моё командование. Без лишних упрёков и торгов. А своё поведение объяснил просто и логично. Ведь я ни разу с ним не общался напрямую, а все приказы флот получал от будущей Императрицы. И когда она, именем Императора, приказала не вмешиваться в ход операции до особого распоряжения, он так и поступил. А что до новостей и других приказов по рации, так откуда ему было знать, кто их отдаёт? На всё есть специальные коды, чтобы никто посторонний не назывался именем главнокомандующего. И до тех пор, пока нужные слова не прозвучали в эфире, всю информацию адмирал попросту отметал, как ненужную шелуху. Но сейчас, воочию увидев меня и окончательно убедившись в правдивости слухов о Кристине, тут же поклялся мне в верности.
Основное время заняли не переговоры, а путь. Ведь мне пришлось обогнуть немалую часть континента, чтобы лично встретиться с принципиальным адмиралом. Негатива он у меня не вызвал, все объяснения выглядели логично и обоснованно. Хотя в некоторые моменты мне хотелось кричать, сетуя на его тупость и упёртость. Ведь как можно было игнорировать слова адмирала Южного флота? Он-то точно знал кодовые фразы для связи… В одном я был с ним согласен: бардак мы устроили знатный и в нём действительно тяжело разобраться и сориентироваться. Слава богу, что всё решилось просто и без кровопролития. Ну почти.
Флот моментально приступил к выполнению обязанностей, и враг лишился колониальной подпитки продовольствием. Теперь нам оставалось лишь удержать позиции, не дать проскочить и зёрнышку. Хотя с этим было очень непросто.
Если в какой-либо стране возникает дефицит, это становится отличным поводом подзаработать. Да, нам удалось создать блокаду противника по всем фронтам, однако сдержать контрабандистов оказалось в разы сложнее. Впрочем, бороться с ними — всё равно что прыгать с копьём на ветряные мельницы. Мало того, любое противодействие с нашей стороны они воспринимали как урок и в следующий раз становились только умнее. В итоге мы попросту перестали за ними охотиться, чтобы не распылять силы понапрасну. Всё-таки их поставки были сродни капле в море и на общее настроение народа никак не влияли. Нет, совсем в покое не оставили, дабы те окончательно не обнаглели. Но в целом ситуация вновь вернулась в наши руки.
Оставался последний штрих: каким-то образом уничтожить осенние урожаи и делать это нужно было как можно быстрее. Я честно думал над тем, как обойтись малой кровью, но иного решения, кроме как выступить с открытой войной — не видел.
— Мы ещё не готовы, Ваше Величество, — высказал своё мнение Бахин. — Если выступить сейчас, мы потеряем очень много людей. Границы перекрыты и незаметно не проскочить.
— По моим данным, в Европе уже полыхают голодные бунты, а ведь ещё и лето не закончилось, — включился в беседу Баталин. — Часть войск вынуждены были отозвать с границ на усмирение народа, так что не всё так ужасно.
— Я не знаю, какими данными вы располагаете, по моим сведениям, люди попросту подняли шум в паре городов. И насколько мне известно, их удалось усмирить без применения силы.
— Вы правы, но это уже звонок.
— Это тихий шелест, не более.
— А что, если начать вторжение с моря? — встрял в спор Анатолий. — Да, они укрепили границу по суше и даже контролируют портовые города. Но это не значит, что мы должны развивать атаку в лоб. Можем высадить войска здесь, здесь и здесь, — Толя ткнул пальцем в карту. — Там нас точно никто не ждёт.
— Естественно, ведь эти места даже у нас отмечены, как непроходимое болото, — отмёл в сторону версию Баталин. — Самый оптимальный вариант — отвлечь приграничные войска на южные позиции, устроив там шум.
— И положить моих людей? — усмехнулся Филин. — Отличный план, дружище, но я с ним не согласен.
— Так предложи свой! — развёл руками тот.
— У нас там остались спящие агенты, мы можем задействовать их для поджога полей, — предложил очевидное Филин.
— И в этом случае останемся без сведений из-за ленточки, — парировал Костя. — Тогда точно придётся лезть в бой вслепую.
— У нас есть один аргумент, который мы держим крайний случай, — произнёс я в образовавшейся тишине. — Ракеты средней дальности и начинённые плутонием снаряды для артиллерии. Плюс приличный запас газа, который достался нам в наследство от хизмеев. Неужели имея всё это, мы не способны создать себе коридор для безопасного ввода войск?
