ваши дела. Третьему миру ничто не угрожает.
– Нет. Люди и есть третий мир! А сейчас его убивают, калечат, а вы стоите здесь на ваших стенах и просто наблюдаете.
– А ты предлагаешь отринуть суть отца и нам? Мы призваны защищать мир от опасности извне!
– Со всем уважением… Простите, но, если людей не станет, то третий мир, наш мир, опустеет! Ради чего вы тогда будете существовать? Что вы будете защищать? Траву?
– Я, Баракиэль, главнокомандующий светлой армады и направляющий ангельских клинков. На нас возложена миссия самим создателем. Мы не можем отвлекаться на косвенные события.
– Косвенные?! – Даже у демонов не было никогда столь черствых сердец. Крайе взглянул прямо на Баракиэля и взор его засиял фиолетовым светом. – Но ведь вы же ничего не делаете! Вы сидите здесь, на границе мироздания, лишь изредка направляя свой взор на реальный мир! И сейчас тот страдает! Он пылает, и кому-то придется его тушить! Нас слишком мало, мы не справимся одни! Помогите же нам!..
Владыка тени взмаливался, пытался достучаться до пустых сердец, но те были неприступны. Лишь один, тот, кто держался изо всех сил, дабы по своей собственной воле не впустить уставшего путника в дом, стоял внизу недалеко от ворот. Уриэль, ангел не высоко чина, но больших амбиций, не свойственных представителям их рода, впустил владыку теней в светлую обитель, пока все остальные могли лишь глядеть на измотанного путника. Он открыл врата белого замка перед стоящим на коленях, тот, медленно поднявшись, вошел в поток света, и ни один светлый войн не двинулся с места, дабы остановить его.
Далее дни шли один за другим, и, чем дольше Крайе находился среди населения замка, тем шире становились его полномочия. От практически пленника до боевого и стратегического инструктора, а следом до советника он дошел меньше чем за месяц. Никто не скажет, что тот всего добился сам, да ещё и за такие короткие сроки. Просто у ангелов, даже самых простых и безвольных есть две врожденные и сильные черты: они очень умны и практически невосприимчивы ко лжи. Обмануть их невозможно, да и Крайе никогда не пытался, тем самым быстро заслужил их доверие, а смотря на прогресс войск, которых он обучал, Баракиэль, верховный главнокомандующий светлого града, даровал ему звание и место в его армии. Также ныне лорда посвятили в тайны мироздания, ограждая от влияния лучей солнца, дабы он мог сражаться, не оглядываясь на небеса. Наконец, когда Крайе поделился своей волей и всеми знаниями о легионе, силы света были готовы идти на войну по своей воле. «Мы готовы к бою.» – молвил Баракиэль, стоя на стене и вглядываясь в даль. – «Тебе слово перед выступлением.» – обращался он к Крайе, стоящему на углу врат. Владыка повернулся лицом к крепости и встретился взглядом с армией. Первая армада пехотных войск с клинками и щитами держали строй перед второй, состоящей из ангелов в исполинских облачениях. За ними на стенах замка расположилась третья армада лучников. Все войска облачены в злато-белые доспехи, сверкающие на солнце и сияющие во тьме. Крайе сделал два шага вперед и подошел к краю стены, обращаясь ко всему ангельскому воинству:
– В первый раз тьма пришла, дабы остановить свет, от разрушения… Теперь же все наоборот! Сейчас мир вновь находится на углу пропасти и медленно катится к краю обрыва, и только наши дома остались последней его опорой. Можно потушить пожары, взрастить поля и леса, перестроить города, но уверяю вас, это далеко не конец. Единственное чего нельзя вернуть – это жизнь. Жизни людей, которых погубила лишь одна идея! Но надежда… надежда ещё не утеряна. Я все ещё слышу её сердце… оно бьётся в агонии, оно кричит от боли тысяч игл, вонзенных в него! Это те самые люди, которые сейчас там, молятся и ждут спасения! Надеются, что кто-то придет и вернет им их жизни… И мы не подведем эти надежды! Мы не оставим их погибать на этой земле. Мы придем и принесем свет туда, откуда он исчез. Вернем силы и веру. Вернем назад их мир. Наш мир! Готовы ли вы, хранители ныне разума и воли, свершить правосудие?! – Обратился он напрямую ко всем стоящим, на что те заликовали одним единым голосом, сотрясающим воздух. Баракиэль скомандовал громко и четко: «Армада! За волю Отца! К победе!». Врата Белого замка распахнулись и из них начали выходить исполины, а через стены перелетали войны, несущиеся в даль на сотканных из света крыльях.
На пути к первому пункту назначения, Крайе обратился к тому самому Уриэлю: – Ходящие в тени получили мой последний указ?
– Так точно, лорд Крайе, они будут готовы вступить в бой по первому же вашему зову.
– Благодарю тебя, их сила нам понадобиться как никогда.
– Нам пригодится любая сила… – Улыбнулся тот в ответ.
– Ты доверился мне. Ты отличаешься от своих братьев и сестер…
– Не уверен, что в лучшую сторону. – Самокритично шутил над собой ангел.
– Я скажу тебе прямо: ни я ни мои подданные не будут брать никого в плен. Сорняки нужно вырывать с корнем, иначе они прорастет вновь.
– Не волнуйтесь. Я не думаю, что хоть кто-то из нас не разделяет теперь ваше мнение. – Кивнул он в ответ, пока войска начали удаляться в даль.
***
По черной земле бежали четверо людей, оставляя следы на саже и копоти. Две девушки в изодранных платьях и парни в кожаных куртках на босу ногу. Не оглядываясь, они бежали так быстро, будто за ними гнался самый страшный и лютый зверь. А через несколько секунд тот оказался прямо перед ними, от чего люди сразу упали на землю. Демон стоял, выпрямившись во весь рост, а из его клыкастой пасти клубами вырывался пар. Ребята развернулись и было начали пытаться бежать в другую сторону, как один из парней уткнулся головой в другого демона, который поднял его за шкирку и затем, положив на плечо, понес назад в деревню. Огромный уродец вмиг подхватил оставшихся троих и последовал за напарником. Селение уже не было охвачено пламенем, так как не осталось ничего, что могло гореть. Двоица бросила пойманных на землю прямиком к ногам высокого мужчины, кожа которого будто состояла из камня и глины, одетого в аристократское одеяние. Он стоял со статным видом натягивая правую белую перчатку на свою кривую руку, когда люди упали перед ним: «Я предупреждал, что побег у вас не выйдет. Мы пришли к вам с предложением, но вы плюнули нам в лицо. Вы
