А я уже выбрал.
— Иля один, — напоминает Аля, но сама обнимает меня. — Мне нужно его проверить. Уложить спать. Подождёшь?
— Подожду. Передо мной ещё не извинились.
— На самом деле, я попросила прощения. Несколько раз. А если нужны другие извинения — это уточнять нужно сразу. Детали, господин адвокат.
— Детали, малыш, говорят, что ты сегодня выхватишь.
Осекаюсь. Слежу за реакцией Али. Мало ли что происходило в семье Усмановых, за закрытыми дверьми. Девушка могла спокойно что-то скрыть.
Но она улыбается, не выглядит испуганной. Выдыхаю. Хорошо. Это выяснили.
Я медленно изучаю Алю, постепенно. Стараюсь не давить, чтобы не вытолкнуть её из зоны комфорта. Достаточно того, что она сейчас с мужем воюет.
Не хочу становиться причиной, по которой девушке будет не по себе.
Я перекатываюсь на бок, позволяю Але сбежать. В это же время лезу в телефон. Отправляю информацию своим ребятам.
Пусть готовятся к тому, что Усманов может что-то выкинуть. Заодно прошу знаковых проверить, кто там дежурит под окнами. Булат мог соврать, а мог реально кого-то послать.
Меня Усманов не пугает. Свои угрозы он может себе в глотку затолкать.
Потому что я не позволю ему даже в сторону Али посмотреть.
Девушки нет долго. Я успеваю решить все важные моменты. Даже выясняю отношения с клиентом, которого сегодня бросил.
Но когда твоя девушка ищет себе нового адвоката — там не до деловых встреч.
Самолюбие моё Аля, конечно, задела. И эго, и профессиональную гордость. Отлично потопталась.
— Прости, — шепчет девушка, вернувшись. Тихо прикрывает дверь, на носочках побирается ко мне. — Иля долго бесился. Не мог улечься.
— Теперь спит? — уточняю, облокачиваюсь спиной на изголовье кровати.
— Да. Думаю, до утра проспит. Если не захочет кушать среди ночи.
— До утра? Даже так? Иди ко мне.
Несмотря на явное волнение, Аля двигается плавно. Забирается на кровать, двигается ко мне.
Широко распахивает глаза, когда усаживаю её к себе на колени. Удерживаю за бёдра, чтобы никуда не вздумала сбежать.
— Отлично, — усмехаюсь, проводя пальцами по длинной шее. — Ты там что-то про детали говорила?
— Что? — девушка явно потеряна.
— Детали. Того, что твои извинения включать будут. Так что предлагаю обсудить все детали и правила.
Произношу, а после тяну Алю к себе. Удерживаю её затылок, целую.
У меня очень много подобных деталей, которые очень хочется «обсудить».
Аля медленно расслабляется в моих руках. Целует откровенно, пальчиками расстёгивает воротник моей рубашки.
Укладывается на мою грудь, обнимает. Вроде каждое движение невинное, ничего такого. Но вся кровь вниз оттекает.
Всевышний, ну что за девочка. Наваждение. Беда.
Не думал, что так повести может.
Невозможно.
Но…
Как выскочила под колёса моей машины, так я и попал. Точно мошенница. Только не на деньги развести хотела, а на сердце.
— Ты ведь не злишься? — уточняет тихонько, целует меня в щеку. — Я не хотела ничего плохого.
— Знаю, — поглаживаю её поясницу, спускаюсь ниже. — Но не скрывай больше от меня ничего. Сначала мне рассказываешь, потом остальным. Договорились?
— Да.
Улыбается, расслабляясь в моих руках. Чуть отстраняется, я ловлю её взгляд.
Горит прям. Глазки блестят. Аля облизывает пересохшие губки. Я сильнее завожусь.
Прав был дядя.
Прелесть.
Сладкая невозможная прелесть.
И я жутко хочу попробовать её на вкус. Везде. Всю испробовать, узнать любую мелочь.
Как стонет. Как ресницы трепещут, когда ей хорошо. С каким лицом пика достигает, как после себя ведёт.
Миллион «как», которые обычно меня не интересовали.
И немало ведь разных девушек было. Я никогда монахом не был, хоть серьёзными отношениями не интересовался.
Но Аля особенная. Как-то неожиданно попался на её крючок так, что не слезть никогда.
Потому что…
Прелесть, ага.
Стягиваю с неё футболку, любуюсь. Лениво скольжу взглядом, изучаю всё. Острые торчащие ключицы. Выемку на груди.
