усугубляло ситуацию.
— Это из-за меня? — Она не хотела поднимать эту тему, но молчать было уже не в ее стиле. Слишком много пережитого вместе, слишком много несказанного в прошлом.
— А ты как думаешь, Кэтрин? — Уоррен усмехнулся. — Хочешь знать всю правду, хочешь знать, что я хочу сделать с тобой, когда смотрю на тебя?
— Думаю, это лишнее, Дом, — робко улыбнувшись, она поставила чашку на стол и взяла его руки в свои.
— Доминик, я не хочу, чтобы все происходило так. Я не хочу терять такого человека как ты, но и мучать тебя — не лучшее решение. Я хочу, чтобы ты остался, но также хочу, чтобы ты уехал.
Уоррен усмехнулся и притянул девушку к себе, ничего не ответив на её слова. Он хотел насладиться последним днём в городе, последним днём в кругу тех, с кем он провёл достаточное количество времени чтобы скучать.
* * *
Прошло три недели. Ходж уже встал и даже несколько раз наведывался в Сириус, раздавая всем указания в привычной ему манере. Кэтрин сопровождала его везде, всячески поддерживая. Его отец предложил ему забрать себе лишь Сириус и часть законных акций. Сначала он не хотел соглашаться, но Хилл уговаривала его всеми силами начать спокойную жизнь без угроз для жизни. Ведь она так боялась его потерять.
Кэтрин устроилась на работу к отцу Ходжа. Она была главным бухгалтером его отдела по продажам алкоголя, но только белого рынка. Вернувшись с работы, она купила все необходимое для ужина и бутылку дорого виски для Ходжа. Приготовив ужин, приняла душ, надела новое белье, подправила макияж и ждала, пока Бейкер вернется из клуба.
— Вся такая моя? — Ходж неожиданно появился сзади, протягивая букет цветов и страстно целуя девушку в губы.
— Только твоя, — на ходу стягивая брюки с мужчины, прошептала ему в ответ.
Кэтрин упёрлась локтями в столешницу, содрогаясь в такт размашистым движениям мужчины, входящего в неё сзади. Край трусиков уже был отодвинут в сторону, а соблазнительные бёдра, были обтянуты чулками с черной резинкой. Ходж крепче обхватил Хилл за талию, наращивая темп.
Ее руки обвили его шею, ногти впились в кожу. Ходж не сбросил их, удерживая в одном положении левой рукой грудь, а пальцы правой сомкнул на горле Кэт. Её глаза широко распахнулись, взгляд выражал удивление, смешанное с вожделением. Хилл сладко застонала, её щечки порозовели, она кусала свои и его губы, закатывала глаза и чуть ли сознание не теряла от сладкой истомы внутри нее.
Намотав чёрные волосы на кулак, он властно потянул, заставляя Кэтрин податься назад и, сжав его член в тугое кольцо, кончить с протяжным стоном. Сделав ещё пару толчков, Ходж замер, изредка сотрясаемый волнами оргазма, изливаясь прямо внутри Кэт.
* * *
Глядя в иллюминатор, Кэтрин вспоминала, как несколько месяцев назад Ходж забрал ее из Италии, когда она хотела побыть одна, но ни к чему хорошему это не привело. Она еще тогда пообещала себе, что обязательно вернется в Италию и не в одиночестве, а со своим любимым. И вот, Бейкер крепко сжимает ее руку, а она лежит в его объятиях рассматривая облака.
Пара заселилась в дорогом отеле с видом на Колизей. При выборе места Кэтрин была в восторге от находчивости и энтузиазма Бейкера, но немного в недоумении от цен. Ей было неловко, что всю поездку оплачивает он, ведь она тоже работала, но он отказался брать деньги даже за завтрак в аэропорту.
Утро
— Мисс Хилл, просыпайтесь. Пропустите все веселье. — Ходж целовал все лицо Кэт, но она пыталась не реагировать на его касания и поспать хотя бы еще пять минуточек.
— Господи, мистер Бейкер, сейчас пять утра! — Девушка перевела взгляд с настенных часов на мужчину и нахмурилась. — Мы в отпуске или на каторге?
Ходж рассмеялся, стаскивая с возлюбленной одеяло, целуя ее в живот и поднимаясь выше к соскам, а затем к пухлым губам.
— Собирайся, нас ждет машина. — Он заправил ей прядь волос за ухо и еще долго-долго бы целовал, но их действительно ждали и опаздывать было нельзя.
Cinque Terre{?}[национальный парк Италии, включает рукотворные террасы и пять небольших поселений на побережье Генуэзского залива в провинции Специя]
Национальный парк Cinque Terre{?}[(Cinque Terre в переводе с итальянского — «Пять земель»)] находился на западном побережье страны, в регионе Лигурия. Заповедная территория была расписана сотнями пешеходных троп, соединяющими между собой пять миниатюрных городов-коммун: Монтероссо, Вернацца, Корнилья, Манарола, Риомаджоре.
Когда Кэтрин была в подростковом возрасте, она часто видела картинки с цветными деревушками, зажатые между скалами и бирюзовым море. Она всю жизнь мечтала попасть в национальный парк, но каждый раз у нее не получалась до туда добраться.
«— Ходж, ты посмотри! Лиз уже кажется весь национальный парк обошла с Домиником! — Хилл махала телефоном перед Бейкером. — Когда мне было шестнадцать, я пообещала себе, что обязательно туда съезжу и так ни разу и не была. — она надула губы и нырнула в объятия своего мужчины.
— Мечты должны сбываться, маленькая мисс Хилл. — Он повалил ее на диван, стягивая розовое ситцевое платье.»
Кэтрин восхищенно рассматривала улочки Риомаджоре. Но только сейчас в ее темную головушку закралась мысль, что они начали не с того городка, ведь все послушные туристы начинают с Монтероссо.
— Ходж, почему не Монтероссо? — она невинно хлопала глазами, уплетая лимонно-фисташковое джелато. {?}[мороженое в переводе с ит.]
— Ты знаешь что-то о тропе любви? — Бейкер вытер уголок рта девушки и взял ее за руку.
— Нет.
— Тропинка длиной чуть больше километра у самого обрыва, которая идёт от разноцветных домиков Риомаджоре до Манаролы — называется Тропой любви.
— А почему? — Кэтрин с интересом рассматривала магазинчики с продающимися вещицами.
— Эту тропинку вырубили прямо в нависающей над морем скале в далеком уже 1928 году, чтобы соединить между собой два близлежащих городка. Эту дорожку сразу же облюбовали местные влюбленные пары как укромное местечко для тайных свиданий. По легенде, если ты побываешь здесь с дорогим человеком, то ваша любовь будет взаимна и на всю жизнь. — Ходж притянул к себе девушку и поцеловал в макушку. — Мы, кстати, пришли.
Кэтрин не верила своим глазам. Красота этого места трогала до мурашек и слез: скамейки, посвященные греческим и римским богам и мифологическим героям, «заведующим» амурными делами и воспевающим любовь известным поэтам. Всё это выглядело, будто картинка из фильма, но это была реальность. Это была ее реальность.
Девушка слишком резко повернулась на Бейкера, но не сразу заметила, что тот опустила на одно колено и держал в руках коробочку с кольцом,
