал, но я лучше… — он призадумался, — лучше умру.
— Да ладно, это же забавно.
— В самом деле? Вы бы согласились?
— За деньги я бы на многое согласилась. — Я нахмурилась. — Я неправильно выразилась. На это я бы не согласилась.
— Я бы и не предложил. В смысле, за деньги. — Он покраснел. — Сменим тему, хорошо?
— Да, пожалуйста.
Мой мобильный просигналил, что у меня сообщение, и это был отличный повод закончить разговор.
Том скотина. Нашел себе девушку и решил, что стал взрослым. Переезжает к ней на той неделе. Мы снимаем квартиру напополам… так что высокий симпатичный брюнет тридцати шести без четверти лет ищет нового соседа.
Я ответила:
Я всем дам знать! Личный вопрос: какая у вас мечта? Что-то, чего правда хочется.
У «волшебника» запищал телефон. Я неодобрительно цокнула языком, но из-за пылесоса этого не было слышно. Он вырубил его и достал мобильник из кармана.
— Вы сегодня нарасхват.
— Да, извините.
Он быстро напечатал ответ.
Мой мобильный ожил.
Кофе. Очень хочется чашку кофе.
Я посмотрела на него. Он старательно драил ковер, глубоко погрузившись в свои мысли. Встала и спросила:
— Хотите кофе?
Он не ответил.
— Простите, хотите чашку кофе? — громко предложила я.
Он обернулся.
— Вы просто мысли читаете. Спасибо, с удовольствием.
Он выпил кофе, поставил чашку на стойку и снова принялся за работу. А я внимательно читала свою переписку еще раз, выискивая скрытый смысл между строк, и ждала нового сообщения. У него опять зачирикал телефон. Я всерьез собралась что-нибудь сказать об этом, но придержала язык, потому что загляделась на него. Еле заметно улыбаясь, он набивал кому-то ответ, и я вдруг возненавидела ее. Ясно, что он переписывается с девушкой, черт бы ее побрал совсем.
— Это займет еще много времени? — спросила я без тени любезности.
— Что-что? — Он оторвался от телефона.
— Ковер. Это еще надолго?
— Часа два примерно.
— Я пойду погуляю с ребенком.
Он смутился. Как и было замыслено. Я, впрочем, тоже.
Ответ от Дона я получила в лифте.
Моя мечта — выиграть в лотерею, бросить работу и никогда больше ничего не делать ради денег. А чего я хочу больше-пребольше всего? Увидеться с вами.
Я изумленно читала его слова снова и снова. Лифт спустился на первый этаж, но я так увлеклась, что забыла выйти. Надо же, у него точь-в-точь такая же ленивая мечта, как у меня. Но главное, как легко и красиво он пересек невидимую границу. Это восхитительно, но это пугает. Двери закрылись, и, прежде чем я успела нажать на кнопку, лифт поехал наверх. Я вздохнула и прислонилась плечом к стене. Лифт остановился на моем этаже. Это он его вызвал.
