так, все закончится гораздо быстрее, чем нам бы хотелось, – предупреждает он.
Раскинув руки на одеяле, я смотрю, как он залезает на кровать и двигается ко мне. Когда он нависает надо мной, я выгибаю спину в попытке стать ближе, жадно стремясь снова почувствовать его.
Его пальцы убирают несколько выбившихся прядей с моего лица, и он целует меня. Один раз, два, три, после чего отстраняется и двигается вниз по моему телу.
Он опускает голову и водит губами по моему животу. Щетина царапает кожу, но это только усиливает удовольствие. Он быстро кладет под меня полотенце, которое принес из ванной, и накрывает ладонью мою грудь.
– Адам, – захлебываюсь я. Внутри все пульсирует от предвкушения. Нарастающее напряжение грозит потерей контроля. – Пожалуйста, не дразни меня. Я… я сейчас взорвусь.
Он дует на кожу чуть ниже моего пупка, встает на колени и подсовывает пальцы под пояс моих штанов.
– Скажи, что мне сделать, Скарлетт. Скажи, что тебе нравится.
Я яростно мотаю головой:
– Что угодно. Мне просто надо, чтобы ты касался меня.
Он дергает мои штаны, а я поднимаю бедра, чтобы помочь снять их, и остаться в тонких черных трусиках. Они простые, скучные и ни капельки не сексуальные, но глядя на Адама, который смотрит так, будто хочет разорвать их в клочья, я начинаю думать, что, может быть, ему наплевать на то, как они выглядят.
Я резко втягиваю воздух, когда он кончиком пальца касается влажного пятна между моих ног и легко проводит снизу вверх.
– Черт, – шиплю я, с трудом заставляя себя не сдвинуть и не сжать ноги, чтобы унять эту новую боль.
– Твои трусики насквозь мокрые, детка, – с восторгом говорит Адам.
– Молодец, Капитан Очевидность, – бурчу я.
Он тихо посмеивается, потом просовывает под ткань два пальца и отодвигает ее в сторону, наконец оголяя меня. Я вздрагиваю, когда прохладный воздух касается влажной кожи.
– Боже, – стонет он, наклоняясь между моих ног и легко целуя полоску рыжих волос. – Здесь ты тоже красивая.
Мои глаза закатываются, когда он ложится на живот и раскрывает меня двумя пальцами. Ведет языком к моему центру, снизу вверх, медленно, дразняще обводит припухший, ноющий клитор и, сомкнув губы, засасывает.
Я хнычу, комкая простыню. Адам издает страдальческий звук и, проведя по моей икре ладонью, закидывает ее себе на плечо. Он прижимается невозможно близко к моей киске и, за неимением лучшего слова, терзает меня.
Ко мне давно так не прикасался мужчина, и даже тогда все было совсем по-другому. Эти ощущения страсти и откровенной потребности новые для меня, но, комкая в кулаках простыню с обеих сторон от себя и крепче сжимая ноги вокруг головы Адама, я позволяю себе полностью погрузиться в них.
– На вкус ты даже лучше, чем я представлял, – рычит он в мою влажную плоть.
В меня проскальзывает один палец, и я, задыхаясь, вскрикиваю одновременно от неожиданности и облегчения:
– Да!
– Тебе нравится? – спрашивает он. Когда я судорожно киваю, к первому пальцу присоединяется второй. – А так? Еще?
– Еще.
Внутрь скользит третий палец, и когда Адам сгибает их, чтобы погладить мягкую точку внутри, я поворачиваю голову набок и прикусываю губу. Мои бедра дрожат, сжимаясь почти до боли.
– Так, детка. Просто расслабься и сосредоточься на том, как это приятно.
Он вылизывает меня, словно оголодавший мужчина, то поглаживая клитор языком, то всасывая его в рот, пока я не начинаю умолять об оргазме, который нарастает внутри.
