парень смотрел назад и поражался как за ним восстанавливается помятая трава. Холм был очень длинный, а путь не близкий, но все же он никак не мог привыкнуть: «Вот бы у нас в саду была такая же, а то ходить там нельзя, так как можешь её примять, а тут бы она раз… и снова ожила. Разве не здорово?». Наконец Виктор добрался до вершины, но, к удивлению, она было также пуста, как и основание. Лишь голубое небо и обрыв, уходящий в облака, виднелись перед ним. Он некоторое время постоял в ожидании, а затем развернулся, но, стоило сделать шаг, как услышал позади голос. Обернувшись назад Звонарь увидел, что картина совершенно изменилась: на краю обрыва стоял тот самый Крайе, но только в образе того, каким он его видел во время торжества в пирамиде. Он стоял в своем тёмно-фиолетовом зеркальном облачении и молча смотрел на огромный красивый город, возвышавшийся высоко над землей, залитый музыкой и светом. Другой голос прозвучал из-за спины. К стоящему на холме подошёл некто. Виктор по его внешнему виду сразу понял, что это демон. Он был облачен в покрывающий все его тело черный кожаной костюм. Медленно подойдя к краю холма, он снял капюшон, и хоть Звонарь не видел его лица, было очевидно ясно, что кроме темной струящийся ауры, да странного наряда, внешне он совершенно не отличался от обычного человека с густыми длинными волосами.
Демон, заведя руки за спину, обратился к Крайе: – Повелитель, вы стоите здесь уже целый дней. Я прошу меня простить за то, что прерываю, но о вас уже начали беспокоится.
– Андрас, друг мой, ты всегда был верен и честен со мной.
– Как и всегда, господин Крайе.
– И ты единственный из дома теней, кто называет меня по имени.
– Просто я знаю, как вы не любите те прозвища, которые вам придумали внутри стен дома владык, да и так же проще, неправда ли?
– Подойди. – Демон подошел и встал рядом со своим господином у края обрыва. – Смотри. Какая красота. Этот город мы буквально возвели из ничего.
– Ну, сказать по правде, это сделали люди, а не мы.
– Разумеется, но, если не мы, они бы никогда не дошли до такого. Вспомни сколько раз мы спасали их от саморазрушения и войн непонятно из-за каких причин. Скольких извращенных душ мы изгнали из этого города, дабы он смог расцвести. И вот, спустя столько лет, взгляни на него. Он прекрасен… В нем царит мир и спокойствие. Люди живут в радость себе и окружающим, не желая никому зла.
– Не всегда, повелитель.
– Ну, первым, кто ошибся, был именно отец. Люди созданы по его образу и подобию и им также это свойственно. Но, аналогично им даровано право их исправлять. Они каждый день спотыкаются и падают, но не перестают подниматься и вновь идти вперед. Мы следим за тем, чтобы все так и было, ибо такой наказ оставил наш общий создатель. Глядя на этот изумительный город, я понимаю зачем он нас создал, я понимаю нашу цель.
– Вот только эту прекрасную и четкую нить ваши братья, по-видимому, упустили.
– И меня это сильно беспокоит, друг мой. Как можно было додуматься извратить саму суть нашего существования? Как можно было отбросить все, чему нас научил отец, и отвергнуть миссию, возложенную им на наши плечи?
– Но, отчасти, ведь его идея логична… – Повернул Андрас к нему голову.
– Увы да… полностью! Брат мой всегда был гениален, но он пытается исказить то, над чем мы трудимся всю нашу жизнь.
– Тени в городах и домах владык говорят, что другие хранители забвений поддержали его. Что тоже понятно.
– Да, мы правда последние творения Отца, но мы были созданы для служения людям, и никак не наоборот…
– Вы никогда не собираетесь отбросить все, во что верите, правда, господин?
– Никогда. – Повернул наконец Владыка своё лицо в ответ и указал рукой на обрыв: – Я лишь исправно выполняю свою обязанность, доверенную мне Отцом. Ничего более. Но ты прав. Просто меня терзали сомнения до самого конца. И похоже он настал… Созови теней, хватит размышлять. Если все так и пойдет, скоро смотреть нам останется не на что…
Вдруг Образы Крайе и демона пропали, а холм остался далеко позади. Следующая картина, в которую забросило Виктора – это площадь посреди разрушенного города. Вокруг пылал огонь, а здания и стены лежали в руинах. Звуков борьбы практически не было, лишь крики, ужасные и холодящие, заполоняли все вокруг. Мимо него проносились силуэты, влетающие в ещё стоящие целые строения, от чего те в миг складывались как карточные домики. «Что происходит?» – сказал Виктор и попытался уйти, но не мог сдвинуться с места. Навстречу ему шла группа отвратительных уродливых созданий, с клыками, выпирающими изо рта, розовокожие люди-амфибии и три похожие на людей демона. Глаза, волосы и длинные плащи последних были кроваво-красного оттенка и переливались под светом пламени. Все они неожиданно остановились и начали глядеть перед собой. Виктор оглянулся и увидел, что с другой стороны из тьмы вышли Крайе и его подчиненные. Во взгляде Владыки проскальзывал ужас, он был шокирован происходящим вокруг. Вся его работа, весь этот мирок, что был им создан, канул… Он вышел из общего строя и медленно направился вперед, оглядывая сломленные, сожжённые стены.
– Владыка Крайе, мы приветствуем тебя… – Склоняли пред ним люди-амфибии.
– Что вы наделали?.. Как вы могли? Вы уничтожили тех, кого призваны защищать!
Розовокожие с сожалением в глазах что-то хотели ему ответить, но один из красных демонов кучерявый и с ехидной ухмылкой перебил: – Нет, это ты их защищаешь! У нас же впредь другая цель!
Другой продолжил его мысль, указывая рукой на стены замка: – Сегодня ты весь мир представишь, покинешь эту колыбель.
– Перемен пора настала! Настал же наконец тот день… Брат придёт к своему брату, откроет будущему дверь. – Заканчивал третий.
Виктор был удивлен, услышав такое. Говорили они четко красиво, стихами, словно взятыми из книг старшего Пуарье, но несли на своих плечах смерть и разрушение, что никак не связывалось между собой.
Крайе же в свою очередь ничего не хотел слышать: – Делайте в своих владениях что хотите, а это был мой город! – Начал резонировать его голос. – Две сотни лет я наблюдал за тем как он строился, как он рос… Как люди, живущие здесь, могли существовать в мире и гармонии с моей помощью! И стоило мне отлучиться, оставить на день без присмотра, как вы всё разрушили! За что?! Неужто мой
