журналист сразу понял, что проблем не будет. Пара недель и глупенькая красавица Флора – милая девочка, даже жаль было ее бросать – принесла на свидание копии всех материалов о сеансах Леонардо расписание его визитов к психотерапевту.
Он был уверен, что все получится, Флора будет искать Микеле из Ареццо вместо Сильвано из Флоренции, а потом, когда его имя будет во всех газетах, он признается, что материалы нужны были для полного погружения в интервью. То, что он получил их до всей этой истории с убийствами, не важно- ошиблась девочка, или обиделась и специально хочет его оговорить.
– Вы назвались в архиве чужим именем?
– Я назвался своим. Глухая идиотка вместо Бевилакуа услышала дель Акуа. Мне же на руку оказалось.
Изучив все материалы, журналист смог легко манипулировать Леонардо. Оставалось подкараулить парня в его любимых местах, о прогулках он подробно рассказывал на сеансах.
Первая жертва искать не прошлось. Бевилакуа был частым посетителем траттории Да Джукка в Сиене, и маленькая непоседа Вероника все время попадалась на глаза. Имя и возраст подошли идеально, а непоседливая девочка безумно раздражала журналиста во время обедов. Не место детям в ресторанах!
Сложности были лишь с ожиданием Леонардо в его любимой роще. Полторы недели журналист караулил парня, и наконец ему повезло. Накинув черный плащ и закрыв лицо (одежду он подбирал под описание призрака из снов) Бевилакуа появился из-за деревьев.
Кто еще мог знать его так хорошо? У бедного парня не было никаких сомнений, что перед ним настоящий призрак, который явился из снов. Он выполнял все указания в точности, не удивляясь, что тот оставляет письменные послания в заранее оговоренном месте. Впереди ждало счастье – избавление от кошмаров, спокойная жизнь в окружении друзей-детей. У Леонардо было несколько комплектов рабочей одежды, все, что надо, чтобы не оставлять следов: бахилы, перчатки, костюм.
– Как же ты мог причинить боль маленькой девочке?
– Он сказал, что ей будет не больно, что это игра, а потом она будет счастлива.
– А вторая девочка? Ты не собирался ее убивать?
– Вторую я должен был лишь немного порезать, воткнуть несколько раз нож, но не глубоко.
– Ты так спокойно говоришь о маленьком ребенке, в которого втыкал нож!
– Ну и что? – Парень искренне не понимал, в чем проблема.
– Как ты нашел Терезину?
– Ее позвали по имени, я запомнил, где живет девочка. Мы работали совсем рядом, за углом. Я так обрадовался в тот день! Я нашел ее, моя миссия будет выполнена!
– И девочки так легко пошли с тобой?
– Мы подружились, они знали, кто я.
– Веронику ты увел с улицы. А Терезину?
– Я постучал в дверь, знал, что она дома одна. И позвал смотреть щенков.
В Леонардо удивительно сочетались ум и глупость, предусмотрительность и неадекватное восприятие действительности. Не имея опыта общения со сверстниками, не зная дружбы и отношений с девушками, устав от ночных кошмаров и бессонницы он был как пластилин в руках Сильвано Бевилакуа.
Сильвано же сокрушался лишь по одному поводу: как же он не выдержал в ту ночь, разговаривая с Альберикой! Не выйдя из себя, не убив графиню, сегодня он стал бы звездой, автором сенсации. Конечно, после интервью призрак приказал бы Леонардо покончить с собой и отправиться в лучший мир вслед за маленькой подружкой.
Но Сильвано заинтересовалась полиция, и призрак не мог рисковать и отправляться на встречу с Леонардо. Надо было чуть-чуть переждать, Сильвано был уверен, что его связь с Альберикой не установят. Если бы парень не запаниковал, все было бы хорошо, Сильвано уже почти вышел сухим из воды.
Но Леонардо, брошенный всеми, включая призрака, начал окончательно сходить с ума.
***
– Incredibile! – дон Кристиан и дон Доменико вздыхали, слушая рассказ Луки. – Как часто люди боятся того, что не существует, боятся темноты, скрывающихся там мифических чудовищ, не задумываясь, что часто страшнее то, что на виду. Иногда зло не прячется, оно среди нас, под жарким солнцем Тосканы.
– Вы не приписываете зло темным силам?
– Это слишком просто. Не нужны темные силы там, где зло творит сам человек. Зло от непонимания. Человек не понимает себя, не понимает других, но главное – в нем нет любви. Мы называем себя христианами, соблюдаем правила и ритуалы, но так часто забываем о главном, о том, в чем весь смысл Христианства: о любви.
– Лука, а ты не спрашивал Сильвано, он исповедовался в церкви?
– Спрашивал, как же иначе. Но лучше бы не спрашивал… Так гадко стало на душе… В те дни журналист чувствовал себя всесильным и безнаказанным, ведь он вершил судьбы людей по своему желанию. И проходя мимо церкви, он решил зайти, но не для того, чтобы исповедоваться и раскаяться, наоборот, его просто распирало желание поделиться, как же он всемогущ. Но кому расскажешь? И тут его осенило.
– Священник отпустил ему грехи?
– Нет. Сильвано сказал, что священник не сделал этого, потому что не увидел раскаяния. Убеждал пойти в полицию и признаться. А Сильвано получал огромное удовольствие при встрече с этим священником, он здоровался и улыбался, прекрасно зная, что тайна исповеди не может быть открыта.
– Получается, священник был с ним знаком?
– Он дружил с отцом Сильвано, Давиде Бевилакуа, что делает поступок журналиста еще более мерзким.
– Ты знаешь имя священника?
– Да, но я не назову его, ни к чему это. Я представляю, через какие муки в душе прошел этот человек. Знать все, и не иметь права остановить монстра.
– Я знаю, о ком ты говоришь, – дон Кристиан тяжело вздохнул. – Этот человек сложил с себя священный сан неделю назад. Он хороший священник, искренне верующий человек.
– Почему же он…
– Он сказал, что не справился. Причем дважды. Не смог убедить преступника осознать свои преступления и покаяться и не смог удержать доверенную ему тайну. А значит, грош ему цена, как пастырю. Мне жаль, но это его выбор.
– Сколько жизней сломал Сильвано Бевилакуа! Не только тех, кого он убил, но и жизнь синьоры Неллы, потерявшей сына, жизнь теперь уже бывшего падре, а дети Альберики будут расти без матери, какой бы она ни была.
– Неужели он правда убил Альберику в состоянии аффекта?
– Сильвано потерял границы дозволенности. Он так легко распорядился жизнями других людей, что и в случае с графиней просто убил женщину. Это уже не казалось насилием, он заигрался и забыл о морали.
– Интересно, ему смягчат приговор за сотрудничество с полицией?
– Он получит пожизненное. Не думаю, что в его случае можно надеяться на более
