чего она может хандрить, и все они в какой-то степени упираются к одному небезызвестному товарищу. Чтоб его черти драли.
— Я поговорю с ней. Не переживайте.
Да только, что я могу, если причина действительно в нем окажется? Что я смогу сделать? Да ничего!
С такими мыслями и захожу к ней в комнату.
— Привет, — здороваюсь с ней как можно беззаботнее.
В ответ мне прилетает хмурое "Здрасте".
— Ты чего такая? На улице солнце! Красота! Пойдём прогуляемся?!
— Мама уже рассказала?
— Не понимаю о чем ты.
Под её проклинающим взглядом приходится сознаться во всех смертных грешках. Ну, или почти всех.
— Так чего стряслось? Ещё вчера ты была бодра и весела.
Некоторое время она думает. Взвешивает, стоит ли рассказывать мне эту сверхсекретную информацию.
— Мы с Николаем договорились, что он даст мне ответ… но он пропал.
— Можно подробнее?
— Вчера он должен был сказать — принимает он мои чувства или нет, а он… пропал, — её, словно прорвало. Всё, что копилось в ней — прорвало как плотину. Слезы хлынули неудержимой рекой наружу, сметая все преграды, которые её некогда держали.
Пришлось бежать за успокоительными каплями, дабы успокоить Нэль. Да куда там. На это мне потребовалось без малого два часа. Только после этого она немного притихла, уставившись в стену мёртвым взглядом.
Так и не добившись от неё большего — вернулась домой, где тут же устремилась к Кириллу. Он по своему обычаю зависал в кабинете. Мне вот интересно, если он дома, его можно найти либо в кабинете, либо в столовой… он вообще отдыхает когда-либо?!
— Кир, можно я тебя отвлеку?
Минута, две — никакого результата. Он как сидел, уставившись в ноутбук, так и сидит. Изредка, правда, щёлкает мышкой. Пришлось выдержать немного паузы и пытаться дозваться вновь. Ну, с третьей или четвёртой попытки у меня это получилось.
— Я тебя слушаю, — звучит его уставший голос.
— Ты очки носишь?
Первый раз его вижу в очках. Смотрю на него как завороженная.
— За компьютером много сижу. Глаза устают, — он снимает очки, кладёт их на стол и откидывается на спинку стула, прикрыв глаза.
В груди щемит от его вида. Сонный, вымотавшийся.
Обхожу его со спины и кладу руки на плечи, разминая оные. Кирилл немного расслабляется и блаженно выдыхает.
— Так о чем ты хотела поговорить?
— О Николае.
Кирилл под моими руками заметно напрягается.
— Нэль себе места не находит. Ты не знаешь, где он?
— Твоя подруга? — изгибает вопросительно бровь.
— Они договорились, что он вчера ей ответит на вопрос, а от него и сегодня тишина.
— Ну не сегодня, так завтра ответит. В чем проблема? Ай! Аккуратнее.
— Он обещал вчера ответить, вот в чем проблема!
— Так, не забивай мне голову! Дай поработать спокойно.
— Да ты постоянно работаешь!
Вылетаю из кабинета, но дверь, благоразумно, закрываю тихо. Нечего ссориться из-за…
До вечера не нахожу себе места. Хожу кругами, нарезая овалы по гостиной. Муж, который выполз из своей берлоги — теперь буду так теперь называть его кабинет — пристально следит за моими виражами.
И на следующий день ничего не меняется. Только Кир теперь выглядит нервным.
— Что-то стряслось?
— Я до Николая не могу дозвониться. Уже должен был вернуться.
— Откуда?
— Два дня назад он уехал в другой город… по одному деликатному делу.
— То есть накануне, — складываю два плюс два. Ага, значит он уехал в другой город… Там связь пропала и он не смог связаться с Нэль. Тогда это всё объясняет, но тогда почему он не вернулся в срок, если Кир уверен, что он уже должен был быть тут. Не дай бог, что стряслось с ним. Нэль с ума сойдёт.
— Да, я слушаю, — пока прибывала в своих раздумьях на телефон Кирилла поступил звонок. — Да, это я… Что с ним?.. Я нахожусь в другом городе, но постараюсь в ближайшее время подъехать. Да, спасибо, что позвонили.
— Что-то с Николаем?
Не хочу думать об этом, но надеюсь, что я неправильно запаниковала и это лишь служебный звонок.
— Николай в больнице, в соседнем городе… В аварию попал, — поясняет, когда видит, что я стремительно бледнею.
— Я с тобой!
— Ещё скажи, что и подругу твою надо взять, — ехидничает.
— Надо!
Бегу к своему телефону и сообщаю подружке, чтобы она была готова к нашему приезду. По какой причине мы приедем, и куда мы собираемся ехать — решаю сообщить при встрече.
Она практически сознание теряет, когда слышит новость о Николае. Да это можно сказать добило её.
"Взял на свою голову попутчиц" — бурчит себе под нос Кир и уходит в машину.
С помощью тёть Раи, быстро умываю Нэл и веду её к машине. Практически тащу на себе, я бы сказала.
Всю дорогу, что мы едем я с беспокойством поглядываю на подругу. На ней, можно сказать, живого места нет. Да что говорить, я и сама была в таком же отчаянии, когда думала, что прощаюсь с Кириллом навсегда, сбегая от него в последний день моего проживания в квартире. А теперь, тоже проходит и она. Понимаю, что вмешиваться в чужую жизнь нельзя, но она то мне не чужая. Она моя любимая и родная кровиночка.
Когда Кир разговаривает с врачами, мы стоим в сторонке, изображая мебель. И лишь, когда он, сжалившись, зовёт нас — делаем неуверенный шаг.
В палату мы заходим не сразу. Нэль попросила пару минут, чтобы собраться с мыслями.
— Это они тебя? — слышу из палаты.
— Нет, чистая случайность. Они чисты, как стёклышки, — нервно хмыкает. — Легальный бизнес открыли. Макрухой больше не занимаются.
Это то дело, про которое говорил Кирилл? То незаконченное. Неужели ему бандиты угрожали? — проносится шальная мысль.
— Привет, — звучит дрожащий голос Нэль из палаты и я захожу следом.
— Вы
