то согласия. Она обещала взять меня мужем в свой дом и в знак этого заплела косу, утвердив свое право. И, подобно тому, как сплела мои волосы, она показала свое намерение сплести наши судьбы. Эта скромная лента, — паршивец водрузил на стол перед старостой, прямо в ритуальную чашу пожухшую травинку, — скрепила косу, ставя договор в предварительном сговоре. В Краю Туманов магессы так обещают свадьбу, и я был уверен, что честь моя находится в надежных руках. В знак своей правоты и подтверждения слов я привел сюда мага из соседнего села. У него есть кристалл правды.
— Шерли, — нахмурился староста. Я спешно отпустила локоть Грега и сделала шаг к Адриану.
— Запамятовала. Память девичья. А тут такое. И вот.
— Женить! — Рявкнуло несколько голосов из толпы.
— Я согласен пройти ритуал. Прошу, — эльф вложил в руки старосты острый кинжал размером с ладонь ребенка, — смешайте нашу кровь в чаше вместе с этой лентой. Иначе мой родной край встанет на защиту моего бесчестия.
Я опешила, вспоминая эльфийские ритуалы. Клинок в руках обычного человека, даже не мага. Пустое. Он не сможет переплести наши судьбы. Моя рука выдернута и зажата над чашей в захвате крючковатых мозолистых пальцев, острая боль, кажется, он немного перестарался, и в глиняную чашу прямо на сухую травину закапала кровь бурыми пятнами. Адриан добровольно тянет свою изящную руку. Староста к ней даже не прикоснулся. Тонкая алая полоса, эльф стремительно сжимает и разжимает кулак, словно боясь этой боли. Кровь, и вправду, льется почти струей, смешиваясь с моею. Неожиданно над чашей взвился облачком розоватый дымок с веселыми искрами. Что это может значить?
— Теперь Шерли с этого дня и во веки веков жена ваша. И должна быть покорна воле супруга.
— Обряд совершен человеком, но родовым эльфийским ритуальным лунным клинком, — перебил старосту эльф на полуслове, — Муж находится в полной власти жены и иначе в нашей семье не будет.
Адриан грациозно встал на колено и поцеловал подол моего платья. Я и отшатнуться-то не успела.
— Я теперь и во веки веков нахожусь в вашей полной власти, жена, госпожа моего сердца и души моей.
Я промолчала, разрываемая всеми возможными чувствами на крупицы. Должно быть, так свора волков растаскивает добычу, как меня раздирает на сотню эмоций. Счастье, страх, гнев, обида, удовольствие, нежность, не знаю. Слишком много всего, чему и названия-то нет, оказалось, спало в моем сердце, а теперь вот бушует.
— Встань, — почти что шепнула я. И напротив меня серебром полыхнули два огромных миндалевидных лукавых глаза, словно два драгоценных камня.
— Обряд завершён, — я обернулась на голос. Староста выплеснул кровь вместе с травинкой на землю, деловито ополоснул миску водой из ковша.
— Отходите, сегодня играем две свадьбы. Адриан, за такое, что учудила Шерли, жену у нас принято за косы тягать по всему дому.
— Драгоценностями не разбрасываюсь. А ценней жены для меня ничего нет.
— Но проучить ее стоит.
— Я вам меня проучу! Магессу вздумали воспитывать! Раньше надо было думать. Всем. И мне в первую очередь.
Адриан
Одно радует, после проведения обряда супруга меня убить не сможет, как бы она не металла искры из глаз. Наказать может, ну так есть за что. Потерплю. И потом, здесь, в этой чудесной стране публично она, точно, мне ничего не устроит. Да и потом, зная мягкий характер моей супруги… Пройдет пара часов, и о ее праведном гневе можно будет забыть. Некстати вспомнилась лестница, которую она обрушила прямо под Грегором. Но, лестниц тут нет, а значит, можно не переживать.
— Ты! — ткнулся ее пальчик мне в грудь.
— Я, — перехватил нежную руку и поцеловал в мягкую кожу ладони.
— Точно блаженный! — буркнул рядом мой тесть.
Шерли опустила на нас двоих купол тишины.
— Ты! Нормально не мог подойти и сказать? Зачем было устраивать весь этот цирк с поруганной честью? Такой брак за пределами нашей страны ничего не значит! Простой обряд крестьян, чтоб сэкономить на услугах мага!
— А вдруг ты бы не согласилась?
А у меня, кажется, проблемы. Шерли так и не поняла, ЧТО именно сейчас свершилось. Придется прикинуться попугаем как ирлинг.
— Зачем было здесь все устраивать! Маму мою волновать! Отчима злить! Перед селянами позорить! Это мы уедем, а родителям тут жить!
— Какой позор? Что ты? Два лучших жениха бились за тебя до последнего. Просто один оказался чуть проворней. Я же ничего такого не сказал. Ну, свершилось таинство брака днем раньше? Пара часов разницы особой не сделают.
— Я тебя выпорю! Честное слово!
Я споро начал снимать ремень, судя по лицам, толпа за пределами нашего купола тишины начала возмущаться.
— Держи. Но предлагаю решить этот вопрос в более уединенном месте, если ты не против, — как хорошо, что у Шерли нет второй ипостаси. И она не дракон. Иначе быть бы мне сейчас испепеленным ее взглядом, — Зато эту ночь мы сможем, не стыдясь никого, провести вдвоем.
— Где? На сеновале?
— Там будут спать ирлинг и Грег. Думаю, мы помешаем их сну. Можно под абрикосами. Хочешь?
— Где ты вообще нашел этого мага!
— Это торговец. Мага мне найти так быстро не удалось.
— Гнусный обманщик!
— Обернись на родителей — они выглядят очень счастливыми.
Шерли
Мама и вправду улыбается во всю ширь и сверкает глазами. Скупо капнула кровь в псевдо-алтарную чашу. Отчим склонился и, о чудо, — публично чмокнул ее в пухлую щёчку.
Я скинула полог тишины. Убью Адриана потом, не место скандалу на этой свадьбе.
— Обряд завершён. Детишек побольше! — донесся до меня радостный голос.
Мама чуть поманила теперь уже мужа пальцем и что-то шепнула ему прямо в ухо. Кажется, я даже знаю что. Радостный вопль быка, впервые вышедшего весной на раздолье, не спутать ни с чем. Счастье, вот оно какое настоящее истинное глубинное счастье, разделенное теперь уже на троих. Местные удивлены, но свистят во все глотки. Даже Грегор присоединился, но ненадолго. Идет к нам с Адрианом.
— Одним походом в стену ты не рассчитаешься.
— У меня есть идея значительно лучше, — загадочно улыбнулся мой якобы муж.
— Позволь узнать, какая? О рецепте лепешек мы, кажется, уже договорились.
— Причем тут рецепт? Можно оживить все магические потоки, идущие в Империю. И я даже знаю как. Понадобится не так много ингредиентов. Кристаллы, вода и так по мелочи.
— Смеешься? Ни за что не поверю.
— Дело твое. Но в стену пойдем только все вместе.
— По рукам. Она, хоть, понимает, что именно произошло?
— А сам-то как думаешь?
— Ребята? Я чего-то не знаю?
— Много чего. Когда возвращаемся в столицу?
— В ночь.
