Война роботов
Спрос на беспилотники, действующие в качестве «глаз и ушей» для систем сбора информации и способные самостоятельно атаковать цели, вырастет к 2050 г. настолько, что они заменят самолеты с экипажами при выполнении большинства боевых задач. Опора на беспилотники представляет собой часть более широкой тенденции к организации и проведению роботизированных военных действий, которыми управляют техники, находящиеся вдалеке от театра военных действий. Такая тенденция неминуемо приведет к возникновению этических и юридических вопросов, которые вряд ли разрешатся сами собой.
Маловероятно, что в ближайшие годы достигнут компромисс по вопросу активного использования технологий для борьбы против партизан. Скорее всего, для решения этих задач применима следующая модель (как ни странно, похожая на ту, которую в прошлом предлагал Д. Рамсфельд) – обширная сеть специальных подразделений, поддерживаемых беспилотниками, а также военные советники, обучающие местные силы безопасности. Если эта модель потерпит фиаско, то (как подсказывает прежний опыт), военные встанут перед сложным выбором – либо содержать достаточно крупную армию и решать проблемы старыми способами, либо использовать людские ресурсы только в самых экстремальных с точки зрения национальной безопасности ситуациях.
Так как однозначное военное превосходство Америки к 2050 г. исчезнет (во многом из-за усиления роли Китая в азиатском регионе), американские стратеги захотят воссоздать систему формальных альянсов, существовавшую в годы холодной войны и военного противостояния с Советским Союзом. Однако эти альянсы будут, скорее, связаны не с Европой, а регионом от Индийского до западной части Тихого океанов. Напомнит ли это НАТО (которое вполне сможет перестать существовать как последовательная оборонительная коалиция), зависит от того, каким образом Китай решит выстраивать отношения с США и своими соседями. Он может либо продолжать нынешний курс экономического сотрудничества и конкуренции (эта модель поведения уже описывается неологизмом co-opetition), то есть играть по правилам международной системы, либо займет более воинственную позицию вследствие нарастания внутреннего напряжения.
Проблема КитаяВ 1996 г., когда Китай занялся испытаниями своих баллистических ракет неподалеку от тайваньских портов, Америка отправила две авианосные группы в Тайваньский пролив, чтобы предупредить Китай о недопустимости его действий. Даже в случае возникновения в отношениях между Америкой и Китаем кризиса, связанного с Тайванем, в ближайшие 20 или даже 10 лет маловероятно, что будущий американский президент захочет вновь устроить аналогичную демонстрацию силы. Амбициозная программа военной модернизации Китая не направлена на выстраивание полного паритета с Америкой – это не считают желательным или возможным даже самые горячие головы в Народно-освободительной армии Китая. Однако ее цель состоит в том, чтобы затруднить проникновение американских вооруженных сил в Восточную Азию. Стратегия Китая направлена на то, чтобы не допускать американские силы в этот регион и не позволять им безнаказанно проводить свои операции в зонах китайских стратегических интересов.
Для этого китайцы концентрируются на создании средств противостояния американским опорным базам в регионе, начиная от надводных кораблей (особенно авианосцев) и заканчивая спутниками и сетями передачи данных, от которых зависит американская система военного управления C4ISR (command, control, communications, computers, intelligence, surveillance and reconnaissance). Вашингтонский Центр стратегических и бюджетных оценок проанализировал рост военной мощи Китая, его последствия для Америки и создал список важнейших стратегических компонентов к 2020 г. К ним относятся радары, спутники, беспилотники для морского и аэрокосмического наблюдения, тысячи ракет класса «земля – земля» с множеством различных типов боеголовок, десятки противокорабельных баллистических ракет с маневренными боеголовками; многоуровневые и полностью интегрированные системы ПВО; большое количество боевых самолетов «четвертого поколения»; мощный подводный флот (включающий не менее шести подводных лодок с ядерными зарядами и самонаводящимися торпедами); антиспутниковое вооружение, использующее кинетическую энергию, и, наконец, мощные механизмы для ведения войны в киберпространстве.
Китай надеется, что в случае конфликта с помощью всех этих средств он сможет противостоять американским авианосцам и самолетам, базирующимся в западной части Тихого океана и способным действовать в так называемой «первой цепи островов» – оборонительном периметре, начинающемся на севере в районе Алеутских островов и проходящем через Японский архипелаг до Тайваня, Филиппин и Борнео. Китайские стратеги хотели бы расширить к 2050 г. этот периметр до «второй цепи островов» (начиная с островов Бонин и далее на юг до Марианских островов, Гуама и Каролинских островов). Пока что не факт, что отношения Китая с его ближайшими соседями или США приведут к той или иной форме «прохладной войны», в которой риск открытой конфронтации становится достаточно высоким. Однако по мере роста мощи Китая влияние Америки будет стабильно снижаться, если только она не убедит союзников в своей способности сохранять власть в регионе и защищать их в случаях, когда напористость Китая принимает угрожающие формы.
Новая ядерная угроза
Несмотря на вполне понятную одержимость американских военных стратегов противостоянием Китаю и панические настроения, связанные с кибервойнами, угрожающими цивилизации в ее нынешнем виде (сильно зависящей от информационных технологий), основная опасность для человечества в первой половине XXI в. останется такой же, как и во второй половине века прошлого. Речь идет об использовании ядерного оружия. За многие годы холодной войны Америка и бывший Советский Союз научились выстраивать и поддерживать определенные отношения. Хотя несколько раз конфликты чуть не перерастали в полномасштабные войны, противоборствующие стороны научились сохранять определенный баланс взаимного страха, в то же самое время делая все возможное, чтобы не допустить применения ядерного оружия вследствие конструктивных проблем или стечения обстоятельств.
У новых ядерных стран такого опыта нет. Многие из них не обладают стратегическим пространством, имевшимся у России и Америки вследствие их географического расположения. У них нет возможности для нанесения гарантированного ответного удара с помощью значительных арсеналов и неуязвимых платформ для запуска ракет (например, подводных лодок). Страны со сравнительно небольшими запасами ядерного оружия и непредсказуемым или не вызывающим доверия окружением имеют в ближайшие 50 лет куда больше шансов применить ядерное оружие, чем Америка и Россия за последние полвека. Пока что нет оснований опасаться ситуации, когда сверхдержавы обменяются ядерными ударами, способными уничтожить планету. Однако если распространение ядерного оружия не будет замедлено, остановлено, а затем повернуто вспять, сохраняется возможность регионального ядерного конфликта, способного убить миллионы людей и оказать разрушающее воздействие далеко за пределами театра военных действий.
