– Спаси нас Владыка-Порядок, – пробормотал Хорст и последовал за ним.
Устроившись на покрытом сажей куске фундамента, Авти долго рылся в мешке, потом вытащил бритву. Крякнул и решительно поднес ее к горлу.
– Ты чего? – удивился Хорст, с интересом наблюдающий за действиями приятеля.
– Если мы хотим выбраться из этого проклятого города, то мне придется на время покинуть это «уютное» местечко, – сказал шут, с выражением величайшей муки на лице уничтожая бороду, – а для этого лучше слегка изменить внешность…
– Покинуть? – Хорст вздрогнул. Мысль о том, что он может остаться один на пожарище, среди руин чужой жизни, которая в один день превратилась в прах, внушала тревогу. – Это нужно?
– Ага, – Авти расправился с бородой и принялся за усы, бритва с хрустом елозила по морщинистой коже, – надо. Еще рубаху переодену на обычную, и тогда никто меня не узнает. Так, а теперь помоги…
Хорст взял бритву за теплую рукоять и принялся срезать свисающие до плеч седые патлы.
– Поменьше оставляй, поменьше, – бурчал шут, – жаль, что ты сапожник, а не цирюльник, а то побрил бы наголо…
Стряхнув на землю остатки волос, Авти извлек из мешка рубаху, очевидно «позаимствованную» где-нибудь. Переоделся и взглянул на Хорста.
– Ну как?
В безбородом невысоком мужичке, пожилом, но еще крепком, никто бы не узнал шута по имени Авти Болтун. Лысина изрядно увеличилась, лицо без усов и бороды обрело немного иную форму. Только глаза блестели так же, как и раньше, хитро и нагло.
– Да!.. – изумился Хорст. – Клянусь Владыкой-Порядком, совсем другой человек!
– Ну и отлично, – шут ухмыльнулся, – сиди тихо и не высовывайся. Тут иногда еще ходят патрули. А я вернусь ближе к ночи.
Хорст тоскливо вздохнул. Авти скользнул через развалины, прозвучали удаляющиеся шаги, и над руинами воцарилась тишина. Лишь издалека доносился городской шум.
Авти появился, когда сгустились сумерки. Возник совершенно бесшумно, будто хищный зверь. Сидящий укуска обгорелой стены Хорст невольно вздрогнул и осенил себя знаком Куба.
– Ух! – с облегчением выдохнул он. – Ловок ты!
– Неумех в шуты не берут. – На чужом лице появилась знакомая ухмылка. – Давай собирайся. Ближе к полуночи двинем.
– Чего мне собираться-то? – пробурчал Хорст, стараясь скрыть искреннюю радость по поводу того, что приятель вернулся живым и невредимым. – А куда пойдем?
– К ближайшей городской стене, – Авти вытащил из-под рубахи здоровенный моток толстой веревки, – придется через нее перебираться.
Из развалин выбрались, когда поднявшаяся на востоке ущербная луна скрылась в темном чреве громадной тучи. Слабый звездный свет лился на улицы ночного Стагорна, со стороны порта доносились какие-то вопли. С негромким шорохом суетились крысы.
Разоренный квартал скоро остался за спиной. Они шли по темным, словно вымершим улицам, где двери добротно построенных домов были заперты, а из-за заборов злобно тявкали псы. Потом миновали улицы, застроенные разваливающимися хибарками, где кипела ночная жизнь. Из таверн доносились удалые вопли, в сточных канавах лежали пьяные. Или получившие удар ножом. В темноте не особенно разглядишь.
От встреченного патруля укрылись в узкой щели между двумя домами. Тут было грязно и нестерпимо воняло кошачьей мочой. Хорст сидел, зажав нос и стараясь не дышать, пока мимо проходили легионеры, которые позвякивали снаряжением и освещали путь факелами.
Луна то выбиралась из облаков, то пряталась вновь, неудержимо карабкаясь к зениту. К тому моменту, когда впереди показался темный утес городской стены, она вновь скрылась. И очень кстати.
– Как мы туда заберемся? – спросил Хорст, переводя дыхание в тени последнего дома. Дальше по направлению к стене лежало незастроенное пространство шириной размахов в двадцать.
– По лестнице, дурень, – прошептал Авти, – их полно, и все охранять – только время тратить. Патрули ходят лишь поверху и понизу.
Пятеро легионеров прошли мимо, смеясь шутке кого-то из товарищей, а беглецы ринулись вперед. Добежали до стены и двинулись вдоль нее. Лестница – полого поднимающийся уступ со ступеньками – обнаружилась почти сразу.
– Не спеши, – шут придержал за рукав Хорста, рванувшегося было вверх. – До середки доберемся и подождем. Верхний патруль тоже пропустить надо. И лучше лежа, вдруг луна выйдет.
Хорст брякнулся на холодный камень, стараясь дышать не так громко. Луна как назло выползла из-за облаков, явив бледный перекошенный лик. Хорст глянул на него почти с ненавистью.
Вверху появилось, а потом исчезло багровое сияние, прозвучал и удалился топот.
– Не спи! – Авти хлопнул приятеля по плечу. – Успеешь еще выспаться!
Хорст всхрапнул, резво вскочил на ноги и от спешки едва не свалился с лестницы. Сердце екнуло, перед глазами нарисовалось зрелище искалеченного трупа, на который рано или поздно наткнется патруль.
– Живее! – шипел сверху Авти. – Чего остолбенел?
Поверху стены тянулась дорожка, такая широкая, что по ней проехала бы повозка. А за парапетом из широких зубцов простирался темный ночной пейзаж. Чуть поблескивала лента реки, а все остальное выглядело черным, точно гигантское пожарище.
Шут сноровисто обвязал веревку вокруг одного из зубцов и сделал широкий жест:
– Давай!
– Я первый? – Хорст ощутил, как закружилась голова.
– Именно, – Авти ободряюще улыбнулся, – и не забывай ногами цепляться!
Хорст поплевал на ладони, схватился за веревку, как утопающий за соломинку, пополз вниз. Кожу на ладонях ободрал в первое же мгновение, но на боль даже не обратил внимания. Все сознание захватил неожиданно возникший страх высоты.
Глава 9. Воины Порядка.
Хорст болтался между далеким небом и невидимой землей, как переспелая груша. Когда сапоги уперлись во что-то твердое, он облегченно всхлипнул и отскочил. Руки тряслись, а спина была мокрой.
Авти спустился быстро и ловко, как огромный паук.
– Вперед! – прохрипел, едва спрыгнув на землю.
– Куда теперь? – спросил Хорст:
– Подальше отсюда. – Шут задрал подбородок и глянул вверх, на стену. – Мы им оставили очень приметный знак, что тут кто-то спускался. Надо побыстрее, подальше и на ту сторону…
Водная гладь реки в темноте казалась полем из темного, кое-где посеребренного металла. Было тихо, лишь иногда взбулькивала набегающая на берег волна.
– Вплавь? – спросил Хорст, заранее чувствуя, как холод сковывает тело.
– Зачем? Там выше по течению мост есть.
До моста пробирались вдоль берега, поскальзываясь на грязи и путаясь в зарослях ивняка. Но тут их ждало разочарование – у самого входа на широкое, нависавшее над рекой сооружение горели костры. Виднелись сидящие около них фигурки в кольчугах, блики ползали по шлемам, грудой крышек от сундуков казались брошенные щиты. Уши беглецов уловили приглушенные разговоры, смех.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
