Это не имеет никакого значения. Не сейчас. По какой то причине, сегодня ночью Мейс был здесь. Я свернулась калачиком рядом с ним и он притянул меня ближе, но больше он ничего не сделал. Посмотрев на него, я увидела, как его длинные ресницы коснулись его щек. Он уже закрыл глаза. Довольно улыбнувшись, я тоже закрыла глаза.
В следующий раз, когда я открыла глаза, солнце пробивалась сквозь жалюзи, а Мейс лежал на своей стороне кровати со мной в своих объятиях. Я отклонила голову, чтобы посмотреть проснулся ли он. Его глаза были по-прежнему закрыты, но его руки крепче сжали меня, когда его губы растянулись в улыбке.
Ты проснулась? - спросил он неуверенно, затем медленно открыл глаза и встретил мой взгляд.
Да, - ответила я, чувствуя себя слишком возвышенной в жизни, для девушки у которой нет ни работы, ни денег.
Хмм … хочешь рассказать мне все о прошедшей неделе сейчас или за кофе с вафлями?
Улыбаясь, я поцеловала его руку.
- Это твой способ попросить меня приготовить тебе вафли?
Он, улыбаясь, пожал плечами, словно знал, что может заставить меня сделать все что угодно.
Возможно.
Я снова поцеловала его руку.
- Тогда ты должен позволить мне встать, чтобы я могла приготовить их.
Он наклонил голову, и его губы нежно скользнули по моему лбу.
- Но мне с тобой так хорошо, ты такая мягкая и свернувшаяся в моих руках.
Я должна согласиться, это было моим самым любимым местом на свете.
Почему бы тебе сейчас не рассказать мне о своей недели? - сказал он, более серьезным тоном.
Он спрашивал меня об этой недели, словно он уже все знал.
- Я разговаривала с тобой прошлым вечером по телефону. Ты знаешь, как прошла эта неделя, - сказала я, проверяя его.
Нет … я знаю только то, что ты мне сказала. Я хочу знать всю историю. Без упущений. - Из его голоса пропало поддразнивание. Он знал. Вот почему сейчас он был здесь.
Кто тебе сказал? - спросила я, отстраняясь от него или хотя бы пытаясь это сделать. Но он продолжал крепко держать меня.
Ты должна была сделать это, - был его ответ.
Это не твоя проблема.
Это привлекло его внимание. Его глаза широко распахнулись и, он быстро передвинулся. На секунду я подумала, что он собирался встать, но он перевернул меня на спину и, расположив руки по сторонам от моей головы, навис надо мной.
- Все что тебя касается, моя проблема. Ты моя. Даже если бы я не знал, что случилось в тот день. Даже если бы Нан не была моей сестрой. Это моя проблема, потому что это ранит тебя. Это приносит тебе боль. - Его голос смягчился на последнем предложении. Он опустил тело, но не прижался ко мне. На несколько секунд, он уткнулся носом в мою шею, и все мое тело ожило. Ощущение тепла распространилось во мне. - Когда тебе больно, это разрывает меня на части. Когда ты счастлива, я чувствую себя властелином этого гребанного мира.
Этот мужчина был слишком хорош.
- Ты должен управлять ранчо и у тебя своя жизнь в Техасе. Я не хотела тебя этим беспокоить.
Мейс вздохнул и поцеловал мою скулу, прежде чем передвинуться и посмотреть на меня.
- Я должен управлять ранчо и оно в Техасе. Но ты главнее всего этого. Если я нужен тебе, ты всегда будешь на первом месте.
Я люблю тебя, эти слова были на кончике моего языка. Я хотела, чтобы он знал об этом. Но он не говорил мне таких слов. Я боялась, что он подумает, что я наивна и перепутала понятие наших отношений. Так что, я оставила их внутри себя. Но я выкрикивала их в моей голове и душе. Я любила этого мужчину.
Твой чек в кармане моих джинс. Нан отдала его мне прошлой ночью. Ты ей ничего не должна. Она не покупала то зеркало. Киро купил дом вместе с мебелью. Это все его, и ему насрать на то зеркало.
Я уставилась на него. Я не знала, что на это сказать. Я видела ярость на лице Нан. У меня не было уверенности, что она согласиться с этим. Когда Мейс уедет, полицейские скорее всего появятся здесь и арестуют меня. Те деньги, что я отдала ей, были доказательством того, что я намеревалась заплатить ей всю сумму.
Мейс мне нужно, чтобы те деньги были у нее.
Он покачал головой. - Все улажено. Она больше не побеспокоит тебя.
Когда он уедет, она сделает это. - Ты не можешь защитить меня от всего.
Я могу защитить тебя от моей сестры. И черт да, я могу защитить тебя от всего. Отправляй все это дерьмо ко мне. Я разберусь. - Он улыбался, но в его глазах я видела насколько он был серьезен.
Мейс, - начала я, но он прижал к моим губам палец.
Я взял это на себя. Я все уладил. Она боится, что ты подашь судебный иск. Ты поранилась во время работы у нее дома, затем тебя оттуда уволили. Она больше не свяжется с тобой. Черт, возможно, какое-то время она даже не будет дышать с тобой одним воздухом. Я очень четко расписал ей, что я сделаю, если она еще хоть раз наедет на тебя.
Я не буду подавать на нее в суд из-за того, что я упала и разбила зеркало.
Она не знает об этом, детка. И это все что имеет значение, - он перекатился через меня и встал. Я была благословлена видом его ягодиц в этих белых боксерах. Боже благослови Америку и задницу Мейса Меннинга.
Ты собираешься поднять эту сладкую попку и приготовить мне вафли? Потому что детка, если ты продолжишь смотреть на меня как на еду, я могу соблазниться и вернуться в кровать и удостовериться в том, что у тебя в голове.
Я бы хотела, чтобы он вернулся в постель и делал со мной разные вещи. Для меня. Но я не хотела его просить заняться со мной этим. Я не была уверена, как смогу сделать это. Я знала почему он хотел чтобы я сама попросила его, но … мысль об этом по-прежнему смущала меня.
Как кто-то может попросить мужчину потрогать ее вагину?
Сжавшись от этой мысли, я встала и широко ему улыбнулась.
- Я собираюсь приготовить тебе вафли. Надень джинсы, чтобы я не отвлекалась.
Мейс засмеялся, а я поспешила в ванную причесаться и почистить зубы.
Затем я пошла и приготовила своему парню вафли, пока он стоял по другую сторону бара и наблюдал за мной.
Мейс
Я собирался сойти с ума, если она еще раз наклонится и покажет мне эту родинку. Мне пришлось есть свои вафли и наблюдать за тем, как она мешала тесто в майке, не надев лифчик. Это был чертовски шикарный вид. Но сейчас она убирала кухню, и продолжала наклоняться.
Я предложил убраться, но она вытолкнула меня из тесного уголка, и сказала, что сделает это быстрее, потому что знает, где что лежит. Так что сейчас я удостоился вида ее попки и этой родинки. Моей родинки.
Я любил эту родинку.
Черт, я был возбужден. Она меня так завела, а я так пытался быть хорошим. Но я знал, как эта попка ощущалась в моих руках, и эти сладкие соски, сжатые под моим языком.
