под бедрами, осторожно усаживая к себе на плечо. Какой он, оказывается, сильный и ловкий.
— Ну что там?
— Сейчас. — Припадаю к окну, сделав ладонями "козырек".
То, что я вижу, заставляет меня сдавленно вскрикнуть от ужаса.
Прямо посреди комнаты стоит стул, на котором со связанными руками сидит Стас.
Глава 18
Зоя
— Ну что там?
Ярцев задирает голову вверх, когда я вскрикиваю и тут же зажимаю себе рот двумя ладошками.
Резко пригибаюсь пониже, чувствуя, что сердце колотится как ненормальное. Пульс наверняка зашкаливает за отметку сто двадцати, если не больше.
Надеюсь, меня не заметили те два бугая, что вошли в комнату, где находился Стас. И не просто находился, сидел с совершенно разбитым видом, словно ожидал чего-то плохого.
— Спусти меня, пожалуйста, — сиплю я внезапно севшим голосом.
Ярцев выполняет мою просьбу. Даже оказавшись на земле, я чувствую, что не могу справиться с волнением.
— Что ты там увидела? Стаса во всей красе? — голос Тимура звучит неожиданно громко, заставляет меня вздрогнуть.
А что если нас услышат?
— Тише, ты! — приставляю палец к губам и тяну его вниз, опускаясь на корточки. — Стас в беде. Там какие-то парни связали его.
— Что за бред, ботаничка?
В его тоне сквозит недоверие и усмешка. Думает, что я в шутки шучу?
А вот мне сейчас совершенно не хочется смеяться, только забиться в угол от страха, закрыть уши и глаза руками.
— Зоя, что ты видела, расскажи подробнее? — До Ярцева, кажется, доходит вся серьезность ситуации. Наверное, заметил, как побледнело мое лицо.
— Говорю же, там какие-то парни связали Стаса. Ну то есть… Он уже сидел со связанными руками, а тут двое вошли в комнату, и один из них пригрозил ему кулаком...
— Так, спокойно, — он касается моего плеча и чуть сжимает его, пытаясь подбодрить. — Сейчас разберемся.
Делает движение, собираясь встать, но я тут же хватаю его за руку и тяну обратно.
С ума сошел?! Вот так сразу кинуться на выручку Стасу?
— Нет! Не смей! — говорю я лихорадочным шёпотом, вмиг обезумев от страха.
— Ботаничка, я тебя не понимаю. Так ты хочешь спасти своего ненаглядного Ямпольского и заработать кучу сердечек перед ним или нет?
— Хочу... В смысле, хочу просто спасти, но... Нам нужен какой-нибудь план, мы же не можем просто так ворваться туда!
— Пока мы будем тут думать, твоего ловеласа уже оформят по всем правилам...
Мотаю головой, не желая даже представлять того, что может случиться со Стасом. Господи, в какую же передрягу он попал? Неужели перешёл дорогу плохим парням?
— Я боюсь, — выдаю я свой последний аргумент, крепче цепляясь за запястье Ярцева. — Не ходи туда, давай... вызовем полицию!
— Да, брось, малыш, я и ни с такими справлялся.
— Нет, это настоящие бандиты, ты не понимаешь!
Вспоминаю их мерзкие рожи и неприятные ухмылки, вдоль позвоночника тут же пробегает дрожь. Вряд ли они способны на нормальный диалог, и уж точно не станут любезничать с незваными гостями.
— Да ты себя просто накрутила, — отмахивается Ярцев, кажется, еще больше раззадориваясь от повышения градуса нашего приключения. И добивает меня тем, что начинает разминать шейные позвонки. — Главное, оставайся здесь, и если что-нибудь случится, просто беги отсюда и зови на помощь.
— Что-нибудь случится? — повторяю я упавшим голосом.
— Да не, до этого не дойдет.
Ага, конечно. Первое слово дороже второго.
— Нет, я тебя никуда не пущу. Давай вместе сбегаем за помощью? Прямо сейчас, а?
— Теряем время, Рощина. Я, конечно, белобрысого на дух не переношу, но оставлять в беде — это не по-мужски.
— Нет, нет, нет! — почти ногтями впиваюсь в его кожу. — Это опасно.
Тимур морщится, и я чуть ослабляю хватку.
— Волнуешься, что пострадает мордашка твоего ненаглядного?
И как только у него находится желание шутить?
— Я волнуюсь за тебя, придурок! — выпаливаю, не зная, как еще отговорить этого сорвиголову.
Мои слова — чистейшая правда. Хоть это и сложно признать, но за Ярцева я, почему-то, переживаю больше. Наверное, знаю его горячий нрав и безрассудность, который в таких делах может обернуться боком.
— Волнуешься за меня? — Тимур выглядит растерянным. Не ожидал такого ответа? — Ладно тебе, малыш, ничего со мной не случится.
— Я пойду с тобой.
— Нет, Зоя, а вот это уже глупо. Тебе лучше остаться здесь.
— Нет!
— Да.
— Я не останусь!
— Господи, до чего упрямая!
Мы замолкаем, тяжело дыша и буравя друг друга сердитым взглядом. Ни один из нас не хочет идти на уступки, каждый стоит на своем.
— Ладно, только делаешь то, что я скажу. — Наконец, сдается Тимур.
Заметил, как я вложила в свою позу всю волю, что у меня была?
— Да, договорились.
— И никакой самодеятельности. — Он поднимает с земли монтировку и следом поднимается сам. Вторю его действиям. — Из укрытия не вылезаешь, пока я с ними не разберусь.
Снова кивок. Правда, от его слов желудок скручивается в тугой узел. Ёжусь от легкого сквозняка, обхватив свои плечи руками. Надо же, и погода сменилась с солнечной, почти летней на пасмурную, весеннюю. Зря я разделась и вещи свои оставила в машине, но кто же мог подумать, что мы тут попадем в такой экшн.
— Замерзла? На, вот, накинь, — Тимур стягивает с себя легкий джемпер и отдает мне, а сам остается в одной майке.
— Спасибо, — опускаю взгляд, чувствуя, что краснею от одного
