работу пора, сударыня. — я не остался в долгу.
Бабушка уже почти вышла, а я стоял и ждал её ухода, чтобы отправится по своим делам, как она повернулась ко мне, подняв палец.
— А знаешь, есть у нас один герой! Да ещё какой… — она загадочно сверкнула глазами из под очков. — Мальчишка, маленький совсем, без семьи…
— Вытаскивал из пожарища своих друзей?! — я подбежал к бабушке, от чего она сделала шаг назад.
— Откуда ты узнал? — но быстро пришла в себя. — А, наверное, в новостях показывали.
— Да, бабуль. Показывали. А можешь меня с ним познакомить? Хочу на него посмотреть, может какие сладости захвачу.
— Можно то можно, но это так неожиданно. — бабушка смутилась. — Поехали тогда, представлю вас.
В больнице было много народу. Настолько много, что некоторые койки стояли в коридорах. В воздухе пахло спиртом, парами наркоза, хлоркой.
Бабушка облачилась в халат, стянула волосы на затылке и обула лёгкие кроссовки. Разом стала строже, но и легче, будто скинула пару десятков лет. Было видно, что работа ей нравится.
Каждый сотрудник больницы, при виде Марии Захаровны, улыбался. Многие здоровались и спрашивали, как дела. Бабушка уверенно отвечала в ответ, шутила на какие-то общие темы, смеялась.
Я шёл рядом, перебирая ногами в бахилах, нетерпеливо теребя в пальцах свисток. Время не просто так свело нас, оно дало подсказку. Всё взаимосвязано.
На входе в палату бабушку остановил какой-то врач. Она махнула в сторону помещения, а сама остановилась, чтобы решить вопрос.
Я вошёл в белоснежную палату, вдыхая запах недавно побеленых стен. В палате находились трое больных. Один был практически весь замотан в бинты, одна голова торчит. Взгляд его был отстранён, а при моём появлении он вовсе вздрогнул. Не наш случай, те кто вытаскивают из огня других людей, не вздрагивают от каждого шороха.
Второй отпадал по более очевидной причине, ему было лет семьдесят.
Третий подходил. Сидящий на краю кровати пацан, лет двенадцати, играет в приставку. Когда я вошёл, кинул ленивый взгляд, но тут же вернулся к игре. Глаза живые, любопытные, телосложение крепкое.
Кажется, нашлась пропажа.
— Во что играешь? — закинул я удочку.
— В стратегию. — смерил меня взглядом пацан.
Так, это явно не он. Свисток потерял голос.
Я снова повернулся к забинтованному мальчику. Он напоминал мне мумию из старого мультфильма. Только какую-то грустную мумию. Приблизившись, заметил ожоги, они виднелись на руках и шее.
Вот дурак! Конечно, вот именно так должен выглядеть мальчик, выносящий детей из пожарища. Я чуть не покраснел, но вовремя взял себя в руки. Тут вошла бабушка, расставив всё по местам.
— Ну что, познакомился с нашим героем? — она прошла к мальчику, ласково потрепав его по голове.
— Ещё нет. Ждал тебя. Но я не надолго. — я прошёл вслед за бабулей, наклоняясь над кроватью. — Ну, привет, герой. Меня зовут Фёдор.
— Он не может говорить.
Ато я не знаю. Но пришлось сделать вид, что удивлён.
— Ничего себе, это от дыма?
— Почти. Есть ещё пара причин, но думаю, тебе будет не интересно. — бабушка вздохнула и встала. — Я пойду. Много работы. Если что-то будет нужно, позвони от главной стойки.
— Хорошо ба.
— Люблю тебя милый. — она потрепала меня по волосам, совсем, как того мальчишку.
Времени оставалось не так много. Скоро встреча с отрядом, мы должны идти на экскурсию к клану Романовых. По сути, пустая трата времени, но мне и правда было интересно, поэтому я в деле.
Я посмотрел на отстранённого мальчика. Он даже не обращал на меня внимания, единственное, что он сделал, это улыбнулся, когда его погладила бабушка.
— Я принёс тебе голос. — прошептал я, наклоняясь над ухом. — До встречи, Свисток. И спасибо. Теперь я всё понял.
Мне и правда стало многое понятно. Он узнал меня, тогда, когда я только переместился. Пытался защитить перед Зубиком. Вложив свой старый свисток в ладонь мальчика, собрался уходить.
Теперь всё встало на свои места. Будто бы стало легче дышать. Ещё один пазл встал на место, и пусть их ещё много, я двигаюсь вперёд.
Выходя из палаты, спиной ощутил чужой взгляд. Обернувшись, встретился глазами со Свистком. Он смотрел на меня не отрываясь, я кивнул ему и вышел.
Неподалёку от больницы вошёл во дворы, скрываясь от любопытных глаз. Необходимо было надеть маску. Редкие прохожие шли мимо, им было наплевать на какого-то подозрительного паренька, что скрылся в подворотне. В Новой Москве уже давно не оценивают по внешнему виду. Каждый второй оглядывается и хмурится, чтобы нечаянно не попасть в переплёт. Добраться домой вовремя, целый квест.
Таксист за полчаса домчал меня до центра. Я остановился перед стеной, что разделяла ком-центр и огород. Дальше ходу нет, по крайней мере одному. Обязательно попробуют идентифицировать гостя, один шанс заехать, в делегации Романовых.
Отряд собрался вовремя. Из последней подъехавшей машины вылезли Антон и Адель. Парень нёс свою рапиру под мышкой. Наверняка, неудобно ездить с таким архаичным оружием, но иначе никак. Когда одарённых не берёт старая добрая пуля, против пары десятков стали в организме они ничего не могут поделать. Хорошо зачарованной стали.
Такова природа человека нового времени.
Огнестрел продают на любом углу, по цене куда меньшей чем недельный запас еды. Ходить без оружия моветон, даже если оно не спасёт от серьёзной угрозы.
Такова природа человека нового времени.
Мы перебросились приветствиями, погружаясь в грузовичок, по типу того, что когда-то привёз нас на наше первое патрулирование. В машине царила тишина, мы не стали обсуждать дела при клановых, клановые же соблюдали приказ, молча делая свою работу.
Смена дорожного покрытия ощутилась сразу. Я мысленно отметил, что мы на территории центра. Тут за дорогой следили, большинство промышленного оборудования было сохранено. Одиночки сейчас не выживают. Сила за тем, у кого больше бойцов, одарённых бойцов. И я сейчас не о навыке убивать друг друга, а о другом.
Если на арену выйдет матёрый убивец, владеющий всеми видами холодного оружия, против пятнадцатилетнего мальчишки прошедшего инициацию.
Я поставлю на мальчика.
Адель буравила меня взглядом. Меня уже начали разбирать сомнение, а может я зря открылся девчонке. Лидерша не стала нападать с расспросами, она и сама не поняла, что видела и чувствовала. Хочет почувствовать это ещё раз, чтобы убедится наверняка.
Смотрю ей в глаза, отчего девушка смущается, но взгляд не отводит.
Давай же, сделай шаг. Не сейчас? Тоже верно.
Клановые территории впечатляют. Нас выводят наружу. Вокруг всё обнесено стеной, участок километров пять на пять. За стеной виднеется город, точнее его центр.
