потянуло. Кажется время вышло, пора возвращаться.
— Вернусь завтра. Моя реальность зовёт. — грустно улыбнулся я.
— Мы будем ждать. Ведь от тебя зависит очень многое. — Шувалов хитро на меня глянул. — Скоро тебя ждёт много работы. Тренировки, тренировки, и ещё раз тренировки.
— Уже боюсь. — по правде, мне было интересно, что же приготовят местные.
Темнота окутала сознание, а затем расступилась.
Я снова здесь, в таком родном и знакомом мне мире, где прожил вот уже почти восемнадцать лет. Настроение стало чуть мрачнее, когда вспомнил, что предстоит беседа с дедом.
На сефероне ровно семь ноль-ноль. Быстро одеваюсь, буквально скатываясь по лестнице вниз.
Из гардероба на мне уже давно нельзя было заметить костюмы. Плотные штаны, раньше использованные для конной езды, кожаные ботинки, лёгкий тёмно коричневый тренч, погода прохладная. Под тренчем тонкая водолазка, волосы уложены пятернёй.
На кухне встречаю бабушку. Она стоит за плитой, что-то готовит. Дед возвышается за столом, перед ним ароматная кружка кофе. Он смотрит что-то на голограмме с сеферона. Какой-то новостной сайт.
В порыве хорошего настроения подлетаю к бабуле, целуя её в щёку.
— Фёдор? — бабушка смеётся, оборачиваясь ко мне, вытирает руки и забрасывает полотенце на плечо. — Кто вы такой мистер? Где мой вечно надутый внучёк? Или простое питание так действует на тебя, делает проще?
— Наверняка, — улыбаюсь в ответ. — Просто хотел сказать, что люблю тебя.
Не знаю, что на меня нашло. Может наконец-то, отпустило напряжение, которое копилось несколько дней нашего пути по разрушенному миру. Меня будто обновили, я стал по другому смотреть на мир. Он мне стал нравится, таким, какой есть. Ведь он ещё живой, ему можно помочь.
Город молит меня. Он жалобно стонет, просит помочь. Его избивают и рушат, поджигают.
— Я тоже тебя люблю милый. — говорит бабушка. — Ты знаешь, что очень изменился? Я читала отчёты твоего отца, ты повеселился на славу, на меня с этих страниц смотрел совсем другой человек.
— А теперь я снова другой, в этом прелесть жизни, у тебя есть возможность выбирать.
— Слова не мальчика, но мужа. — ухмыляется дед.
— Ты бы видел его чуть раньше. — рассказывала бабушка. — Из поместья только целым эскортом выбирался, наряды на дню пять раз менял. Постоянно со своими дружками сидел в Альтамеде. А теперь уже неделю ни разу не попросил денег. Или ты Федя думаешь, что бонусы суммируются? Боюсь это не так.
— Да не нужны мне пока деньги ба, у меня свои остались.
Я вспомнил про Светлану. А на сеферон мне пришло сообщение от Петра. Он писал, что стоит под окнами с другой стороны дома.
Быстро закинув в себя еду, я похрустел хлебным тостом и побежал на второй этаж.
— Стоять! Раз, два! Разворот.
Собравшись было смыться, думал избежать разговора с дедом.
Но он так не думал. Половицы жалобно поскрипывали, когда старик начал подниматься.
— Объясни ка мне Федя вот что. — хитро прищурившись начал дед. — Куда ты пропадаешь, каждый день?
Тем временем мы шли по коридору, прямо к террасе, выходившей своими окнами на рукотворный прудик.
Я стал лихорадочно соображать. Выкрутится не удасться, кого-кого, а вот деда не обмануть. Да и не стоит рисковать, лучше заручится его поддержкой.
Откуда такие прагматичные мысли?
Не успел я удивится, как почувствовал настроение деда. Ментально он мне напоминал каменную глыбу, но эта глыба источала немалый интерес, а направлен он был на меня. Что же, начнём разыгрывать партию.
— Ты же знаешь, что я поругался с отцом. — осторожно начал я.
— Ага, а трава зелёная, небо голубое, твари лезут из врат. — дед иронизировал. — Долго запрягаешь Федя. Я эти словесные игры не люблю. Поэтому кланом занимается Костик, давай к делу.
— Обидел он меня. — выдохнул я. — Маму предал, начал вводить в род Радищевых. Меня перестал слушать, я будто пустое место стал.
— Дальше.
— Я переехал к бабушке. Инициация прошла тут. Бабушка не знала, а я не знал, как сказать. Способности стали сильнее, я лучше почувствовал дар.
— Оно и понятно, связь стала крепче. — дед задумался, а я в своют очередь почувствовал, как в нём зародилась настороженность. — Чем дальше стал заниматся?
— Пробовал способности. Устроился в вольные отряды. — увидев задранную бровь деда, поспешно пояснил. — Ничего серьёзного, просто патрули.
— Как только другие кланы узнают, что ты теперь не слабосилок, ты покойник. Понимаешь это Федя?
— Конечно понимаю, дед. Я маску ношу, в отряде имя сменил. Мне популярность не нужна, с силами разобраться надо.
— Я рад, что ты здраво мыслишь. Неожиданно, порадовал старика. — дед обнял меня. — Скоро мне предстоит вернутся, на службу. Но ты должен мне пообещать кое-что.
— Всё что в моих силах. — серьёзно кивнул я.
— Ты должен управлять родом, стать наследником.
— Это всё? — дождавшись кивка, продолжил. — Тогда я согласен. Пусть будет так.
— Хорошо. Я буду в городе ещё несколько дней, преподам тебе пару уроков.
— А потом куда?
— Туда, где тебе лучше никогда не оказываться. — дед что-то поискал в кармане, а затем протянул мне, на ладонь упал маленький металлический предмет. — Вот держи, захватил тебе напоминание, помню ты долго с ним в детстве носился. Занятная безделица.
У меня в руке лежал металлический свисток, поблёскивая латунными боками. Точно такой же был у одного моего знакомого в будущем. Дед давно ушёл, а я так и стоял, словно поражённый громом.
Мне вспомнились слова Метелицы. Вспомнилась история Свистка. Прорыв в черте города, мальчик, что вытаскивал своих друзей.
Вот оно значит как должно получится. Время — это страшная вещь, не знаешь где найдёшь, а где потеряешь.
Придя в себя, помог Петру подняться. Провожая его к комнате Светланы. Девушка открыла дверь, едва заметно помрачнев. Красивые глаза многообещающе прищурились.
Я пожал плечами, за спиной Петра, сделав виноватое лицо.
Но мне было всё равно.
Мыслями я уже был в другом месте. До встречи с отрядом оставалось ещё много времени. Я снова спустился вниз, пробегая по прихожей. Мой взгляд наткнулся на обувающуюся бабушку. Чуть не споткнувшись, встал рядом, начиная издалека.
— Ба, а вот скажи. Может, что-то интересное у вас в больнице произошло?
Бабушка задумалась, а я тем временем галантно помог ей надеть пальто.
— Да, ничего, наверное. Это же обычная больница, а что?
— Да, просто думал, наверняка, много раненых героев после прорыва у вас отдыхает.
— Да нет, геройствуют в основном клановые, а их свои быстро на ноги поднимают.
— Скучно у тебя. — закинул провокацию я.
— Обычная работа, даже странно, что такой сиятельный господин как вы, справляется о делах земных. — иронично ответила бабушка.
— Вам кажется, на
