«Пока мы знаем только то, что она обыкновенная. Без обид», - добавил он, посмотрев на меня.
«Я не обижаюсь», - солгала я.
«Нам надо поговорить и о других делах», - сказал Смит, - «Проводи ее».
«И это все?» - в голосе Скаут звучала безысходность и разочарование.
«Приводи кого-нибудь более полезного, тогда и поговорим», - сказал Смит.
Скаут с деланным безразличием попрощалась.
«Пойдем», - обратилась она ко мне, увлекая меня за собой, а вся остальные сгрудились, чтобы приступить к обсуждению дальнейших вопросов.
Мы отошли метров на пятьдесят, когда она впервые заговорила.
«Извини».
«Нет проблем», - сказала я, не уверенная в своей искренности. Мне вовсе не хотелось стать жертвой магического огня, не хотелось обнаружить метку на спине, и я не горела желанием встречаться с Адептами и стать одной из них. Представляю, через что пришлось пройти Скаут. Ночные встречи. Страх. Переживания. Ответственность за сохранность общества от поглотителей душ и одержимых подростков. Я, конечно, разделяю ее понятия о справедливости, но я видела, как она утомляется. Она выкладывается по полной, чтобы защитить людей, но не напрасно ли она тратит силы.
И хотя мне не очень хотелось во всем этом участвовать, но получать отказ от Кэти и Смита и остальных участников Третьего Анклава было не особо приятно. Я и так новенькая - покинув Сагамор, я оказалась как рыба, выброшенная на берег. Другие здесь живут годами, да и денег у них побольше. Я не нанималась быть всюду отверженной.
«Я буду за тобой присматривать», - сказала она, когда мы снова вошли в главное здание и проходили сквозь лабиринт, - «На всякий случай».
«На случай, если меня атакуют Жнецы или если у меня вдруг обнаружится способность призывать единорогов», - сказала я сухим тоном.
«О, пожалуйста», - взмолилась Скаут, - «Не говори со мною так. Ведь и тебе хотелось бы, чтобы любые твои желания и капризы исполнялись. Разве тебе ни разу не хотелось, чтобы появился волшебный единорог, который выполнял бы все твои приказы?»
«Если честно, до недавнего времени ни разу», - ответила я, попытавшись изобразить улыбку.
«Да уж, добро пожаловать в джунгли», - мрачно повторила она.
Была уже почти полночь, когда я забралась в постель в облегающем топике и шортиках и натянула до подбородка одеяло с эмблемой Св. Софии. Я лежала, закинув одну руку за голову, и смотрела на звезды на потолке. Сон не шел, скорее всего из-за того что я уже выспалась накануне. Я же большую часть выходных провела, зарывшись головой под одеяло, как страус в песок. Я избегала лучшую подругу, слиняв на Мичиган Авеню. Развлекала себя роскошными товарами. Пусть даже эти товары покупала не я.
Я не гордилась тем, как я поступила. Но, какой бы не совершенной лучшей подругой я не была, звук проезжающий машин вскоре стал стихать, и я, наконец, заснула.
Глава 15
Я проснулась от того, что кто-то барабанил в мою дверь. От резкого пробуждения, я села на кровати, убирая с лица спутанные волосы.
«Кто там?»
«Мы опаздываем!» - послышался из-за двери яростный голос Скаут.
Я взглянула на будильник. До начала занятий осталось 15 минут.
«Вот блин».
Адреналин прогнал остатки сна. Я сбросила одеяло и вскочила с кровати. Открыв дверь, я обнаружила на пороге Скаут в пижаме с длинным рукавом и теплых синих носках.
Я удивленно осмотрела ее наряд.
«Сейчас ведь еще только сентябрь?»
Скаут закатила глаза.
«Что поделаешь, я замерзла».
«Душ принять успеваю?»
Скаут кивнула и помахала двумя энергетическими батончиками в руках.
«Одна нога здесь, другая там. Когда будешь готова, мы пойдем на историю искусств».
У вас бывают такие дни, когда вместо того чтобы хорошенько помыться, вам приходится ограничиваться формальным полосканием? Когда времени на мочалку и скрабы не хватает? А чистка зубов оказывается самой трудоемкой частью умывания?
Да здравствует утро понедельника в Св. Софии – в школе для (слегка чумазых) девочек!
Когда я помылась (почти), я встретилась со Скаут в общей гостиной. Сегодня вид у нее был очень ученический - туфли с ремешком на щиколотке, гольфы до колена, рубашка и галстук.
«Ты смотришься...»
«Как ботан?» - подсказала Скаут, - «Сегодня я примеряюсь к новой философии жизни».
«Новая философия?» - переспросила я, когда мы выходили в коридор.
Она протянула мне энергетический батончик, который показывала ранее. Я разорвала пластиковую упаковку и откусила.
«Выглядишь, как ботан - становишься умнее», - с чувством сказала она, - «Мне кажется, такой наряд улучшит мои оценки процентов на 15-20».
«Впечатляет. Ты думаешь, это сработает?»
«Уверена, что нет. Но попробовать стоит. Я на пути к исправлению».
«Прилежная учеба должна стать следующим шагом», - подсказала я.
«Учеба идет в разрез с моей миссией по спасению мира»
«К несчастью, это не служит оправданием»
«Я догадываюсь».
«Кстати, о спасении мира, тебя вызывали после того, как мы вернулись вчера ночью? Или ты просто проспала».
«Я спала в берушах», - сказала Скаут, отчасти отвечая на вопрос, - «Музыкальный радио-будильник сработал, но он не достаточно громкий. Сорок пять минут мне снились сны о группе REO Speedwagon и Филе Коллинзе. В общем «Я чувствую, как оно наполняет вечерний воздух» теперь крутится в голове.
«Тынц-тынц-тынц», - принялась я напевать, подражая барабанному соло во вступление песни, только не жестикулируя, как обычно. Вот такое начало моей карьеры рок-звезды.
Мы спустились по лестнице, ведущей на первый этаж, а затем перешли в учебный корпус. Нашей следующей остановкой были шкафчики. Я откусила последний кусочек батончика – это была смесь сухофруктов, орехов и овсяных хлопьев - и бросила скомканную обертку в сумку.
Возле наших шкафчиков я заглянула в сумку. Учебник по истории искусств у меня уже с собой, поэтому я опустилась на колени к нижней полке шкафчика, чтобы достать учебник по тригонометрии, которая была вторым уроком. Я только закрыла дверцу, еще держась за деревянную поверхность, когда почувствовала, что кто-то тронул меня за плечо.
Я обернулась и увидела позади себя М.К. с нахальной ухмылкой.
«Упала с лестницы, да?»
Скаут бросила книги в шкафчик, захлопнула дверцу и, сузив глаза, посмотрела на М. К.
«Эй, детка, поищи-ка лучше Веронику и оставь нас в покое».
Такой отпор слегка охладил М. К., но она быстро оправилась, тряхнув темными волосами.
«Какая досада, ты даже пройти по лестнице не можешь, не свалившись».