– Отодвинься, – умоляю я, когда между ног зарождается щекочущее ощущение. Пальцы стискивают простыню так сильно, что кончики начинают пульсировать.
Адам лишь ускоряет свои движения и сосредотачивается на ритме пальцев по моей точке G. Я пытаюсь отодвинуться, но он смотрит на меня сквозь ресницы и, качнув головой, кладет свободную ладонь мне на живот, удерживая на месте.
Только когда из меня вырывается тонкий стон, он в последний раз лижет мой клитор и отстраняется. На меня обрушивается оргазм, в глазах темнеет, и я впиваюсь ногтями в руку Адама.
– Черт, да. Ты такая умница. Дай, – рычит Адам, продолжая гладить мои стеночки, несмотря на то, что жидкость промочила полотенце под нами, а может быть, даже и его.
Крепко зажмурившись, я медленно отхожу от оргазма.
– Ты потрясающая, Скарлетт, – рокочет Адам, покрывая легкими поцелуями мои бедра.
Эти слова заставляют меня распахнуть глаза. Он смотрит на меня с откровенным голодом. На его боксерах мокрое пятно, но не думаю, что это мое.
– Мы же не закончили? – выдыхаю я. От одной этой мысли у меня внутри все обрывается. Я совсем не готова заканчивать.
– Нет, Скар. Не раньше, чем я выжму из тебя еще один оргазм и почувствую, как ты дрожишь и кричишь на моем члене.
Глава 26. Адам
Мой член никогда не был таким твердым. Проклятье, от малейшего дуновения прохладного воздуха из кондиционера он пульсирует в трусах.
Передо мной Скарлетт, голая и распростертая на моей кровати. Одного этого достаточно, чтобы пробудить во мне плотское безумие, но после зрелища того, как она мощно кончила, почти промочив полотенце насквозь, я едва сохраняю адекватность.
– Обещания, обещания, – шепчет она, уставившись на почти болезненную эрекцию, натягивающую ткань моих боксеров.
Я выгибаю бровь и накрываю рукой член, сдерживая стон от предвкушения освобождения.
– Твой сарказм когда-нибудь доведет тебя до беды.
Ее губы дергаются. Я вытягиваю из-под нее полотенце и откидываю его в сторону. Утыкаюсь лицом между ее ног и, не удержавшись, лижу снизу вверх. Ее вкус взрывается на языке, и я снова и снова лижу ее, пока она не зарывается пальцами в мои волосы, оттягивая голову назад.
– Ты нужен мне внутри, Адам. Сейчас же.
– Озабоченная девчонка, – журю я, в наказание проводя языком по ее клитору. – Я еще не насытился тобой.
Я обвожу ее дырочку и скольжу языком внутрь.
– Пожалуйста. Пожалуйста, просто трахни меня, – задыхается она.
Ее мольба меня добивает. Я отстраняюсь и лихорадочно стягиваю боксеры. Тянусь к тумбочке, чтобы достать из ящика презерватив, но она перехватывает мое запястье.
– Я здорова. У меня давно не было секса, и я сдавала анализы в команде. У меня много лет стоит спираль.
– Я давно ни с кем не был. И сдавал анализы после последнего раза. Ты уверена, что тебе нормально? Я с радостью надену презерватив.
Даже если идея оказаться в ней без преград заставляет член затвердеть до невозможности.
Скарлетт кивает и тянет меня за запястье обратно к себе. Я устраиваюсь между ее ног, очень близко к тому, чтобы проникнуть в нее, но тем не менее слишком далеко, и, обхватив ее бедра, резко придвигаю к себе. Мы так близко, что я чувствую жар ее киски, пытающейся втянуть меня внутрь.
От этих движений грудь Скарлетт подпрыгивает, и я прикусываю язык, чтобы не выдать, насколько мне это понравилось. Зажимаю член в кулаке и медленно двигаю рукой под пристальным взглядом Скарлетт.
