оба заслуживали правды.
— Но я ревную, — сказал он. — Я знаю, что не имею права на такие чувства. Я знаю, ты никогда не давала мне никаких обещаний. Дело в том, Скарлетт, что я ничего не могу поделать со своими чувствами. Ревность — естественное чувство, возникающее из страха потери. Я не могу избавиться от этого чувства. Важно то, как человек реагирует на свои чувства, а я уже говорил тебе, что не буду действовать, — в его голове промелькнуло воспоминание о том, что произошло между ними в гостиничном номере до появления Моретти. — Если только, — поправился он, — ты этого не захочешь.
Скарлетт на мгновение встретилась с ним взглядом.
— Иногда, Деверо Вебб, ты бываешь слишком честен для своего же блага.
— Я знаю, это пугает тебя. Я знаю, что эмоции пугают тебя. Но иногда бояться полезно. Страх заставляет тебя становиться лучше.
— Не всегда.
Нет. Не всегда. Деверо раздражённо провёл рукой по волосам. Он пытался быть правдивым, но это ни к чему хорошему не привело.
— Мы уезжаем или нет? — спросил Таттон, не отрываясь от игры. — Потому что все эти чёртовы выяснения отношений — не то, на что я подписывался.
Скарлетт снова уставилась вперёд и завела двигатель. Она больше ничего не сказала, и Деверо тоже.
***
Несколько минут они ехали по улицам в молчании. Наконец, Таттон, нахмурившись, посмотрел на свой телефон и выключил его.
— Глупая игра, — пробормотал он. — Я бы выиграл, если бы мог нормально видеть экран. Я оставил свои очки в отеле. Я не думал, что они мне понадобятся, — затем он бросил взгляд на Деверо, впервые по-настоящему признав его. — Рад видеть тебя снова так скоро, говнюк. Я впечатлён тем, как ты справился с заданием, — он одобрительно кивнул. — У тебя есть не только сила, но и смекалка. Ты ещё не совсем безнадёжен.
— Спасибо, — Деверо на самом деле не был уверен, что слова благодарности уместны, учитывая последнее заявление маленького человечка, но он знал, когда нужно быть вежливым. — Так ты лепрекон?
— Наполовину лепрекон, — он пристально посмотрел на Деверо. — Продолжай. Спроси это.
— Что спросить?
Таттон вздохнул.
— Ты знаешь, что. Давай покончим с этим и пойдём дальше.
Деверо хотел было притвориться, что не понимает, о чём речь. Но на самом деле ему было любопытно.
— У тебя есть горшочек с золотом на конце радуги?
Таттон щёлкнул пальцами.
— Вот оно, — он устало покачал головой в смятении. — У меня нет ни золота, ни радуги. Я никогда не ношу зелёный цвет и ненавижу бл*дский День Святого Патрика и дурацкие шляпы.
— А как насчёт Гиннесса? — спросил Деверо.
Таттон скривился от отвращения.
— Фу. Никогда не прикасаюсь к этому. Это всё? Ты закончил задавать дурацкие вопросы? У тебя есть какие-нибудь вопросы по поводу картофеля?
— Нет, — сказал Деверо. — Но я ещё не закончил. Потому что, хотя ты и не подпадаешь под эти стереотипы, ты становишься невидимым, — он бросил быстрый взгляд на Скарлетт. — И, вероятно, именно поэтому ты сейчас здесь.
Таттон подмигнул ему.
— Да, это так. Ну и тот факт, что я во всех отношениях хороший парень, который не может устоять перед возможностью помочь маленькому волчонку в беде.
Скарлетт деликатно кашлянула.
— К тому же, — добавил Таттон, — она платит мне за то, что я здесь.
— Я рассчитываю, что позже ты мне всё возместишь, — сказала Скарлетт Деверо. По крайней мере, она не упомянула МИ-5 вслух, и некоторые секреты останутся в тайне.
— Я уверен, мы сможем что-нибудь придумать, — пробормотал Деверо. — И как же это всё пройдёт?
— Ты сможешь справиться с входной дверью? — спросила Скарлетт. — Вскрыть замок так, чтобы тебя никто не услышал?
Деверо поджал губы. Наверное. Такие операции никогда не проводились в полной тишине, но сейчас поздняя ночь, так что большинство людей, живших в здании Солентино, скорее всего, спали. Насколько он помнил из их первого посещения, замок выглядел достаточно простым в управлении.
— Хорошо, — сказала Скарлетт, истолковав выражение его лица. — Если ты сможешь открыть дверь, мы с Таттоном зайдём внутрь и попытаемся проникнуть в саму квартиру. Я прицеплюсь к его невидимости, и если нам очень повезёт, ни Солентино, ни кто-либо другой не узнает, что мы внутри.
Деверо нахмурил брови.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что прицепишься? Как это работает, и почему я не могу сделать это вместо тебя?
Таттон фыркнул.
— Потому что ты весишь в два раза больше, чем она.
— Я в буквальном смысле прицеплюсь к нему, — с улыбкой сказала Скарлетт. — Как только Таттон понесёт меня на закорках, я стану такой же невидимой, как и он. Это ненадолго, поэтому мы должны действовать быстро, но этого должно быть более чем достаточно, чтобы осмотреть остальную часть квартиры Солентино и найти компрометирующую информацию, которая тебе нужна.
Деверо нахмурился ещё сильнее.
— Так вы произведёте гораздо больше шума.
— Вот почему это должна быть она, а не ты, — Таттон одарил его кривой усмешкой. — Я могу выдержать не более пяти минут, особенно с пассажиром на борту. Нам придётся действовать быстро и бесшумно. Однако, судя по тому, что она мне уже рассказала, рискнуть стоит.
— Я думала о планировке квартиры, — сказала Скарлетт. — Мы уже осмотрели несколько комнат. В задней части дома была одна закрытая дверь. Я думаю, именно там и будут храниться секреты. Мы быстренько метнёмся туда, потом обратно, и вуаля.
— Мне это не нравится, — проворчал Деверо.
Она пожала плечами.
— Тогда тебе не стоило втягивать меня в это. Это лучший план, который у нас есть, и ты это знаешь.
К сожалению, он не мог с этим не согласиться. И у Деверо не оставалось никаких сомнений в том, что Кристофер Солентино был одновременно очень опасен и слегка не в себе, поэтому они должны были выяснить, что он на самом деле задумал. Нахер это всё.
— Ладно, — сказал он с коротким вздохом. — Ладно.
***
Они быстро и непринуждённо пронеслись по тихим римским улочкам и через несколько минут оказались рядом с улицей Солентино. Скарлетт припарковала машину за углом от дома, надёжно спрятав её от посторонних глаз. Это было нелегальное место для парковки, но в такой час они никому не помешают, и это позволит быстро уехать, если того потребуют обстоятельства. В случае, если эта маленькая авантюра провалится, они должны быть готовы при необходимости удрать. Деверо молился, чтобы до этого не дошло.
Они втроём вышли из машины. Деверо немедленно принялся шарить по земле в поисках нужного инструмента. Вскоре его взгляд упал на пустую бутылку из-под воды, лежавшую в небольшой кучке
