в бухту, также открыли огонь по противнику из бомбических пушек.
Несмотря на подавляющее превосходство артиллерии, противник не добился успеха. Русские артиллеристы вели исключительно меткий прицельный огонь, в результате которого неприятельскому флоту были нанесены серьезные повреждения. Линейный корабль «Париж» получил 50 пробоин выше ватерлинии, три подводные пробоины и 100 попаданий в рангоут; одна из бомб совершенно снесла ют корабля. В линейный корабль «Агамемнон» было 215 попаданий, на линейных кораблях «Лондон» и «Кин» возникли сильные пожары, причинившие большой урон, на линейном корабле «Наполеон» с трудом заделали опасную подводную пробоину, на линейном корабле «Шарлемань» одна из бомб пробила все палубы и взорвалась в машинном отделении, линейный корабль «Родней» потерял управление и сел на мель. К вечеру 5 октября соединенный флот был вынужден отойти от Севастополя.
Потери в людях составляли: на русских береговых батареях 138 убитых и раненых; на английских, французских и турецких кораблях – до 520 убитых и раненых.
При отражении комбинированной атаки противника 5 октября 1854 г. отдельные русские орудия сделали до 400 выстрелов. Тактика русских артиллеристов характеризовалась последовательным сосредоточением огня по важнейшим объектам противника.
Высокое мастерство проявили русские солдаты и матросы при восстановлении своих позиций, разрушенных во время бомбардировки. Уже к утру б октября основные повреждения были устранены; вместо подбитых орудий на батареях были поставлены новые. Гарнизон Севастополя блестяще выдержал первую серьезную атаку врага.
Тяжелым уроном для защитников города была гибель талантливого организатора обороны, начальника штаба флота, передового русского адмирала Владимира Алексеевича Корнилова. С этого времени вся тяжесть организации отпора врагу полностью легла на адмиралов П.С. Нахимова, В.И. Истомина и других передовых офицеров русской армии и флота.
Во время комбинированной атаки Севастополя 5 октября английские и французские военачальники не сумели организовать взаимодействие сухопутных и морских сил. Особенно беспомощными были действия флота. Опоздание соединенного флота к началу артиллерийского удара исключало возможность одновременной бомбардировки Севастополя с моря и с суши, тогда как именно одновременность действий и являлась основным содержанием плана англо-французского командования. Во время обстрела русских позиций корабли англо-французского флота вели не сосредоточенный огонь по береговым укреплениям Севастополя, а распыляли свои силы, причем меткость стрельбы была исключительно низкой. Плохо была поставлена и организация управления огнем; достаточно указать на то, что английский линейный корабль «Родней» во время бомбардировки обстреливал другой корабль своей же эскадры и нанес ему сильные повреждения. Борьба за живучесть кораблей была поставлена плохо. Дистанция боя была настолько велика, что не обеспечивала и 10–15 % попаданий.
Таким образом, противник не смог сломить сопротивление русских береговых батарей, обладая 12-кратным превосходством в артиллерии. Еще современники Нахимова вполне справедливо отмечали, что при атаке Севастополя 5 октября соотношение сил было значительно более благоприятным для английских и французских моряков, чем для русских моряков в Синопском бою, и, несмотря на это, адмиралы союзного флота оказались бессильными против стойкой обороны русских. С этого времени соединенный флот был вынужден отказаться от активных действий против Севастополя, в чем ярко проявился кризис западноевропейского искусства мануфактурного периода войны.
В ходе боевых действий под Севастополем отражение первой бомбардировки города имело большое значение: оно явилось первым серьезным ударом по авантюристическим расчетам англо-французского командования, предполагавшего взять Севастополь путем ускоренной атаки. Героическое сопротивление защитников города спутало все планы противника; коалиционная армия вынуждена была перейти к продолжительной осаде.
Вскоре после бомбардировки 5 октября произошли крупные боевые столкновения сухопутных войск в районе главной базы Черноморского флота. К этому времени полевая армия Меншикова, имевшая в своем составе около 65 тысяч солдат и офицеров, располагалась к востоку от Севастополя в районе Мекензиевых высот, Инкермана и Чоргуна. Русская армия обеспечивала связь Севастополя с внутренними районами страны и сильно сковывала действия сухопутных сил противника, которые насчитывали уже свыше 85 тысяч человек.
13 октября русскому отряду Липранди из армии Меншикова в результате успешного наступления удалось перерезать основную коммуникационную линию англичан между Балаклавой и неприятельскими позициями у Севастополя. В бою под Балаклавой была уничтожена половина всей английской кавалерии. Это была большая победа русских войск. Однако по вине Меншикова, не выделившего необходимых подкреплений отряду Липранди, закрепить достигнутый успех и удержать занятые позиции не удалось.
В Инкерманском бою (24 октября) – одном из кровопролитнейших боев Крымской войны, в котором с обеих сторон участвовало около 100 тысяч человек, – армии Меншикова опять не удалось достигнуть решительного успеха. В этом бою, окончившемся отступлением русской армии, наглядно проявились отсутствие в русской армии современного нарезного оружия и отсталость военного искусства царских генералов. На исходе Инкерманского боя сильно сказались: неумелая организация командования, не обеспечившая единства в управлении войсками, применение сомкнутых боевых построений, приводивших к большим потерям от огня нарезного оружия противника, безответственная подготовка тактических документов (не было даже карты местности), отсутствие взаимодействия между основными отрядами русских войск на главном направлении, пассивные действия русской группировки на вспомогательном направлении, не обеспечившей сковывание сил противника, неиспользование больших резервов в сражении.
Русские солдаты в Инкерманском бою проявили беспримерное мужество и героизм. Потери противника от атак русских войск достигали, по показаниям пленных, 8—12 тысяч человек. Потери русских войск составляли 10 тысяч человек. В этом бою, так же как и ранее в боевых действиях на Дунае и на Кавказе, русские солдаты вопреки официальным уставам применяли новый боевой порядок – стрелковую цепь. Инкерманский бой имел большое значение и для развития организации взаимодействия сухопутных и военно-морских сил. Для обеспечения действий русских войск личный состав пароходо-фрегатов:
– обеспечил сосредоточение нескольких пехотных полков на исходных позициях путем быстрой и скрытной переброски их через Большую бухту;
– навел два моста через речку Черную, по которым проходило движение русских войск при сближении с противником;
– оказал огневое содействие сухопутным войскам на всех этапах боя;
– на заключительном этапе боя прикрывал отступление русских войск; благодаря огневой поддержке пароходов был спасен весь артиллерийский парк русской армии.
Инкерманский бой оказал исключительно серьезное влияние на ход боевых действий под Севастополем. Командование коалиционной армии, не оставившее еще после первой бомбардировки надежд взять Севастополь путем ускоренной атаки, намечало штурм города на 25 октября. Инкерманский же бой спутал эти расчеты, значительно обескровил силы противника, вызвал огромный упадок морального духа в его войсках и заставил отказаться от штурма. Этим был нанесен окончательный удар по первоначальному плану англичан и французов: они потеряли последнюю надежду взять Севастополь путем ускоренной атаки. Английская, французская и турецкая армии втягивались в продолжительную, затяжную войну.
К концу 1854 г. положение коалиционной армии стало исключительно тяжелым. Не подготовленные к длительной войне войска противника были деморализованы и терпели постоянную нужду в
