в черный балахон с капюшоном.
— Вот черт! — выругался Аткинсон, и добавил еще более крепкое словцо.
— Простите, что вы сказали?
Аткинсон заметил, что в шатре напротив него сидел какой-то странный молодой человек. На его голове был полупрозрачный шлем, наушники, на шее надувная подушка. Костюм был похож на шкуру змеи. От него отходили гибкие трубки. У человека постоянно вспыхивали огоньки на теле…
Вдруг человек исчез. И шатер погрузился во тьму. Сэр Уильям попытался встать, но оказалось, что он может только пожимать плечами, кивать головой и тасовать карты с врожденными навыками каталы-шулера. Он не чувствовал своей спины, но мог топнуть ногой, на которой, судя по звуку, были женские туфли с высоким каблуком.
В таком положении сэр Аткинсон просидел день, ночь, неделю, месяц, кажется, целую вечность. Ему не хотелось спать, но заняться было нечем, только следить за временем — напротив тикали старинные часы. В полдень или в полночь створки часов открывались, высовывалась птичка и говорила: ку-ку!
Допрос Аткинсона
Сэр Аткинсон пробовал медитировать, чтобы вырваться духом из заточения, но его душа была намертво привязана к телу сказочной ведьмы. Иногда его шатер посещали гости в странных костюмах с трубками. Гости объяснили, что он в игре и требовали появления всяких духов, в точности как на спиритическом сеансе. Сначала Аткинсон ругался, затем испугался, что его перестанут навещать и бросят во тьме навсегда. Теперь он старался подыгрывать этим людям и даже иногда получал от этого удовольствие. Ибо они рассказывали много интересного, чего Аткинсон не знал. Оказалось, что все эти люди из будущего. Они, правда, были недовольны, обзывали его тупой дурой, которая не знает простых вещей, но со временем постоянные игроки поняли, что ведьма эта не современная, а винтажная. К тому же она рассказывала смешные байки о сексуальной жизни людей начала двадцатого века. Этот прикол пришелся многим по вкусу и Аткинсона стали дергать беспрерывно. Гости пошли потоком. Каждый раз сеанс начинался с вопросов на сексуальные темы. Видно сработало сарафанное радио и к нему за советами потянулись всякие озабоченные придурки из будущего.
Наконец, его мучения были прерваны появлением рыжеволосой дамы в явно полицейской форме. Миловидная девушка в синем пиджаке с шевронами, в галстуке с гербом Византийской империи 2.0. На пилотке блестит кокарда с объективом камеры.
— Разрешите представиться, Райна — независимый консультант Федерального Бюро Кибербезопасности. Ведется контрольная закупка под запись. Протокол номер 112 дробь два. На основании жалобы номер…
Аткинсон понял только одно, перед ним официальное лицо и возможно оно положит конец его мучениям. А может это просто проверка в аду, вроде как комиссия правозащитников в тюрьме. Покончив с официозом, Райна задала неожиданный вопрос:
— Алиса, вызови дух Юлия Гагарина.
— Я не Алиса, — недоуменно произнес Аткинсон, — но знавал князя Гагарина, хоть и плохо говорю по-русски…
— Алиса, почему вы отказываетесь от своего имени? Почему вы плохо говорите по-русски?
— С чего вы взяли, что я Алиса? Ах да, вы про этот балахон, но это не я. Я подданный её Величества королевы Британии, уважаемый ученый и вообще должен быть в другом месте.
— Назовите свое имя, — спросила Райна на английском, с ирландским акцентом.
— Вообще-то я в Руссии был инкогнито…
— Сэр, вы здесь явно по ошибке, но если вы вошли в этот образ намеренно, то данные действия могут рассматриваться как хакерская атака, а это статья вплоть до пожизненного отлучения от подписки на все игры…
— Да-да, Вы правы, я здесь по ошибке.
— Итак, как вас зовут, и как вы здесь оказались?
— Я Уильям Уокер Аткинсон, ваша честь. Полагаю, что во время спиритического сеанса я умер и теперь нахожусь толи в аду, толи в чистилище. На рай как-то не похоже. А вы как я полагаю здесь вроде ангела?
— Интересный случай. Где и при каких обстоятельствах происходил сеанс? Рассказывайте всё подробнее. Кто свидетели?
— Но это было секретное заседание.
— Вы кого-то боитесь?
— Ну конечно, агентов НХВД.
— НХВД давно не существует, вы путаете эту игру с "Литературным путеводителем" или "Историческим макетом Москвы".
— Я понятия не имею, о чем вы?
— Для того чтобы исправить ошибку, мне нужно знать всё. Иначе, программа будет отключена, и вы останетесь здесь навсегда.
— Нет, прошу вас, заберите меня из этого пошлого шатра куда угодно!
— Правда, мы не можем допустить стирания личности без доказательства вины, поэтому альтернатива у вас следующая. Либо вы всё рассказываете, и мы отправляем вас обратно, либо ваше сознание переносим в тело киборга. Но в этом случае, вы подлежите обязательной воинской службе и отправитесь на фронт.
— На войну? Я готов! Кто с кем воюет? Германия? Хитлер? А мы на чьей стороне?
— Минуточку, вам пока не положено знать подробности. Дабы не нарушать ход истории. Но в случае, если вы останетесь, и вас убьют, вы точно попадете в ад. Без всякого чистилища и права обжалования.
— Один хрен, там меня наверняка расстреляют в подвалах Лубянки. А позвольте узнать, каковы шансы на победу в этой войне? Если мы победим, могу ли я рассчитывать на карьеру? Стать, скажем, генералом?
— Нет, за киборгов думает Искусственный Интеллект номер два. Шансов выжить в мясорубке с роботами никаких. Разве только будете ранены и вновь пересажены в новое тело. Но если будет прямое попадание ракеты в мозг или облучение волнами мыслепомех, то дорога прямо в кибер-ад.
— А кибер-ад чем отличается от канонического?
— Я не сильна в богословии, но вероятность спасения из канонического ада бывает. Как, например, описано в Библии. Но это всё на волю Бога. Киборги не являются людьми, поэтому ничего не могу обещать. Так что вам лучше не торговаться, а идти каноническим путем, то есть вернуться в свою реальность.
— Ну, хорошо, верните меня в мою реальность.
— Давайте адрес и время.
— Руссия, Москва, особняк какого-то графа на Лубянке. 1935 год.
— Ага, опять 1935 год, ну и наделали вы дел.
— Простите.
— Вам знать не положено. Кто еще был на собрании или знает о вашем присутствии в Москве. Родственники? Коллеги? Любовницы?
— Зачем вам мои любовницы?
— А вдруг кто-то из них будет беременна от вас. Она вполне может быть моей прабабкой. Но если вас не окажется в нужный момент на месте, то возникнет парадокс. Кое-кто из нас может не родиться вовсе.
— Я готов постараться. Есть у меня подруга…
— Какой вы прыткий. Ладно, будем разбираться.
Перед тем, как Райна исчезла, Аткинсон успел расслышать реплику, обращенную к кому-то за занавесом: "Придется вызывать доктора Дионова"…
(продолжение
