Патроны закончились. Я вытащил пустой магазин, и вдруг в коридоре послышались шаги. Через секунду мужик оказался рядом и с воплем бросился на меня. В руке его было странное серповидное оружие.
Я отшвырнул автомат. Мужик махнул серпом. Я увернулся, клинок попал по стене, раскрошив штукатурку. Мужик снова атаковал, я перехватил его руку. Бросок — враг на полу. Мой кулак опустился ему на висок, потом ещё раз и ещё, пока не хрустнула кость, а мне в лицо не брызнула кровь. Фибральное зрение показало, что снайпер тоже был клостом, но не очень сильным. Когда он испустил дух, его сеть быстро побледнела, став такого же оттенка, как и нити вокруг.
В это время на нижних этажах шёл бой. Автоматная стрельба гремела на весь дом.
На этаже больше никого не нашлось, но в одной из комнат нашлись рюкзак и снайперская винтовка. Винтовка оказалась очень тяжёлой, она имела скользящий затвор и восьмикратную оптику. Затвор, ствол и прочие детали были необычайно массивными. В рюкзаке обнаружились две запасные обоймы с пулями сорок восьмого калибра (48 точек) с пометкой «М». Серп тоже оказался непростым — его клинок имел знакомый матово-чёрный окрас.
Вскоре и дядя добрался до пятого этажа.
— На нижних чисто. У тебя как? — спросил он.
— Порядок, — ответил я. — Чисто. Снайпер ликвидирован.
— Ну ты… и сорванец, — дядя покачала головой. — Еле поспел за тобой. В котельной ещё кто-то остался. Пошли.
Мы спустились вниз и добежали до котельной, но там уже никого не было. Зато нашли брошенный пункт связи. Старая радиостанция — что-то типа РБМ, пустые ящики, электроплитка, чайник, банки из-под тушёнки, стакан с недопитым чаем. Бандиты сбежали, бросив всё.
В динамике радиостанции была паника. Говорил, что «холм» не отвечает, кто-то сильно ругался.
Меня же больше всего заинтересовали снайпер и его оружие. Дядя объяснил, что это специальная винтовка под усиленный патрон, который требовал более прочных деталей затворного механизма. Такое оружие было крайне дорогим, как и боеприпасы к нему.
— Откуда тогда оно у простого бандита? — спросил я.
— Это не простые бандиты, — дядя Андрей крутил ручку радиостанции, настраивая на частоту, на которой находился Евсевий. — Тут такая шваль водится, что не приведи Господь.
— Что ты имеешь ввиду?
— Сказать по правде, сам не знаю. Но подобное оружие на чёрном рынке не найдёшь, да и стоит такая винтовочка, как самолёт. Но…. если б я сам понимал, что тут происходит.
После того, как мы проверили остальные постройки на территории, я вернулся в пятиэтажное здание. Дядя положил троих бандитов: двух — внутри, одного — на улице, когда тот пытался выбраться по внешней пожарной лестнице. Его труп валялся внизу в кустах.
Поднявшись на пятый этаж, я тщательно осмотрел убитого снайпера. Заметив на плече татуировку, задрал ему майку. Весь торс покойника был покрыт народным творчеством. На груди красовалась трёхголовая собака, по обе стороны от неё — два знака в виде скрещенных молний. На животе — череп с аббревиатурой из двух пересекающихся букв «А» и «С». Ахейский союз.
* * *
Только к вечеру я оказался дома. Было уже поздно, и о поездке в «побочный» мир уже и речи быть не могло, тем более что атаки хироптеров больше не повторялись.
Я сам не верил, что мы выбрались, наконец, из этого проклятого района. Думал, застрянем до завтра. Но Евсевий с отрядом приехал быстро, дружинники прочесали прилегающие к дороге кварталы, эвакуировали раненого и нас с дядей Андреем. Было решено вывезти из зоны «Д» всех членов семьи, которые не служили в дружине, но участвовали в охоте. Пришлось задействовать половину отряда, чтобы обеспечить нам безопасность. На границе с тьмой осталась лишь небольшая группа бойцов, продолжившая чистить заброшенные районы.
Когда я остался один в своей комнате, первым делом набрал Настю. Она могла знать о том, что творится в Южной астиномии. Дозвониться долго не получалось. Наконец, девушка взяла трубку:
— Привет. Не думала, что ты так быстро позвонишь. Новостей пока немного. Я сама с тобой свяжусь, как станет что-то известно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я по другому вопросу. Ты слышала, что произошло сегодня на окраине? Когда мы возвращались, нас чуть не подорвали фугасом, а потом обстреляли. Настоящая бойня была.
