Птолемею, чтобы передать его во время царского визита в Серапеум 3 октября 158 года до н. э. Аполлоний бросает прошение в окно для петиций. Царь пишет на нем: «Сделать так, но сообщить, во сколько обойдется» (иными словами, сколько новый эпигон будет стоить государству). Прошение возвращается к Аполлонию с царской печатью, и здесь четко проявляется одна особенность птолемеевской системы, которая сегодня может показаться нам странной. Осуществление коммуникации между чиновниками, если дело касается интересов просителя, обратившегося к правительству, производится заинтересованной стороной, а не государственным органом. Аполлоний сам несет петицию с написанным на ней царским указанием к Деметрию, «генерал-квартирмейстеру» армии Птолемеев (grammateus tōn dynameōn), чтобы получить информацию о стоимости, которую запросил царь. (Царь в этот момент находится в Мемфисе, и высшие главы правительственных департаментов тоже временно присутствуют там.) Деметрий ставит на прошении резолюцию, приказывая своему служащему Аристону предоставить сведения. Аполлоний несет прошение от Деметрия к Аристону. Аристон направляет запрос в местное управление (эклогистерион) начальника финансовой службы (эклогиста), и Аполлоний несет петицию к Диоскуриду, грамматею (писцу), заседающему в конторе. Диоскурид предоставляет требуемые сведения, и Аполлоний снова относит петицию в контору Деметрия и отдает ее служащему по имени Херемон. Теперь дело за тем, чтобы передать информацию царю, после чего Аполлоний несет прошение с приложенной информацией к некоему Аполлодору, видимо кому-то из придворных, который и передает ее царю (25 января 157 года до н. э.). Царь издает две простагмы (приказа) о том, чтобы Аполлония зачислили в желаемые войска, которые отдают в руки Аполлонию, чтобы он отнес их соответственно Деметрию и диойкету по имени Диоскурид, но не путайте его с Диоскуридомписцом. Аполлоний доставляет одну простагму Деметрию 7 февраля, и Деметрий пишет своему подчиненному Сострату, грамматею (квартирмейстеру) войск, расквартированных в Мемфисе, с указанием выполнить приказ царя, и прикладывает к этому приказу описание всех обстоятельств дела, составленное писцами. Вы, может быть, думаете, что этим дело, такое простое само по себе, и закончилось. Отнюдь. 12 февраля Деметрий пишет письмо Диоскуриду-диойкету, прилагая к нему копию своей переписки с Состратом и описание, составленное писцами. Цель этого письма к диойкету, по-видимому, состоит в том, чтобы Аполлоний получил из конторы диойкета письменные документы (символы), которые должен представить солдат для получения жалованья, и они выдаются диойкетом. Это письмо Деметрия Диоскуриду Аполлоний доставляет 17 февраля, в тот же день, когда относит и три других написанных Деметрием послания относительно его зачисления в войска: одно Посидонию, стратегу мемфисского нома, другое Аммонию, главному казначею (архиперету), а третье Каллистрату, возможно писцу в управлении Сострата. В контору диойкета Аполлоний доставляет не только письмо Деметрия, но и простагму, которую издал царь для диойкета. Как и у царя, у диойкета есть свои секретари, эпистолограф и гипомнематограф. Гипомнематограф Диоскурида звался Птолемеем, а эпистолограф (вероятно) Эпименидом. Аполлоний доставляет царскую простагму Птолемею, а письмо Деметрия Эпимениду. О следующем шаге лучше рассказать словами самого Аполлония: «Доставив их для прочтения диойкету, я получил назад простагму от Птолемея-гипомнематографа и письмо от Эпименида. Я доставил их автотелу Исидору, и от него принес их Филоксену, а от него Артемону, а от него Лику, и он составил черновик, и я отнес его Серапиону в контору эпистолографа, а от него Эвбию, а от него Дориону, и он составил черновик, а потом опять Серапиону, и их передали на прочтение диойкету, и я получил назад письмо от Эпименида и отнес назад Серапиону, и он написал Никанору, и Никанор написал два письма — одно Дориону-эпимелету, а другое Посидонию — стратегу Мемфисского нома». Мы можем только предполагать, какое положение все эти люди занимали в громадной бюрократической махине рядом с диойкетом, но на основании этого рассказа хотя бы можно представить себе гигантские объемы писанины, циркулирующих документов, бегающих взад-вперед просителей, которые никогда не прекращались в эллинистическом Египте. Мы даже не знаем, чем закончилась история Аполлония. Вилькен высказал догадку, что Никанор был каллиграфом, в обязанности которого входило набело переписывать письма к Дориону и Посидонию, и кое-что указывает на то, что чистовые копии нужно было снова относить к Серапиону на проверку, прежде чем отдать их Аполлонию для доставки по адресу. О том, какие еще действия требовалось произвести Аполлонию, прежде чем он смог бы наконец занять свое место в войсках эпигонов, мы не знаем.
Номы и их чиновники
В предыдущих томах этой серии говорилось о том, что разные районы дельты и долины Нила, каждый со своей столицей и особым божеством, бывшие когда-то, в далеком прошлом, прежде чем из них сформировалось царство фараонов, независимыми поселениями, при фараонах сохранили свое самостоятельное существование. На этом разделении царства на несколько четко различаемых регионов была основана древнеегипетская административная система. Еще во времена Геродота греки знали об этих административных единицах Египта. Они переводили обозначавшее их египетское слово («хесепу») греческим словом «ном», которое также подразумевало распределение и которым мы в слегка видоизмененной форме пользуемся в настоящее время. Когда страну заняли Птолемеи, они также основали свое управление на системе номов, которая уже фактически существовала.
Названия и количество номов, приведенные в египетских надписях и в трудах греческих и латинских авторов, разнятся. Очевидно, в разное время они были организованы по-разному; сначала город мог подчиняться столице нома, а потом сам мог стать столицей своего собственного нома. По Страбону, в древности в Дельте было десять номов, в Фиваиде десять и в центральной части шестнадцать — всего тридцать шесть[266], и он не уточняет, как они были организованы в его время. Но он между прочим упоминает названия семнадцати номов в Дельте и прилегающих к ним, и, сличая их с двумя имеющимися в нашем распоряжении списками, первый из которых содержится в Податном уставе Птолемея II, а второй содержится в сочинении Плиния (V, § 49), мы получаем для Дельты следующие 12 столиц номов во всех источниках; старые египетские названия дает Масперо в «Атласе исторической географии» Шрадера:
Помимо этих двенадцати, Страбон упоминает в дельте или прилегающих районах: 1) Менелаитский ном, названный по городу Менелаю, получившему свое наименование в честь брата Птолемея I, в северо-западной оконечности Дельты у Канопа; 2) Гинекопольский ном, столица Гинекополь («Город женщин»), видимо где-то на юго-западе от современного Даманхура между Навкратисом и Саисом; 3) Момемфитский ном, столица Момемфис, прилегающий к предпоследнему ному; 4) Нитриотский ном, куда входила Натронская долина (современный Вади-Натрун), также упомянутый в Податном уставе, столбец 61; 5) Фагрориопольский ном, столица Фагрориополь («Город лещей»), на востоке
