не было времени оценить прелести нового знакомого. Конечно, он человек интересный, внимательный, я бы даже сказала: слишком. Тоже начал звонить и слать смс-ки. Пока не пойму, к чему бы. Да, забыла ещё про букет сказать. – Кэтлин рассмеялась: – Мы с тобой, как в далёком детстве, всем косточки перемоем. Давай, ешь и идём поваляемся хотя бы часик, потом мне на работу, а вечером завалимся в гости к маме или куда ты пожелаешь.
Одри, выскребая ложечкой остатки сливочно-фруктового десерта, поинтересовалась:
– Ты план-то мой выслушать хочешь?
Паркер на секунду задумалась и ответила:
– Честно? – а после кивка подруги закончила: – Если мы сейчас начнём говорить об Мэттью– я не усну, а голова раскалывается просто. Давай оставим это на вечер. Я же знаю твои задумки. Будет куча эмоций и споров – мы уже проходили не раз подобное когда-то. Ничем хорошим наши планы не закончились.
– Никто не мешает тебе импровизировать.
– Вот с импровизацией-то у меня дело туго, если рядом оказывается Вуд.
– Ты хочешь войти в его жизнь по своим правилам, а не на его условиях? Ты вообще его любишь?
– Задаешь глупые вопросы, зная на них ответы! Конечно, да!
– Значит, дождёмся вечера. Уверена, тебе понравится, что я придумала. Все те пакеты в гостиной – часть самоутверждения?
– Да! – Кэтлин грустно улыбнулась. – Это после разговора с Мэттью днём, а потом было начало ночи и новый звонок с правильными словами обольстителя, чувствую, потребуется новая порция шоппинга.
– Теперь рядом с тобой я, и хотя тратить время на покупку шмоток я не любитель, никакая хорошо оплачиваемая сучка при мне старьё тебе не всучит! Оторвёмся по полной, тем более что это нужно для исполнения моей коварной задумки. Мэттью, держись!
К вечеру Мэттью едва держался на ногах, переделав за день кучу дел. Отсутствие сна которую ночь не прибавляло сил отравленному алкоголем организму.
Он подъехал к школе, ожидая появления дочери на парковке, и немало удивился, заметив всего в нескольких машинах слева чёрный БМВ Риджа. Тот рылся в бардачке и не мог заметить «форд» «будущего тестя». Вот сейчас агент пожалел, что у дочери нет водительских прав; может, наличие автомобиля несколько уменьшило бы её желание общаться со стажёром?
Вуд несколько раз глубоко вдохнул, призывая себя к спокойствию. Разве возраст партнёра может влиять на половую жизнь созревшей девушки? Тут скорее важна симпатия. Для Лесси вопрос дефлорации был слишком принципиальным, что, впрочем, не помешало в дальнейшем несколько раз выйти замуж. Кэт, отдавшись, едва стукнуло восемнадцать, самостоятельно вырастила дочь, оставшись матерью-одиночкой. Так что вопрос нравственности и сексуальной морали с возрастной планкой никак не связан. Зачем так беситься по этому поводу? Не Чайтон, так кто-то другой – в чём разница? Наличие Риджа даже даёт некоторые плюсы. Будет известно, кому, если что, свернуть шею. Если что – что? Если Чайтон окажется такой же скотиной, как он сам? Вопрос неприятный, но стоило ответить на него честно. Именно из-за того, что произошло с Кэтлин, его так настораживает наличие половозрелого самца рядом с Лилибет.
Мэттью в который раз мысленно поблагодарил Паркер, что не рассказала правду Сэму, иначе решётка – самое малое, чем мог бы отделаться. Рука агента невольно сползла вниз, прикрывая место, ненавистное в ухажёрах всеми отцами молоденьких дочерей.
– Имел бы коки в дырочку… – Но через секунду губы выдавили новую, более правильную версию: – Или вовсе остался без них. И какие тогда наследники?.. Хомячков бы пришлось разводить.
Он тяжело вздохнул, решив обязательно поинтересоваться: сколько лет было родителям Чайтона, когда тот появился на свет. Если семнадцать – что вполне возможно, исходя из национальных традиций, – то его внуков ждёт ещё та генетическая наследственность...
Пальцы Мэттью, запущенные в шевелюру густых волос, с силой дёрнули непокорные пряди. Он выругался вслух:
– Чёртов индеец. Совсем мне мозги запудрил. Какие «дети», какие «внуки»? Лилибет не такая… А какая она? – тут же возник другой вопрос в голове ревнивого папочки. – Господи! Кэт, как же ты мне нужна! Прохлаждаешься там, в тёплом Финиксе, без забот и хлопот, а я тут с ума схожу…
Он осторожно снял тормоза с ручника, позволив машине спуститься по наклону назад, за огромный внедорожник, решив остаться незамеченным и проверить кое-что на практике. Но тут же чуть не вдарил по газам, заметив рыжую макушку, возвышавшуюся на полголовы среди стайки девчонок, ринувшихся из дверей школы к парковке.
Чайтон, покинув БМВ, шагнул навстречу ученицам, растянув бордовые губы в счастливой улыбке.
Вуд остался на месте, напрягая слух.
– Привет! – стажёр чмокнул девушку в щёчку. – Ну, как прошёл первый день?
Лилибет покосилась на остановившихся неподалёку одноклассниц, явно не желая делиться впечатлениями при посторонних, и смущённо ответила:
– Всё отлично для первого раза. – Она огляделась по сторонам: – А папа где?
– Не видел. Тебя подвезти?
– Нет, извини, мы должны сегодня дом смотреть, чтобы решить, где и что переделать. Странно, и Одри почему-то нет.
В груди Вуда разлилось тепло, вот ответ на его размышления. Дочь – прежде всего его девочка и только потом подружка Риджа. Он включил зажигание и, слегка надавив на педаль газа, вывел машину из импровизированного укрытия.
– Вот он! – смеясь, проговорила Лилибет, явно догадываясь, почему отец играл в прятки. Она помахала рукой: – Пап, я здесь! – и предложила Чайтону: – Хочешь поехать с нами?
– Конечно, если ты приглашаешь. – Ридж на секунду остановил взгляд на вызывающе яркой невысокой брюнетке, кивнул ей, приветствуя, и, открыв дверь «форда» Лилит, вернулся к своему автомобилю, провожаемый пристальными взглядами нескольких десятков пар глаз.
Следили не только одноклассницы – юношам тоже было интересно, кто встречает красивую «новенькую», но именно одна из девушек прошептала чуть слышно стоявшей рядом подруге:
– Я знаю его – это Чайтон, наши родители дружат, а он год назад встречался с моей сестрой. Не знала, что Ридж заглядывается на малолеток, не то давно бы им сама занялась.
– Да ты что? Ничё такой – мачо, и упакован хорошо. Да и папашка у дылды самое то, а глаза-то какие… Люблю мужичков постарше, – чавкая жвачкой, резюмировала юная «Лолита».
Брюнетка презрительно фыркнула. Не хватало ещё, чтобы при ней нахваливали свалившуюся как снег на голову конкурентку.
–
