лучшие. Тренировки проходят каждый день по два часа утром и вечером, — объяснял президент Итикава, ведя делегацию «Аэда». — Как раз сейчас время их тренировки. Вы выбрали удачный момент.
— Всего два часа? — немного презрительно выплюнул Василий. — Понятно, почему они так себя вели на поле, когда я спасал их задницы, — борец не церемонился. — Им же полезнее будет не вылазить с полигона.
— Пожалуй, мы отталкиваемся от их способностей. Да и на Тюбу редко нападают, в отличие от Канто. Это в вашем регионе нужны интенсивные тренировки. Мы можем отталкиваться от наших данных.
Тецу удивился такой халатности. Как же так? Если учесть рассказы Хиро, то их безбожно гонял Дай и директор Аоки. Им даже иногда поесть не давали, а уж про сборы в горах можно было промолчать. Так почему же в Тубу борцы себя так расслабленно чувствовали? Разве в их обязанности не входит быть в лучшей своей форме, посвящая себя борьбе с кайдзю?
Они вошли на полигон и продолжили это разговор.
— Разве? Ты их жалеешь, или же у тебя и твоей корпорации не хватает средств, чтобы нормально тренировать борцов? Любой из вариантов звучит жалко, — громко хмыкнул Василий. Привлекая внимание тренирующихся, которые со священным ужасом смотрели на Богатырёва и директора отдела борцов. Тот шёл навстречу гостям.
Директор борцов «Архи» стремительно подошёл к Василию и встал рядом с ним, грозно глядя на русского снизу. Выглядело это забавно. И даже если Арата выглядел комично рядом с Василием, то что уж говорить про Дзинтаро Эйко, главного борца «Архи», который был на пятнадцать сантиметров ниже и намного меньше Аоки в объёмах?
— Следи за языком, гайдзин, — прорычал Дзинтаро, сжимая кулаки изо всех сил. — Иначе я тебе его укорочу. Прояви уважение.
Василий усмехнулся, смотря вниз и машинально отмечая силу борца перед собой. Явно ради этого и затевалось всё представление. Провокация на фоне неуважения? Так Василий специально так себя вёл, и они повелись, а точнее подумали, что русский повёлся. Легко.
— А у тебя хватит силенок для укорочения? — в лицо директора борцов усмехнулся Вася.
Дзинтаро от подобных слов моментально загорелся. В прямом смысле слова. Многие в «Архе» знали, что это больная тема для борца. Его рост, его силы. Да и много другое, что указывало на его недостатки. Больная мозоль, по которой проехался русский. Осознанно или нет, это было уже неважно.
— Дзинтаро, успокойся, — сказал президент Итикава, но не сделал ни шагу в его сторону. И не из-за боязни обжечься. Он изначально стоял абсолютно спокойный и даже слова, которые он сказал, лишь немного отдавали волнением. — Это же представители «Аэда». Сын Богатырёва…
— Да хоть сын кайдзю. И то лучше будет, — зарычал Дзинтаро и ещё сильнее загорелся.
Тецу и президент Куроки внезапно поймали взгляды друг друга. И одновременно подумали об одном и том же. Что успокоение это было лишь для вида. И всё, что они сейчас видели, было спланировано. Аракава понял, что нужно отойти, чтобы не мешать Василию, посмотрел на президента Куроки. Они переглянулись и кивнули. И вместе сделали два шага назад. Что бы они не сказали Василию, он всё равно поступит так, как считает нужным. Да и не сказать, что они были не согласны с его словами. Да, неуважение, но о каком уважении может идти речь, если «лучшие» борцы не тренировались так, как положено? По сути, Василий всё верно сказал, пусть и не особо подбирая слова.
Русский и сам понял, что подстроено всё было так топорно, что вряд ли главным убийцей была «Арха», но поставить на место ублюдков он был обязан. За учителя!
Вася повернулся в сторону президента Итикавы и улыбнулся.
— Болван, — на чистом японском сказал Вася, но потом снова начал коверкать слова. — Какой у тебя глупый план проверить мои силы. Хах… Даже стыдно становится.
Президент удивился и приоткрыл рот.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь. Я пытаюсь успокоить Дзинтаро, — нажал на часы на руке президент Итикава, не делая и шагу назад.
А Дзинтаро было уже не остановить. Он со свистом достал из-за пояса меч и прыгнул на Василия.В этот момент включился и Маса, делая шаг в сторону президента Итикавы.
— Вы же должны понимать, что это скандал, — намекнул он на последствия действий директора борцов «Арха».
— Д-да, конечно, мы готовы понести все убытки и принести свои извинения, — сразу же согласился президент Итикава.
Тецу пытался уследить и за Василием с господином Дзинтаро, и за президентами. Но он сразу же понял, что они хотели проверить русского. Или же убрать его… Хорошее начало поездки по другим регионам. Нервная дрожь стала пробирать Аракаву, но как-то не сильно. Всё же русский борец внушал ощущение безопасности, и будто бы всё будет идти так, как надо им и «Аэда».
Так и вышло. Василий поймал меч Дзинтаро, который был весь в огне, перешедшем с тела самого японского борца в оружие, и остановил его одним движением руки. Кто-то из борцов охнул издалека. А затем за ним повторили и все остальные. Потому что держать лезвие с огоньком Василию надоело, и он сломал его голыми руками. Дзинтаро как-то разом успокоился и в ужасе посмотрел на своё оружие, которое передалось ещё от его отца-борца. И что с ним стало…
А Вася выкинул остатки меча в сторону и повернулся к президенту Куроки. Взгляд у русского был довольным.
— Можем идти отсюда, — просто сказал Василий и прошёл мимо президента Итикавы. — Я узнал всё, что хотел. Новые договоренности отменяются, как я понимаю. Верно, президент Куроки?
— Верно, — сказал Маса, следуя на выход вместе с Василием. Тецу не отставал от них. — Мы ещё обо всём поговорим, президент Итикава. Ну, а пока нам нужно уйти, переварить случившееся. Не прощаемся.
Тецу догнал Василия почти бегом. И только у самого выхода Богатырёв обернулся, посмотрев на ошеломленного Дзинтаро, который на коленях держал остаток своего меча. Вася хмыкнул и погрозил тому пальцем, мол, как же тебе повезло, мальчик, что отделался лишь мечом, а не хребтом.
Глава 17
Подстава?
Квартира Маи и Хиро
Все ушли из квартиры, и это было время Сашими, то есть Юу. Порой кот и сам забывал, как его на самом деле назвали, а всё дурацкое прозвище.
