И тот факт, что мы сами, своими силами добились такого положения, просто повернув счастливую случайность себе на пользу, был вдвойне приятен. Ко мне вернулась мечта. Я хотела добиться всех целей, которые себе поставила. Я верила, что у меня все получится.
Мы сидели за общим столом и ужинали. День выдался утомительным. Джудит поехала кататься с Джастином. Они отправились на прогулку рано утром. В своей жемчужно-серой амазонке с изумрудно-зеленой отделкой у горла она выглядела обворожительной. Когда Джудит была счастлива, она становилась просто красавицей. В тот день она светилась счастьем, потому что Джастин был с ней. Но я знала, что это продлится недолго: Джудит, которая всегда была бдительной, хватит малейшего жеста, едва заметного изменения в голосе Джастина, чтобы тут же вообразить, что она надоела своему мужу. И тогда начнутся неприятности: она будет задавать бесчисленные вопросы, страстно требовать ответа, любит ли он ее по-прежнему и как сильно. Я часто слышала, как она начинала говорить все громче, а он — все тише. Чем больше распалялась Джудит, тем более отстраненным становился Джастин. Думаю, он не мог держать ее под контролем, поскольку просто не справлялся с ней. И он, судя по всему, понимал это, ибо иногда я видела на его лице явное облегчение, когда Джудит выходила из комнаты.
Но в то утро они выехали в хорошем настроении, и я была очень рада, так как это означало, что у меня появится свободное время, чтобы навестить бабушку. Надеяться провести время с Меллиорой не имело смысла: леди Сент-Ларнстон следила за тем, чтобы ее молодая компаньонка была занята весь день. Бедная Меллиора! Мой удел был легче, чем ее доля, но в иные моменты мне казалось, что она выглядела очень счастливой, хотя в другое время я, признаться, не была в этом уверена. Одно я знала точно: Меллиора очень похорошела с тех пор, как мы перебрались в Эббас.
Я провела утро с бабушкой, а под вечер Джудит вернулась домой одна. Она была так расстроена, что решила довериться мне — думаю, ей просто нужно было с кем-нибудь поговорить.
Они провели ленч с родителями и уехали от них вместе, а потом… Джудит замолчала, и я догадалась, что они поссорились. Я представила, как она и Джастин обедали в том мрачном доме. Возможно, за ленчем присутствовала ее мать — со слегка отсутствующим видом, — и они не знали, что она сделает в следующий момент. Дом был полон теней; над ним, как всегда, нависала мрачная легенда о монстре. Я подумала, что Джастин, возможно, раскаивается в душе, что женился на этой женщине, и теперь ломает голову, зачем он это сделал. Я представила, как он бросил какое-нибудь замечание, произнес фразу, которая расстроила ее, а затем последовали страстные требования проявить любовь к ней. В следующее мгновение — ссора.
Они покинули Деррайз вместе: он сердито хлестал коня, подгоняя все быстрее, лишь бы уехать прочь от жены, избавиться от ее общества, а она безутешно рыдала. Припухшие глаза Джудит свидетельствовали о том, что она плакала. Придя в себя, она попыталась догнать его, но поняла, что потеряла его след и расстроилась еще больше.
Она вернулась в Эббас в надежде найти мужа, а когда оказалось, что его нет дома, ее, как всегда, захлестнули ревность и беспокойство.
Я чинила один из ее нарядов, когда Джудит ворвалась ко мне в комнату.
— Керенза, — сказала она, уже зная, что мне не нравится, когда меня называют по фамилии. У нее было очаровательное качество стараться сделать приятное всем и каждому, если только для нее это было несложно, — где компаньонка?
— Мисс Мартин? — запинаясь, пробормотала я.
— Ну конечно, конечно. Где она? Найди ее… немедленно.
— Вы хотите поговорить с ней?
— Поговорить с ней? Нет. Я хочу знать, здесь ли она.
Я поняла. И тут же мимоходом подумала, не может ли Джастин быть сейчас с Меллиорой. Какой приятной и спокойной спутницей покажется ему Меллиора после этой требовательной, страстной женщины! В этот момент я наконец осознала, какая опасная складывается ситуация, — не для меня, конечно. Однако все, что касалось Меллиоры, касалось и меня тоже, потому что наши судьбы стали неразделимы. Я могла бы долго с грустью размышлять на эту тему, если бы то, что вскоре после этого произошло, не затронуло меня лично.
Я тихо сказала, что поищу Меллиору, потом отвела хозяйку в ее комнату, убедила лечь в постель — и ушла.
Мне не потребовалось долго искать подругу — она была в саду с леди Сент-Ларнстон, которая срезала розы. Меллиора шла рядом и держала корзину и садовые ножницы. Я слышала властные команды леди Сент-Ларнстон и кроткие ответы Меллиоры.
Вернувшись к хозяйке, я доложила ей, что Меллиора в саду с леди Сент-Ларнстон. Джудит немного расслабилась, но, поскольку женщина казалась совершенно измученной, я немного беспокоилась, думая, что она может заболеть. Она сказала, что у нее болит голова, и я стала массировать ей лоб, виски и втирать в кожу одеколон. Потом я задернула шторы, чтобы она заснула. Но не прошло и десяти минут, как Джудит снова потребовала меня к себе.
Мне пришлось расчесывать ее длинные волосы. Она утверждала, что это ее успокаивает. Но с каждым новым звуком, доносившимся со двора, она кидалась к окну, надеясь, что это вернулся Джастин.
Такая ситуация не могла длиться долго. Я понимала, что рано или поздно что-то обязательно случится. Чувствуя, что собирается гроза, которая, естественно, должна была разразиться, я начала тревожиться за Меллиору.
Вот в таком настроении я спустилась в холл и пошла ужинать с другими слугами. Я очень устала, потому что эмоции Джудит в какой-то мере передались мне, да и Меллиора не шла у меня из головы.
Как только все уселись за стол, я сразу поняла, что у миссис Ролт есть какие-то новости и она с нетерпением ожидает возможности их выложить. Но у нее была привычка придерживать самое интересное как можно дольше. Когда экономка ела, она всегда оставляла самые лакомые кусочки напоследок, и было забавно наблюдать, как она в предвкушении поглядывала на них. Именно так она сейчас и выглядела.
Миссис Солт разговаривала с ней в своей неторопливой манере. Она говорила о муже, но единственным человеком, который действительно слушал миссис Солт, была ее дочь Джейн. Долл теребила свои волосы, в которые вплела новую голубую ленту, и шепотом хвасталась Дейзи, что эту ленту ей подарил Том Пенгастер. Хаггети сел рядом со мной, чуть придвинув свой стул ближе ко мне.
— Там, наверху, сегодня неприятности, не так ли, дорогуша? — спросил он, дохнув мне в лицо.
— Неприятности? — переспросила я.
— Ну, я имею в виду молодоженов…
Миссис Ролт наблюдала за нами, поджав губы; в ее взгляде затаилось неодобрение. Она убеждала себя, что я завлекаю бедного мистера Хаггети. Такая мысль нравилась ей больше, чем правда, — а миссис Ролт была из тех женщин, которые всегда предпочитают верить только в то, во что им хочется верить. Глядя на нас, она хитро улыбалась и думала о новости, которой собиралась удивить.
