до него, надеясь обнять, но Тейлор оттолкнул его руку, решив вместо этого отвернуться и заплакать, уткнувшись в подлокотник дивана.
Даже сейчас Тейлор не знал, как позволить кому-то утешить его.
Глава 11
Тейлор весь остаток дня держался с ним настороженно, и Уоррен делал все возможное, чтобы не относиться к нему как-то по-другому. Это было тяжело, но, вероятно, не по тем причинам, о которых думал Тейлор. Он предполагал, что Уоррен каким-то образом воспримет его как испорченного или ущербного. По правде говоря, единственное, что сделало признание Тейлора, это укрепило решимость Уоррена защитить его от всего, что может случиться в будущем. Если бы только Тейлор позволил ему.
В тот день Уоррен проверил наличие сахара, купив по дороге суп на вынос. У него было предчувствие, что в ближайшие несколько дней о твердой пище не может быть и речи. Но если он и ожидал благодарности, то ее не последовало.
- Тебе не следовало этого делать, - сказала ему Шугар, стоя в дверях. Она выглядела ужасно. Ее лицо было опухшим и в синяках. В ней с трудом можно было узнать ту симпатичную молодую девушку, которую знал Уоррен. - Ты не имел права причинять вред Робби.
- Я подумал, что ему не помешало бы попробовать свое собственное лекарство.
- Робби не плохой парень. Он просто...
- Возьми суп, - сказал Уоррен, сунув ей в руку контейнер. Он не хотел слушать, как она оправдывается за своего бывшего, который жестоко обращался с ней. Он уже слышал все это от своей матери.
Он садился в машину, когда Джек поймал его.
- Эй, мистер? - Уоррен обернулся в открытую дверцу своей машины, положив руку на крышу.
- Да?
Джек сегодня выглядел старше. Возможно, это было только потому, что он не выглядел испуганным, как в последний раз, когда Уоррен его видел.
- Я рад, что ты это сделал.
- Я ничего не сделал.
- Но он вернется. - Он не просто выглядел старше. Он выглядел старым. Его глаза были похожи на глаза детей, которых он видел в Афганистане, тех, кого призвали в армию, когда они должны были играть с шариками. - Тебе следовало убить его.
Уоррен не мог отделаться от мысли, что Джек прав. Такие люди, как Робби, не могли предложить миру ничего, кроме синяков и боли, но его убийство означало бы настоящее расследование. Это означало бы, что Грею пришлось бы искать гораздо глубже, чем шоу о камнях и минералах и сомнительное алиби сожителя. Уоррена не слишком беспокоили такие вещи, как тюрьма, но он не хотел бы доставлять неприятности Грею или Чарли.
Уоррен никогда не чувствовал себя таким старым. Больше всего на свете ему хотелось вернуться домой и забраться под одеяло к Тейлору. К сожалению, от этой простой цели его отделяло несколько часов работы.
В четверг вечером пришлось поработать с Тэффи, которая обслуживала своих клиентов в автомобилях. Уоррен всегда стоял в тени, в таком месте, откуда ему было легко видеть, что происходит. Было неловко пытаться наблюдать, не наблюдая полностью. Ему не нужно было видеть, как она отсасывает у парней или наблюдает, как они кончают. Ему просто нужно было убедиться, что никто не проявил грубости. Проблема была в том, что Таффи была раздражительной. Уоррен даже подумал, не была ли она подругой Шугар и не слышала ли о его плохом поведении. Только к концу вечера все стало ясно.
- Не думаю, что ты мне понадобишься после сегодняшнего вечера. - Она только что передала ему оплату за вечер. По крайней мере, у нее хватило порядочности встретиться с ним взглядом, когда она увольняла его. - Я ценю, что ты помогал мне все это время.
- Ты уходишь из бизнеса? - Спросил Уоррен.
Она пожала плечами. На ней был блестящий топик и укороченная меховая куртка. Та все время соскальзывала с ее плеча.
- Я работаю по пятницам одна. У меня давно не было проблем, понимаешь? Сейчас здесь в основном постоянные клиенты, и они знают, как себя вести. По правде говоря, уроки хоккея с мячом для моего ребенка меня просто убивают. Все снаряжение и поездки? Мне нужно сократить расходы. Вот и все.
Уоррену это не понравилось, но не потому, что это означало потерю его дохода, а потому, что он знал, что она рискует своей жизнью. С другой стороны, это было не его дело. Все эти годы она платила ему за свою безопасность. Теперь она нуждалась в деньгах больше, чем в защите.
По крайней мере, теперь у него будут свободные вечера по четвергам.
- Дай мне знать, если передумаешь.
Она делала только то, что считала нужным, но Уоррену это все равно не нравилось. Он чувствовал, что его наказывают за Робби, хотя он всего лишь пытался помочь.
Возможно, он был слишком стар для этой работы. После Афганистана работа телохранителем была легким выбором. Это помогало ему бодрствовать и осознавать происходящее, а его гневу была причина. В эти дни было трудно найти в себе злость. Все, что он чувствовал сейчас, это усталость.
Он обнаружил Тейлора, только что вышедшего из душа, стоящим обнаженным в своей спальне и вытирающим полотенцем мокрые волосы. Он стоял спиной к Уоррену, и какое-то мгновение Уоррен просто стоял там, наблюдая за ним. Тейлор, казалось, становился красивее с каждым днем, но Уоррен был достаточно умен, чтобы понять, что Тейлор вовсе не изменился. Чувства Уоррена к нему брали верх. Мальчик, который вошел в его жизнь как шлюха, теперь, казалось, олицетворял все хорошее и чистое в мире Уоррена.
Иногда он почти верил, что сможет впитать в себя частичку яркости, молодости и теплоты Тейлора, просто прикоснувшись к нему. Но после признания Тейлора о Джеймсе тем утром он держал Уоррена на расстоянии вытянутой руки.
- Привет, - сказал Уоррен. - Я дома.
- Ой. - Тейлор повернулся к нему лицом. Даже сейчас он, казалось, чувствовал себя не совсем комфортно в присутствии Уоррена. - Я не слышал, как ты вошел. - Он прижал полотенце к груди, потянувшись вниз одной рукой, чтобы убедиться, что оно прикрывает его наготу. Это было на него не похоже, прятать свое тело. Уоррен подумал, что это больше связано со шрамами на его бедрах, чем с его наготой. - Должно быть, что-то случилось, -
