плана атаки, настойчивость в достижении поставленной цели. Нахимов умело расположил свои силы, определив тем самым их наилучшее использование в бою. Исключительно важную роль в достижении победы над противником имели: построение кораблей в две колонны при входе на неприятельский рейд, образцовая диспозиция кораблей, позволившая полностью использовать все артиллерийские средства русской эскадры, умелое распределение целей, исчерпывающие указания о ведении артиллерийского огня.
4. В истории военно-морского искусства Синопский бой является блестящим примером правильного выбора русскими моряками наиболее целесообразного способа атаки противника, стоящего на защищенном рейде.
5. Опыт Синопского боя оказал большое влияние на развитие боевых средств флота и их тактического использования. Разгром неприятельского флота в защищенной гавани, доказавший возможность успешных активных действий флота против береговых укреплений, вызвал необходимость дальнейшей разработки вопросов обороны военно-морских баз со стороны моря. Синопский бой наглядно показал, что для обороны базы наряду с береговой артиллерией необходимо применять и другие оборонительные средства.
6. Применение в Синопском бою бомбической артиллерии в сильной степени повлияло на развитие флотов всех стран, так как показало, что деревянные корабли бессильны против новой артиллерии, что требуются коренные изменения в обеспечении живучести кораблей. Встал вопрос о необходимости бронирования кораблей. После Синопского боя началось строительство опытовых бронированных судов.
7. В Синопском бою ярко проявилась отсталость военно-морского искусства западноевропейских стран и Турции, выражавшаяся в нерешительности и безынициативности морских офицеров и адмиралов, в неспособности их эффективно использовать в бою новые корабли (пароходы) и новые артиллерийские средства (бомбические пушки), в неумении их правильно оценивать обстановку, в отсутствии взаимодействия между кораблями в бою, в неспособности к борьбе с активным и решительным противником.
В Синопском бою потерпели банкротство не только турки, но и англичане, так как именно они строили и вооружали турецкий флот, руководили им, разрабатывали планы его боевого использования, воспитывали и обучали личный состав и, наконец, непосредственно участвовали в борьбе против русского флота. Англичане распространяли в турецком флоте отсталые теории о неприступности береговых укреплений при атаках с моря.
Синопская победа показала полное превосходство передового русского военно-морского искусства над военно-морским искусством Англии и Турции. Имя выдающегося русского адмирала Павла Степановича Нахимова заняло почетное место в ряду имен замечательных флотоводцев России.
Победой русского флота в Синопском бою был блестяще завершен многовековой период истории военно-морского искусства – период парусного флота.
Военные действия Черноморского флота от Синопского боя до начала обороны Севастополя
После Синопского боя стало ясно, что попытки западноевропейских держав использовать для борьбы против России только султанскую Турцию и националистическое движение Шамиля завершились полным провалом. Успешные действия Черноморского флота и русской кавказской армии показали несостоятельность западноевропейских стратегов и политиков. После этого правящие круги Англии и Франции решили открыто вступить в вооруженную борьбу против России на стороне Турции. В декабре 1853 г. английская и французская эскадры вошли в Черное море, а в марте 1854 г. Англия и Франция официально объявили войну России.
В связи с входом англо-французского флота в Черное море в Севастополе по инициативе Корнилова и Нахимова был предпринят ряд мер к усилению обороны главной базы (разработана диспозиция для кораблей, установлены наблюдательные посты, дежурства пароходов, начато строительство новых батарей и т. д.). Учтя опыт Синопского боя, Нахимов и Корнилов видели необходимость укрепления обороны рейда не только путем усиления береговой артиллерии, но и другими средствами. Поэтому в январе 1854 г. поперек Севастопольского рейда был установлен бон из мачт, связанных якорцепями, а в феврале впереди этого основного бона был поставлен вспомогательный бон из пеньковых канатов. В начале апреля 1854 г. на Севастопольском рейде в полной боевой готовности стояли 12 линейных кораблей, четыре фрегата и шесть пароходо-фрегатов.
1 мая 1854 г. на Севастопольском рейде были произведены опытные испытания подводных мин. Испытания дали блестящие результаты, наглядно показав, что минное оружие является прекрасным средством для защиты рейдов. Однако вследствие полнейшей беззаботности и халатности Меншикова и петербургских сановников дальше опытных испытаний дело не пошло и к началу обороны Севастополя в главную базу флота подводные мины доставлены не были.
Условия ведения боевых действий на Черном море в 1854 г. по сравнению с кампанией 1853 г. значительно осложнились, так как против Черноморского флота был направлен соединенный флот Англии и Франции, который превосходил русский флот и по численности, и по вооружению, и особенно по числу паровых судов. При таком соотношении сил выход русского флота для сражения с основными силами противника являлся бы неправильным решением с самыми серьезными последствиями. «На самом деле, – писал Энгельс в мае 1854 г. – было бы странно ожидать, что более слабый русский флот покинет Севастополь для того, чтобы быть рассеянным и потопленным вдвое большим числом кораблей…»[57] В этой обстановке русский флот применял наиболее целесообразные способы действий.
В течение летней кампании 1854 г. соединенный флот не предпринял серьезных боевых действий на Черном море. Бомбардировкой Одессы ограничились его действия, а к Севастополю он подходил всего лишь два раза. Постоянная боевая готовность русского Черноморского флота оказывала самое непосредственное влияние на характер действий флота противника, заставляя его держаться соединенно, сковывая его силы, вынуждая постоянно учитывать возможность выхода русского флота для сражения с отдельными эскадрами и отрядами англо-французского флота. Говоря об этой особенности боевых действий на море в течение лета 1854 г., Энгельс указывал, что соединенные эскадры Англии и Франции «удерживаются в бездействии и парализованы флотом, значительно уступающим им по качеству и числу судов»[58].
В Лондоне и Париже было широковещательно объявлено о полной блокаде англо-французским флотом всех русских портов Черного моря, хотя фактически корабли союзников, производившие в течение лета 1854 г. грабительские набеги на русское побережье, осуществить блокаду не смогли. Начиная с мая 1854 г. корабли Черноморского флота постоянно выполняли следующие задачи:
– непрерывную разведку у побережья Крыма;
– постоянные практические плавания с целью совершенствования боевой выучки команд;
– активное противодействие попыткам отдельных вражеских кораблей приблизиться к главной базе Черноморского флота;
– поддержание связи между Севастополем, Николаевом и Одессой;
– наблюдение за противником и крейсерские действия на важнейших морских сообщениях противника у анатолийского и румелийского побережий Черного моря.
С 11 мая было установлено ежедневное крейсерство у Херсо-несского маяка. В июне Черноморский флот был разделен на четыре эскадры, в каждую из которых было назначено по три линейных корабля и одному фрегату. Эскадры по очереди ежедневно выходили в море для практических плаваний. В дальние крейсерства по Черному морю (к Синопу, Босфору, Варне) каждый месяц выходили пароходо-фрегаты «Владимир», «Эльборус» и «Тамань».
Крейсерские действия русских паровых судов на морских сообщениях противника в условиях подавляющего превосходства его парового флота на Черном море являлись
