Позже, рассказывая подругам о своем приключении, Кэт больше опиралась на картинку, встающую перед глазами, чем на мысли. Это было одно из чистых воспоминаний, связанных с детством. Они много бегали, прыгали. Живя среди многочисленных поленниц и заборов, отделяющих одну ферму от другой, загонов и огороженных площадок, дети легко преодолевали препятствия, встречающиеся на их пути.
Иногда подростки, включая Кэт, искали подходящую изгородь, сооружали препятствие самостоятельно. Тщательно выбирали пригодные шесты. Затем мчались, упирались шестом в землю и летели навстречу бескрайнему голубому небу Иллинойса. Руки молотили воздух, а ноги, казалось, крутили педали невидимого велосипеда. И все для того, чтобы приземлиться на пастбище или дорожке позади препятствия. Палки, которые они подбирали, частенько ломались прямо посередине полета, гнулись слишком сильно или вообще не гнулись, а они только хохотали и начинали все заново. Им было по десять-двенадцать лет, жизнь проходила в режиме бесконечных тренировок, а падение не значило ничего.
За долю секунды Кэт прибавила к воспоминаниям детства те немногие знания, которые получила, занимаясь бегом. Правда, она никогда не принимала участия в соревнованиях по прыжкам с шестом. Однако имела представление о его размере и других характеристиках, технике установки и о том, как правильно его держать. Но почему-то Кэт пребывала в твердой уверенности, что выбрала нужную палку, оказавшуюся, правда, немного тоньше стандартного шеста и чуть короче плодосъемника, но именно эта уверенность позволила ей добежать до изгороди, увитой диким виноградом.
Установив шест на небольшом расстоянии от препятствия, она услышала за спиной: «Господи! Вы только посмотрите на это!» И так же как в своих воспоминаниях и бесконечных мечтах, Кэт побежала, ослабила шест, изогнулась всем телом и перемахнула через изгородь, упав на газон по другую сторону забора.
По ее словам, она совсем не испугалась, прекрасно зная о тяжести своих грудных имплантатов и легкости ног в практически невесомых кроссовках, но при этом совсем не чувствуя страха или даже неуверенности.
Снова вскочив на ноги, Кэт побежала вниз по склону и вскоре оказалась в машине, стоявшей как раз там, где короткая аллея открывала прекрасный вид на широкую улицу.
— Поехали, — выдохнула она, открывая заднюю дверцу. — Поехали же!
Ошеломленная Дина только прошептала:
— Господи помилуй. — Вдавила педаль газа в пол, и подруги понеслись вниз по улице.
Женщины сочли своим долгом проводить Кэт до дома, одна машина следовала за другой. Они договорились встретиться там в любом случае, но триумф сделал их кавалькаду еще более торжественной. В другое время они бы с радостью понесли ее на своих плечах. Поскольку Кэт приехала в машине Шарлотты, у Полли ей было совершенно нечего делать.
За тонированными стеклами Дининой машины, когда она поехала немного медленнее, в своеобразной раздевалке, устроенной на заднем сиденье, начался настоящий праздник. Отдышавшись, Кэт расхохоталась, закричала, облила себя содовой и только потом попыталась ответить на вопросы. Полли, которая за происходящим наблюдала из-за угла, где фронтальная стена выходила в аллею, перебралась на заднее сиденье и завернула Кэт в полотенце.
— Успокойтесь. Держите себя в руках, — ворчала Дина, то и дело приговаривая: — Я не могу в это поверить!
«Лексус» Шарлотты уже стоял возле парадного входа. Пять женщин, подавляя восторженнее возгласы, толкаясь, пробрались в заднюю часть дома. Семья давно спала — Барнаби, их маленькая дочка и няня. Кэт, переодевшись в шорты и футболку, вытирала волосы полотенцем.
Остальные уже успокоились и обсуждали подробности происшедшего, время от времени возвращаясь к кульминационному моменту — побегу Кэт.
По словам Шарлотты и Жюстин, припарковавших машину на ближайшем перекрестке, вместе с репортером, подошедшим к парадной двери, когда Кэт свалилась с дерева, была подруга Полли Тесс (если опираться на описание Полли). Сначала к двери подошел дворецкий, а уже потом, с газетой в руках, появился сам Кэннон. В процессе разговора разгорелся спор, Кэннон попытался закрыть дверь, и в конце концов его попытки увенчались успехом.
Кэт почти добежала до первых козел, когда сработала сигнализация. Две женщины, по-видимому, не могли ее выключить и производили впечатление совершенно обезумевших, поэтому покорно приняли помощь проходившего мимо охранника, который обнаружил выключатель под левым передним крылом автомобиля. За происходящим наблюдали два журналиста и несколько домовладельцев, привлеченных шумом на улице, а когда все закончилось, Шарлотта и Жюстин выехали на бульвар и направились на запад.
Все прошло прекрасно. Подруги чувствовали себя отлично. Они все сделали, чтобы Кэт смогла выполнить свою работу. И теперь пили кока-колу и икали, ели крендельки с солью и обнимали друг друга, обессилевшие от хохота и опьяненные удачей.
Конечно, женщины прекрасно понимали, что успехом увенчалось только их предприятие. А вот какие плоды оно принесет, пока было не ясно.
— Многое зависит от обстоятельств, — изрекла Шарлотта со знанием дела. — Надо подождать и посмотреть, как будут развиваться события.
Женщины не хотели разрывать связь, возникшую между ними, и расставаться друг с другом. Но вскоре часы пробили час ночи, потом два, они крепко обнялись и разъехались по домам.
Оставшись одна, Кэт, стоя под душем, внимательно осмотрела свою грудь и решила проконсультироваться с пластическим хирургом, чтобы тот удалил имплантаты. Затем повесила красный бюстгальтер на зеркало и пошла спать.
Шарлотта отвезла Жюстин к Полли, где та оставила свою машину, и только потом поехала домой. А когда ее муж проворчал, на секунду оторвав голову от подушки; «Как ты можешь так поздно возвращаться домой?» — нашла в себе силы проигнорировать его реплику и таким образом избежать очередной ссоры. Около получаса Жюстин провела в своей белой гостиной, положив ноги на журнальный столик, просматривая журналы по садоводству. Затем взбила диванные подушки и отправилась спать.
Дина и Полли выпили по чашке чаю, после чего Дина отправилась домой и тут же заснула. Полли заглянула в комнаты детей и проверила все наружные двери, правда, только один раз. Посмотрела на ущелье, похожее на светящийся ковер, и обратилась к маме.
— Грех чувствовать себя настолько хорошо, — счастливо сказала она. — Мне не стоило вести себя слишком дерзко, верно?
«Ах, милая, наслаждайся жизнью», — ответила мама. Очевидно, она прекрасно относилась к разного рода неожиданностям и сюрпризам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
