не хочет с ним, — Семен с вызовом смотрел на тестя.
— Не хочет, и не надо. — Шустов снял пробку с графина. В горле у него вдруг пересохло.
— А она должна хотеть?
— Я это говорил? — Шустов взял стакан, налил воды.
— Я знаю, что вы меня всего лишь терпите. Вы хотели бы видеть Вадима рядом с Кларой. Это ваше право. Но если вдруг я узнаю, что вы ведете какую‐то игру за моей спиной!..
— Какую игру я могу вести? — усмехнулся Шустов, опустив на стол полный стакан. Что‐то вдруг расхотелось ему пить.
— Не знаю какую. Знаю с кем. С Вадимом Лихановым.
— Нет никакой игры… Но если вдруг, то что? — теперь Шустов смотрел на Семена нахально, с вызовом. — Что ты мне сделаешь? Завод перестанешь охранять? Ну, так имеешь право, за охрану я больше платить не намерен. За ту охрану, которую предоставлял твой брат… У меня теперь своя охрана.
— А откуда она у вас появилась, своя охрана?
— Я же не говорю, что ты даром ешь свой хлеб. Молодец, работаешь, стараешься. Даже высоту держишь. Но не орел.
— Вадим — орел?
— Вадим — орел!.. А я имею, что имею. И не хочу жаловаться, — обидно усмехнулся Шустов.
— И не надо жаловаться.
— И не жалуюсь… Ты меня, в общем‐то, устраиваешь. Но давай договоримся, что ты не будешь больше мне угрожать! И рот на меня открывать не будешь! Ты всего лишь мой зять! Все, никакую братву ты больше не представляешь!.. Все, закончилось ваше время! — распалился Шустов. — Наконец‐то вас начали отстреливать как бешеных собак!
— Кто отстреливает? — хищно сощурился Семен.
— Я же сказал, никогда не смотри на меня так! — Шустов резко поднялся с места.
— Кто отстреливает?
— А ты не понял?.. Власть вас отстреливает! Как после войны бандитов отстреливали, без суда и следствия.
— Власть отстреливает? — задумался Семен.
Союз развалился, вместе с ним в Лету канул и Комитет государственной безопасности. Тысячи высококлассных специалистов остались без работы, кто‐то подался в криминал, а кто‐то мог заключить тайный контракт с новым государством и получить лицензию на отстрел криминальных авторитетов. И возможно, сезон охоты уже начался. А как объяснить, что менты даже не пытаются искать исполнителей и заказчиков убийств?.. Возможно, Шустов что‐то узнал, но пока не говорил.
— Не знаю, какие структуры занимаются отстрелом бешеных собак, но отстрел идет!
— Кто вам сказал, что это власть?
— Знаю!
— Может, Вадим что‐то сказал?
— Может, и Вадим.
— Он что‐то знает?
— У него связи в самых верхах! — Сначала Шустов глянул на Семена, как на полнейшее ничтожество, только затем вознес глаза к потолку, к высшим силам.
— Ну, сказать можно все что угодно.
— Мой тебе совет, не вздумай испытывать Вадима на прочность. Поверь, это может закончиться плохо. Для тебя!
— А для вас?
— Для меня… У него ко мне претензий нет!
— А ко мне?
— Есть! Ты отбил у него Клару.
— И сейчас он пытается ее вернуть.
— Тебе не надоело толочь воду в ступе? — пренебрежительно поморщился Шустов. — Или у тебя работы нет? Или все «несуны» перевелись?
— Работаем, пресекаем.
— И переработку давай, свинец нужен… Все, давай, работай! — Шустов начальственно махнул на дверь, показывая Семену его место.
Ну да, нет за ним могущественного брата, а сам по себе он для него никто. Всего лишь сотрудник, полностью зависящий от воли генерального директора и главного акционера. Причем сотрудник без высшего образования. Семен мрачно усмехнулся, закрывая за собой дверь. Возможно, уже завтра Шустов поставит его перед фактом: или он поступает в институт, или его снимают с должности. А может, сразу переведет в чернорабочие.
Но пока что Семен на коне, и положение у него есть, и люди. Машина тоже на ходу, хоть сейчас можно ехать в Москву…
Глава 15
Семен смог найти новое здание, о котором говорила Клара, на Тверской, у Садового кольца. Ресепшен, охрана, в общем, все как в лучших домах. Сам не светился, отправил к девушке за стойкой своего человечка, парень пробил, что действительно существует фирма, которой руководил некто Вадим Николаевич Лиханов, семидесятого года рождения. Но искать его не пришлось. Вадим сам нашел Семена.
Сначала машину окружили крепкие парни в строгих костюмах, затем появился сам Вадим, деловой, важный, взгляд как у орла, одним словом, птица высокого полета. И на Семена он смотрел как будто с высоты, даже вдруг возникло ощущение, что до него не дотянуться.
Но из машины Семен вышел, и крылья расправил, и взглядом выстрелил — как будто картечью полоснул. Но не похоже, что попал в Лиханова.
— Ты меня искал? — Вадим смело смотрел в глаза, и ведь на самом деле Семена он не боялся. Во-первых, свита внушительная, а во‐вторых, он умел драться. Тогда, три-четыре года назад, Семен еле держался на ногах, поэтому едва не стал для него легкой добычей. Но удар у Лиханова в любом случае серьезный. И возможно, со временем лишь усилился.
— Да вот в глаза хотел посмотреть.
— Посмотрел?
— Посмотрел. И ты меня понял.
— Ты меня, типа, предупредил? — усмехнулся Вадим. — А если я не понял?
Шесть бойцов с ним, Семен взял с собой только двоих, силы явно не равны. Но вряд ли дело дойдет до драки. Хотя бы потому, что место для выяснения неподходящее. В проулке тихо, но по Тверской ездят машины, ходят люди, косятся на них.
— А ты не понял?
— Понял. Что был дураком. Думал, найду себе не хуже, чем Клара. А не нашел!
— Твои проблемы.
— Ты увел у меня Клару! — Вадим воинственно смотрел на Семена.
— Теперь ты пробуешь ее увести?
— И уведу!
— Это ты мне Оксану подсунул?
— Какую Оксану?.. Из-за которой ты со своим братом подрался? — небрежно усмехнулся Вадим.
— Ну вот, знаешь.
— Я все про тебя знаю. И что вас отстреливают, тоже знаю.
— Кто отстреливает?
— Тайная полиция.
— Не слышал о такой.
— На то она и тайная, — снова усмехнулся Лиханов.
— Не знаешь ты ничего.
— Конечно, не знаю. Выдаю желаемое за действительное. Вдруг нашлись люди, которые очистят нашу святую землю от бандитской нечисти. Поверь, этого все хотят… А ты хочешь?
— Если Оксану придумал ты, святую землю очистят от тебя.
— Это угроза? — хищно сощурился Вадим.
— А если вдруг выяснится, что это ты стоишь за покушением на моего брата…
— Это не угроза, это какой‐то цирк… Зачем мне убивать твоего брата? Зачем мне отстреливать ваших бандитов? У меня нет в Пехорске никаких коммерческих интересов. А убивать из-за Клары… Тогда бы я первым делом убил тебя… Я так понимаю, в таких возможностях ты мне не отказываешь. И правильно делаешь, я