— Ваше Величество, эта война не последняя, — подметил Бахин. — Ракеты — это, конечно, хорошо, но сейчас они работают как сдерживающий фактор, защищая наши южные границы и Дальний Восток в том числе. Мы не можем себе позволить их использование. Последствия могут стать более серьёзными, чем плюсы, которые ещё не факт, что будут.
— Если они соберут осенний урожай, всё, что мы делали это время, полетит псу под хвост. Дайте мне другое решение.
— Контрабандисты, — вдруг произнёс Филин. — Мы ведь знаем почти всех, а им, по сути, насрать, за что им заплатят.
— Это может сработать, — согласился Баталин. — Вот только много людей они перебросить не смогут. Они и блокаду минуют только за счёт незаметности. Крохотному судёнышку легче затеряться в бескрайнем море.
— Думаю, тысячи полторы с их помощью мы перекинуть в состоянии, — Филин поднялся с места и подошёл к карте. — К тому же их суда и караваны сразу входят в стратегические пункты. Сотня хороших бойцов внутри гарнизона и считайте проход через границу нам обеспечен. Да, без боя не обойтись, но мы сможем войти в Европу сразу с нескольких сторон. Плюс поддержка с флота. Но для входа нужно брать во внимание лишь одно государство.
— Да мы все в курсе, что ты не первый год облизываешься на Польшу, — усмехнулся Толя.
— Надо же с чего-то начинать? — флегматично пожал плечами тот. — К тому же наш враг сидит именно там, и если всё правильно разыграть, остальная Европа даже вмешиваться в это не станет.
— Продолжай, — кивнул я, потому как его план пока был наиболее перспективным из всех озвученных.
— Нам нужны переговоры с крупными и влиятельными странами, такими, как Германия и Франция. Даже этих двух будет достаточно, чтобы мы достигли цели. Пообещаем им снять блокаду и даже подкинем кое-что в качестве помощи. Нам всё равно не нужна вся Европа, и наши действия распространяются только против хизмеев. Немного блефа, демонстрации силы — и всё получится. Возможно, придётся пожертвовать парой ракет, ну это уже так, на крайний случай.
— У нас есть кто-нибудь в Германии и Франции? — спросил я Баталина.
— Да, посольство на территории Германии осталось даже в ситуации кризиса. С Францией будет немного сложнее, но думаю, что после соглашения с Германией мы сможем повлиять и на них. С Англичанами мы вряд ли договоримся.
— Да плевать на них, — отмахнулся Филин. — По большому счёту, нам даже французы не впёрлись. Их я вообще привёл для примера. Нам необходимо соглашение с Германией, Чехией, Австрией и Венгрией. Чехи в принципе всегда были к нам лояльны, Венгры вообще вдарились в религию старых скандинавских богов и сами терпеть не могут хизмеев. Единственная сложность — как-то заставить работать вместе Германию и Австрию, в последнее время их отношения очень сильно обострились. Кстати, не без нашей помощи. На фоне голода у них возник конфликт за часть плодородных земель на приграничной территории.
— Костя, готовь послов к канцлеру. Толя, Александр Иванович, ваша задача — подготовить отряды для переброса. Филин, ну а на тебе контрабандисты, раз уж ты с ними так хорошо знаком.
— Мне бы не помешало немного финансов, — улыбнулся в ответ тот. — Я слегка поиздержался в последнее время.
— С деньгами любой дурак сумеет договориться, — усмехнулся я. — Пообещай им безопасный проход к английским берегам, думаю, они согласятся.
— Они и без нас его имеют, — покачал головой Филин. — Нужно что-то более существенное.
— Ты ведь знаешь, что в этом году я собираю налоги продовольствием, — поморщился я. — Сколько тебе нужно?
— Думаю, пару килограмм золота хватит, чтобы мы нашли общий язык, — озвучил не совсем небольшую сумму Филин.
— У тебя что, нет двух килограмм золотом? — удивился я.
— Говорю же, слегка поиздержался на войне с Османами. Честное слово, каждая копейка на счету.
— Крохобор, — улыбнулся я. — Ладно, на это я пойти могу. Заедешь в Волгоград, к Митяю, я оставлю распоряжение. Всё, господа генералы, за дело!
Глава 17
Новые территории
Даже не знаю, что работает медленнее: политика, с её бесконечными бюрократическими закоулками, или неповоротливая военная машина?
