class="p1">Сема не стал возражать. Видимо, его удовлетворила добыча, которую он уже получил. Да и магазин, где он мог бы купить шоколадку, единственный в Куличках, находился неподалеку от храма. Правда, было одно обстоятельство, которое его смущало. Там же, поблизости, размещался полицейский участок, из окон которого хорошо просматривался вход в магазин. А участковым уполномоченным полиции в Куличках служил его родной отец. И если бы Сема был им замечен, то ему вряд ли бы удалось избежать расспросов, а то и наказания. Сема был умным мальчиком и никогда не рисковал необдуманно.
— Давайте договоримся — я выведу вас на улицу, которая ведет к храму, а сам побегу домой, — сказал он. — А то вдруг моя мама тоже слышала волчий вой и теперь думает, что меня сожрали волки?
Теперь уже не стала возражать Ирина. Она даже вызвалась проводить своего спасителя до дома и рассказать его маме, как он ее спас, но Сема решительно отказался.
— Договор есть договор, — сказал он.
И что-то в его словах, а, главное, в тоне показалось Ирине очень знакомым, словно она уже слышала сегодня нечто похожее. Но она так и не смогла вспомнить, где, когда и при каких обстоятельствах. Из-за пережитого потрясения все предыдущие события дня поблекли, словно их заволокло туманной дымкой.
Подождав еще немного, они слезли с дерева. Сема выполнил свое обещание и проводил Ирину. Идти пришлось недолго. Минут через пять, когда они свернули за угол очередного забора, он показал ей пальцем на показавшийся вдали сияющий над крышами крест, венчающий маковку храма.
— Глядите, вот он!
Ирина всмотрелась и тоже увидела. Она отвлеклась, как ей показалось, всего на одно мгновение. Но когда она повернулась к Семе, того уже рядом не было. Не шевелились и кусты, росшие поодаль, куда он мог бы нырнуть. Сколько Ирина ни всматривалась в густые заросли, она ничего не заметила, словно мальчик растворился в них. Удивленно хмыкнув, она пошла дальше, стараясь не упускать из вида отбрасывающий слепящие глаза солнечные блики крест над храмом.
Глава 28. В полицейском участке
Ирина прошла полпути, когда из ближайшего переулка навстречу ей вышли двое заросших густой щетиной мужчин. Оба были, несмотря на жару, в брезентовых робах и с охотничьими карабинами за плечами. У одного черная повязка на лице скрывала глаз, а второй был налит кровью и злобно взирал на мир. Он был похож на пирата, только что сошедшего с корабля на землю, и еще не привыкшего к мысли, что ему ничто не угрожает. Во всякое другое время Ирина с опаской обошла бы таких людей стороной, но сейчас она обрадовалась и бросилась к ним.
— Вы охотники? — спросила она. И, не дожидаясь подтверждения, показала рукой в ту сторону, откуда шла. — Там волки!
Но, вопреки ее ожиданию, это известие не произвело впечатления на мужчин. Они переглянулись, и один из них с усмешкой сказал другому:
— Слышь, Егорша, опять этот пацан пугает деда Матвея.
Второй, с черной повязкой на глазу, буркнул:
— Попомни мои слова, Колян: однажды мальчишка дождется, что кто-нибудь выстрелит по нему из ружья.
И они пошли дальше, обойдя Ирину так, словно она была безжизненным фонарным столбом. Она не слышала их разговора и была сильно удивлена этим поведением.
— Но ведь там волки! — воскликнула она, подумав, что в первый раз ее не услышали или не поняли. — Они могут напасть на людей. Их надо убить!
— Так ведь у нас лицензии на отстрел волков нет, — на этот раз ответил тот, кого его спутник назвал Коляном. Он выглядел не таким злобным, как Егорша, и, видимо, был более словоохотлив. — Мы волка пристрелим, а участковый нас за шкирку — и на цугундер. А нам это надо? — Он обратился к своему напарнику, словно призывая его в свидетели: — Вот скажи, Егорша, тебе это надо?
— Как кактус в анус, — грубо ответил одноглазый.
— И что же делать? — растерянно спросила Ирина.
Мужчины переглянулись и, видимо, поняв друг друга без слов, разразились хриплым смехом, похожим на лошадиное ржание. Отсмеявшись, одноглазый сказал:
— Обращайся к участковому, девка. У него и право на отстрел есть, и оружие. Он с твоего волка враз шкуру сдерет. А к нам не приставай.
— И где мне найти вашего участкового? — поняв, что от них она ничего не добьется, спросила Ирина.
— Иди прямо и никуда не сворачивай, — бросил Колян через плечо.
И мужчины ушли, шаркая ногами по земле и поднимая за собой клубы пыли. А Ирина последовала данному ей совету и продолжила свой путь.
Вскоре Ирина вышла на площадь, которую сразу узнала. Именно здесь она сошла с автобуса, который привез ее в Кулички. Это было только вчера, но ей казалось, что прошла уже целая вечность. И это вполне могло быть. Если время в Куличках остановилось, то с одинаковой вероятностью она могла уже прожить и один день, и тысячу лет. Подумав об этом, Ирина вздрогнула от ужаса.
И словно в ответ на ее мысли звякнул колокол. Был ли это порыв ветра, или юный звонарь призывал прихожан на вечернюю службу, Ирина не знала. И не хотела знать. Ей хотелось поскорее найти полицейского, послать его на поимку волков, вернуться в дом бабки Матрены, дождаться заката, а затем — Михайло. Только с ним она могла чувствовать себя в безопасности в этих проклятых Куличках, и не бояться ни диких зверей, ни людей, которые выглядели еще более дикими, ни бога, ни чёрта. Михайло казался ей надежным как скала, автомат Калашникова и швейцарские часы, вместе взятые. Ирина с тоской посмотрела на солнце — то клонилось к горизонту, но еще не касалось его даже краем. До встречи с Михайло было еще не скоро.
И, вздохнув, она направилась в полицейский участок, который определила с первого взгляда по автомобилю темно-синего цвета с ярко-красной надписью «Полиция». На вид этой машине с запасным колесом на дверце, узким лобовым стеклом и зарешеченными задними стеклами отсека, в который помещали правонарушителей, было никак не меньше полувека, и Ирина ни за что не села бы в нее из опасения, что та рассыплется, едва тронувшись с места. Но, видимо, для Куличков такая древность вполне годилась, и Ирина не собиралась лезть в чужой монастырь со своим уставом, делясь с кем-нибудь своими страхами. А тем более с участковым уполномоченным полиции, который, логически рассуждая, на этой развалюхе ездил.
Полицейский участок, как и все официальные учреждения в Куличках, располагался в деревянной постройке, ветхой на вид, но
