После необходимых представлений Клер и Тим сели напротив Ника и Билла Анджело. Взгляды Клер и Ника встретились, и на какую-то долю секунды она увидела, как в глубине его глаз промелькнуло страдание. Тупая боль сдавила ей грудь. Господи, что они сделали со своей жизнью!
Билл Анджело откашлялся, поймал взгляд Ника и начал говорить. Клер перевела взгляд на лицо мужа, но тут же отвела глаза. Если она хочет сохранить душевное равновесие и не сморозить, какую-нибудь глупость, то лучше избегать взгляда, взгляда, перед которым ей не устоять.
— Поскольку вами был подписан очень подробный брачный контракт, — сказал Билл Анджело, надев очки, — сегодняшняя встреча является простой формальностью. — И начал перечислять пункты соглашения, которые Клер знала и так. Закончив, Билл положил бумаги на стол. — Основываясь на этом, мой клиент готов завершить дело сегодня. — Он повернулся к Нику.
Клер сжала пальцы рук, лежащих на коленях, и с тревогой взглянула на Тима. Тот видел, что она очень волнуется, и ободряюще улыбнулся ей.
Ник открыл портфель, вынул чековую книжку и, вырвав листочек, протянул его Сазерленду. Тим бегло взглянул на чек и с бесстрастным выражением лица передал его Клер.
Женщина взяла в руки чек и бросила взгляд на сумму: двести пятьдесят тысяч долларов. Внизу было напечатано: «окончательный расчет. Каллахэн против Каллахэн. Плата за оказанные услуги». Клер на несколько секунд оцепенела. Кровь отлила от ее щек, и она побледнела, как полотно. Закрыв глаза, она приказала себе успокоиться. Надо было предвидеть ответный удар Ника.
Встав, Клер в упор посмотрела на мужа. Нарочито медленно она разорвала чек на четыре части и бросила их на стол.
— Мне не нужны твои деньги, Ник, — сказала она, с трудом сдерживая слезы. — Мне ничего от тебя не нужно. Тим передаст тебе мои условия. Я собираюсь выплатить тебе все деньги, до последнего цента, которые ты потратил на меня и на маму. Я сделаю это, даже если мне потребуется отдавать тебе деньги всю оставшуюся жизнь. Я счастлива, что теперь свободна.
Затем взяла свою сумочку и вышла из комнаты.
* * *
Два последующих дня Клер была словно в бреду. Она, не могла есть, не могла спать, не могла сосредоточиться на своей работе. К вечеру среды она поняла, что должна сделать что-нибудь, иначе сойдет с ума. Так не может продолжаться. Что ж, ее брак распался, но жизнь-то на этом не кончилась. Это еще не конец света.
Клер решила съездить в детский дом. Уже от мысли, что она увидит Бриджит и других детей, у нее поднялось настроение. Может быть, девочку отпустят поужинать с ней.
Но, приехав туда, Клер узнала, что не может взять маленькую подружку с собой. Пол Сайвик сказал ей об этом, отводя взгляд.
— Прошу прощения, миссис Каллахэн…
— Мисс Кендрик, — поправила Клер. — А в чем дело?
— Ммм… видите ли, мисс Кендрик… мне действительно очень жаль, но я не могу дать вам разрешение брать кого-либо из детей. Ни сегодня… ни в другие дни.
Он явно избегал смотреть ей в глаза.
— Почему?
Мистер Сайвик пожал плечами.
— Это наше требование, вот и все. Вы знаете, что разрешения покидать детский дом выдаются в исключительных случаях. Мы решили, что не в наших интересах позволять вам брать Бриджит. Извините.
Это Ник. Его рук дело. Он ненавидит ее… Впрочем, действия бывшего мужа имели один положительный эффект. Вернувшись домой, Клер дала себе слово, что ради собственного спокойствия она заставит себя забыть Ника Каллахэна и их недолгий злополучный брак.
В пятницу ей на работу позвонил Тим.
— У меня есть билеты на «Гранд-Отель» в Джоунс-холл. Не хочешь пойти со мной вечером в субботу?
Клер ни разу не видела этого мюзикла, отмеченного кучей премий. Она была рада, что Тим приглашает ее, уж больно погано, сейчас на душе.
Тетя Сузанн очень обрадовалась, когда племянница сообщила ей о планах на субботу.
— Тебе нужно чаще бывать где-нибудь. Сидеть дома и тосковать вредно для здоровья.
— Но ты ведь знаешь, я еще не разведена. С формальной точки зрения мне не следует ходить куда-либо с другими мужчинами.
— Ты идешь с другом, — возразила тетушка. — В этом нет ничего плохого. — Она испытующе посмотрела на Клер. — Он ведь только друг, не так ли?
— Конечно.
Итак, Клер пошла с Тимом. Ей действительно удалось отвлечься и развеяться. За все время она только один раз подумала о Нике, во время пикантной сцены, из которой стало ясно, что барон и балерина — тайные любовники. Клер знала, что должна была чувствовать балерина, когда ее возлюбленный умер. Ник умер для нее, и это было больно. Интересно, сможет ли она когда-нибудь смотреть грустные фильмы, читать книги с трагическим концом, не чувствуя этой щемящей боли? Тим повел ее ужинать, и Клер обрадовалась, что он выбрал ресторан, в котором она никогда не бывала с мужем. Когда Тим отвез ее домой, было уже очень поздно, и она почувствовала, что устала. Может быть, удастся заснуть сегодня, подумала она.
Тим проводил ее до двери. Они остановились разговаривая. Свет уличных фонарей падал на открытое улыбающееся лицо Тима. Хорошо, что рядом с ней друг, подумала Клер. Ни у кого больше нет такого приветливого, доброго лица, как у него. Но их дружба может создать проблемы в отношениях между Тимом и Ником. Клер вовсе не хотела этого.
— Ну, я, пожалуй, пойду, — сказала она. — Спасибо за приятный вечер, Тим. Очень мило с твоей стороны, что пожалел меня и пригласил скоротать вечерок.
— Я пригласил тебя, потому, что мне приятнее быть с тобой, чем с кем бы то ни было, — возразил ее спутник. — С чего ты взяла, что я жалею тебя?
Боже, что он хочет этим сказать? Клер похолодела от догадки.
Тим наклонился, чтобы поцеловать ее. Клер внутренне сжалась. Она пыталась убедить себя, что надо относиться к этому легче. Он такой милый, зачем напрасно обижать его. Губы Тима легко и нежно коснулись ее губ. Нет, никогда она не почувствует страсть к этому мужчине, с грустью решила она и осторожно отстранилась.
— Клер… — произнес он срывающимся голосом.
— Я лучше пойду, — сказала она, легонько касаясь его щеки. — Еще раз спасибо…
— Подожди. Пожалуйста, Клер… — Он взял ее за руки. — Сегодня такой чудесный вечер. Я надеюсь, мы будем часто ходить куда-нибудь вместе? — Он на мгновение сжал ее ладони и выпустил их. Клер тут же спрятала руки в карманы. — Как насчет следующей пятницы?
Она должна быть честной с Тимом.
— Знаешь, — проговорила она. — Я не смогу пойти.
— Хорошо, если ты занята в пятницу, как насчет субботы или воскресенья? — в его голосе звучало нетерпение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
