держали автомобили — и те уже весело дымили, добавляя совсем невеселого антуража. Ещё несколько мин рвануло на крыше основного здания, развалив там пулеметное гнездо.
Окружающие джунгли взорвались автоматными и пулеметными очередями: коммандос чистили патрули и часовых. И скрываться им смысла уже не было никакого.
Сам Морган и его парни активно работали одиночными, убивая как паникующих солдат, так и тех, кто пытался организовать оборону. Начал мастер-сержант с пулеметного гнезда в стороне: там, кажется, был старый американский полудюймовый «Браунинг», проблем от которого могло случиться очень много. На расчёт из трёх человек он потратил меньше пяти секунд.
Как ни странно, ФАРК держались, даже потеряв несколько десятков бойцов в первые же минуты. Впрочем, в Касе-Верде были не вчера рекрутированные крестьяне, а ядро организации: самые опытные солдаты и руководители. Сдаваться никто не собирался даже под минометным огнём.
Из окон третьего этажа по одной из групп правительственных войск хлестнула длинная очередь с трассерами — включилась или «пила Гитлера», или её более новая реинкарнация в лице MG-3. Среди шестёрки штурмовиков мгновенно появились раненные и убитые: Морган в рассветной дымке не особенно мог понять, кто там ещё жив, кто убит, а кто ранен. Но отстреливалось всего двое.
Впрочем, пулеметчик там недолго мог праздновать свой успех: в окно влетело два подряд выстрела из гранатометов колумбийцев, в лучшем случае подарив ему контузию. В любом случае, даже если стрелок и выжил, вести огонь он после взрывов в комнате перестал.
С ревом над полем боя пронесся старый знакомый мастер-сержанта, UH-1, он же «Ирокез». Колумбийцы активно использовали эти вертолеты еще с шестидесятых, и сейчас их прибытие пришлось как нельзя кстати: вертушка отработала по главному зданию НУРС-ами, практически обвалив одно из крыльев здания и дав штурмовикам подобраться почти вплотную.
UH-1 c НУРС-ами
Честно говоря, в столь масштабном сражении Морган ещё никогда не был. Фактически, сейчас на очень небольшой площади, вплотную, нос-к-носу сошлись где-то три батальона: один от ФАРК, два с половиной от колумбийцев. И потери обе стороны несли соответствующие. Именно обе: так, появившийся из джунглей правительственный БТР, лупивший «браунингом» по асьенде, фарковцы сожгли из РПГ, попав не один, не два, а три раза подряд. Сейчас он чадил черным дымом.
Джон прицелился в высокого парня в куртке защитного цвета, который, сидя за бетонным заграждением, отчаянно жестикулировал, пытаясь построить десяток бойцов для контратаки. Дельтовец видел только часть его тела, но ему вполне хватило.
Выстрел. Парень дернулся и, раненный, выпал из-за укрытия. Следующая пуля жизнь революционера прервала, и «контратака» захлебнулась, не успев начаться.
— Хорошая работа, шеф, — у Мартинеса явно настроение было вполне боевым. — Кажется, ты только что снес башку какой-то важной шишке.
— Просто делаю свою работу, — буркнул сержант, меняя магазин и переводя дуло на следующую цель.
Внезапно из главного здания, из дыры в обвалившейся наполовину стене выскочила группа из пяти человек. Они неслись к стоявшему в отдалении джипу, каким-то образом уцелевшему в этом аду.
Удивляло, что эти ребята активно использовали дымовые шашки. Что-то новенькое.
— Внимание на северо-западный угол, — прокричал Морган. — Похоже, крысы бегут из норы. И не простые.
Он присмотрелся. В центре группы имелся мужчина, в руках державший РПД. Явно уже не мальчик, крепкого телосложения… Черт побери, да это сам Маруланда! «Тирофихо»!
— Цель номер один! — почти крикнул Морган в рацию. — Тирофико! Не дать уйти! Автомобиль, на три часа!
Он прицелился в водителя джипа, но тот уже заводил двигатель. Выстрел. Ещё один, короткая очередь, ещё. Стекло водительской двери покрылось паутиной трещин, а лобовое так и вовсе осыпалось осколками, но джип уже начал движение и останавливаться явно не собирался, стремительно набирая скорость и активно маневрируя.
— Fuck! — выругался сержант.
В этот момент с южной стороны подоспел ещё один колумбийский БТР, М113, до того работавший с опушки по зданиям. Для автомобиля он сделал исключение: кустарно присобаченный на него «миниган», М-134, нащупал джип огненной полосой, изрешетив в клочья за несколько секунд.
— Ну вот и всё, — хрипло произнес Мартинес. — Похоже, с руководством ФАРК покончено.
Морган кивнул — он тел со своей позиции не видел, но сильно сомневался, что там мог выжить хоть кто-то.
Но бой на этом не закончился. Выглядело это так, что узнав о гибели своих лидеров, оставшиеся бойцы ФАРК пришли в ярость. Они дрались с отчаянием обреченных, не жалея патронов и собственных жизней.
Один из повстанцев, совсем молодой парень, с диким криком «Революция или смерть!» бросился под тот самый БТР с связкой гранат в руках. Раздался оглушительный взрыв, М113 окутало дымом, а когда он чуть рассеялся, стало видно, что гусеница повреждена, и машина замерла на месте.
— Черт, эти сумасшедшие еще и камикадзе, — проворчал Морган.
Он сменил магазин, машинально отметив, что осталось всего два, и снова включился в бой, снайперским огнём методично выкашивая партизан. Но и по ним начали стрелять. Пуля пробила дерево в сантиметре от головы сержанта, осыпав его щепками.
— Нас обнаружили! — крикнул кто-то из его группы. — Снайпер на крыше того сарая слева!
Морган прильнул к прицелу. Да, на крыше сарая притаилась фигура с длинноствольной винтовкой. Судя по силуэту — тот самый немецкая «Маузер», который он заметил еще во время разведки.
— Мартинес, прикрой! — скомандовал Морган. — Меняю позицию!
Он рванул к следующей позиции, пока Мартинес и еще один дельтовец вели плотный огонь по крыше. Пули ещё дважды свистели над головой Моргана, а третья даже сорвала ему кепку.
Но он успел, получив лучший угол обзора. Прицелился. Выстрел. Ещё один. Ещё. Фигура на крыше дернулась и скатилась вниз.
— Снайпер чисто! — проорал мастер-сержант.
Тем временем правительственная пехота уже ворвалась в главное здание: оттуда доносились звуки интенсивной перестрелки, взрывы гранат, крики на испанском… Бой перешел в фазу зачистки помещений — самую грязную часть штурма. Не самую, наверное, опасную, но, тем не менее, и не самую приятную.
Морган видел, как после взрыва из окна второго этажа вывалился объятый пламенем человек. Видел, как двое бойцов ФАРК, прижатые к стене, предпочли взорвать себя вместе с подошедшими к ним коммандос. Как молоденькая девушка-повстанец, истекая кровью, продолжала стрелять из своего калашникова, пока очередь из пулемета не прошила её насквозь.
Один из «ирокезов» получил повреждение: в него всадили длинную, на расплав ствола, очередь — после чего он, дымя, ушел куда-то в сторону.
У одного из сараев кому-то из штурмовиков перебило пулей артерию в горле, и он, фонтанируя кровью, умер секунд за тридцать…
Кровь. Её