Саму грудь, спрятанную за обычным чёрным лифчиком.
Кровь начинает бурлить в венах. Где-то горят тормозные пути от перегрева.
Держусь только потому, что считываю реакцию Али. Не показывает, но напрягается. Начинает нервничать.
Мне такое не подходит.
— Иди ко мне, — прижимаю её, удерживаю её на месте. — Что не так? Давай, быстренько шепни мне на ушко.
— Я волнуюсь, — пищит мышкой. — Не знаю…
— Спешим? Мне остановиться?
— Нет.
Мотает головой, несколько прядей подаю на её лицо. Прячут. Убираю их, хочу видеть девушку.
Кончики мягких волос щекочут мою шею. Приятно.
Аля тянет руку к моему лицу. Касается моих волос, ведёт по скуле. Изучает, как я её.
Снова трусь о ладошку. Мартовский котяра, плевать, что на улице осень.
— Ты колючий, — Аля искренне улыбается.
— Побриться?
— Нет! Не надо. Мне очень нравится. И колется приятно.
Понял. Значит, будем колоть дальше. Целую её плечи, чувствуя дрожь девушки. Теперь не от страха.
Это подстёгивает двигаться ниже. Оставляю короткие поцелуи. Комнату наполняют тихие вздохи.
Я медленно избавляю нас от лишней одежды. Аля с этим помогает. Смотрит всё увереннее, смущение уходит под накалом чувств.
Заглушаю вскрик губами, когда резко опрокидываю её на кровать. Нависаю сверху. Аля сама разводит ножки, позволяя устроиться между ними.
— Если захочешь прекратить — просто скажи, — предупреждаю, касаясь её горячей коже. Крышу сносит. — В любой момент. Я заторможу.
— Да? — с лёгкой издёвкой. Знаю уже, что снова будет язвить. — Ручаешься за свои слова? А то попрошу в процессе, а ты…
— Даже тогда. Захочешь — я сразу выйду.
Аля недовольно морщится. Складывает губки бантиком, тут же их целую.
Не хочет останавливаться, моя прелесть. Так же сильно хочет меня, как я и её.
Прям до тёмных бликов перед глазами. Сердце бешено колотится в груди. Разгоняет по крови наваждение.
Аля прикасается к моему торсу, ползёт выше. Её ладошка застывает прямо напротив сердца.
Слушай, как оно тарахтит там. Для тебя. Из-за тебя.
Я действую медленно. Неспешно ласкаю, каждую реакцию впитываю. Наслаждаюсь ею.
Девушка ёрзает подо мной. Нетерпеливо хнычет, прося большего. А я не спешу. Медленно подготавливаю её для себя.
— Хватит, — просит, зажмурившись. — Ильяс, пожалуйста…
— Тише, маленькая. Я не собираюсь с тобой спешить. Сделаем всё медленно, хорошо. Чтобы тебе было хорошо.
— Это ведь не мой первый раз, — неловко шутит.
— Это наш первый раз, — корректирую её, глажу выступающие скулы губами. — Поэтому, Аль, всё будет так, как ты захочешь.
— А потом?
— Уже второй раз планируешь?
— Я не это сказала!
— Чётче тогда нужно формулировать мысли. Детали, госпожа девушка адвоката.
Аля вспыхивает. И смущается, и смеётся. Зарывается пальчиками в мои волосы, сжимает их на затылке.
Но не спорит. Соглашается со всем, что я ей предлагаю. И перепёлка заканчивается.
Вообще все слова заканчиваются.
Остаётся только наше смешанное дыхание.
И два разгорячённый тела, соединённых между собой самым шикарным способом из возможных.
Я двигаюсь медленно, Аля смотрит на меня пьяным затуманенным взглядом.
А я в этот туман с радостью уношусь.
Попалась, прелесть.
Никуда от меня больше не денешься.
Глава 31
— Ты проснулась?
Ильяс оборачивается ко мне, уловив малейшее движение. Я кутаюсь в простыни, роняю голову на подушку. Лишь бы скрыть смущение.
Всё, что мы делали ночью — было правильно. Я никогда об этом не пожалею. Буду хранить в памяти, как лучшие моменты в жизни.
И пусть мужчина изучил моё тело, но я не могу так просто перестать стыдиться. Спокойно воспринимать своё обнажение как Ильяс.
На мужчине только полотенце, завязанное на слабый узелок. Но Карзаева это ни капли не волнует.