— Твою ж мать… — Настя задумалась. — Нет, я ничего не слышала, я была в другом районе. Попытаюсь выяснить что-нибудь. Похоже на провокацию.
— Провокацию? Кому понадобилось нас провоцировать?
— Не вас. Ваш клан. Птолемеи хотят вынудить вас ввести дружину на их территорию и обвинить в нападении.
— Зачем?
— Забыл наш разговор?
— Устроить восстание?
— Может быть. Не знаю. Очень похоже.
Слова Насти меня ещё больше сбили с толку. Вначале я подозревал в организации нападения членов нашего рода, но пораскинув мозгами, понял, что они вряд ли к этому причастны. Во-первых, неясно, на кого собирались устроить покушение. В машине мог быть кто угодно — не обязательно Андрей или Евсевий. А я и вовсе не оказался бы там, если б не мои упрямство и любопытство. Наши маршруты тоже секретом не являлись. К воротам, через которые мы обычно заезжали в зону «Д», вело всего две или три дороги, и местные банды не могли не знать о том, кто и когда ездит через их район. И всё равно второе за месяц покушение на нашу семью выглядело крайне подозрительно.
Однако сейчас у меня имелись и другие дела, требующие моего личного участия. Я до сих пор не знал, как решить проблему Инессы.
Решил с этим долго не затягивать, и на следующий же день вечером после ужина отправился к мачехе. Та сидел на террасе в плетёном кресле и, нацепив на нос изящные очки в тонко оправе, читала книгу.
— Ты что-то хотел? — Ирина взглянула на меня поверх очков. На лице её было написано явное недовольство, что её отвлекают.
— Есть серьёзный разговор. У Инессы возникли большие проблемы, и это касается всего нашего рода.
Интерлюдия 4 (Андрей)
Вечерело. По-хорошему, надо отдыхать, но Андрей до сих пор торчал в кантоне. В связи с последними событиями забот было полно. Сегодня, как оказалось, на южной окраине обстреляли машины Солунских, когда те возвращались с охоты. Творилось чёрт знает что. Руководство клана тоже было возмущено, но пока не собиралось вводить войска на территорию, контролируемую другой филой. Это могло создать ещё больше проблем. Однако басилевса уже уведомили, и все надеялись, что тот накажет виновных.
Андрей сидел за столом в своём кабинете, напротив в кресле развалился Евсевий. У него имелось собственное видение ситуации, он считал, что нападение организовала Ирина.
— Я думаю, она приложила к этому руку, — настаивал Евсевий. — И к убийству моего брата — тоже. Поэтому она и не поехала с нами.
— Ирина никогда не ездит на охоту, — заметил Андрей. — И какой смысле ей натравливать на нас банды окраин? Ладно мы, а Солунских-то за что? Что она могла добиться этим? Скорее всего, это дело рук Комниных, потому что у них много поводы вредить нам. Возможно, Птолемеи тут тоже замешаны, ведь все нападения происходили на их территории.
— Комнины? Тоже вероятно. А Птолемеям зачем? Да и кто мог знать, что мы будем возвращаться этой дорогой?
— Дорог не так много, и местные могли наблюдать за ними, поэтому ответ на твой вопрос: кто угодно.
— Ладно, с этим разберёмся. Нужно новый маршрут проложить. Да, будет длиннее, но безопаснее. Необходимо приобрести новые вертолёты. Мы не можем постоянно ездить по три часа в один конец.
— Вертолёты я уже заказал на прошлой седмице, их скоро доставят. Кроме того, я давно говорю о необходимости возродить базу в зоне «Д» и держать там постоянный контингент. Только так мы сможем обеспечить прикрытие нашим отрядом. Но этот вопрос придётся обсудить, прежде всего, с Ириной. Тут и деньги понадобятся немалые, и увеличение численности дружины.
— Пока Ирина управляет родом, толку не будет. Ты следи за ней. Мы пригрели у себя змею. Причастна она к нападению или нет — это, конечно, вопрос. Но она что-то задумала. Всех нас вокруг пальца обведёт. Попомни мои слова, Андрей. Узнай, с кем она встречается, кому звонит. Должно быть что-то.
